По законам «Исламского государства»

В занимаемых районах «Исламского государства» (ИГ) требует от населения безукоризненного подчинения. Обычно полевые командиры задают вопрос старейшинам или местной администрации: «Вы либо с нами, либо нет?». Тем, кто присоединится к группировке, они гарантируют бесплатное питание, некоторым также предоставляется работа. Они активно осуществляют прием в свои ряды двенадцат-семнадцатилетних молодых людей. Предоставляют им средства, чтобы они могли прокормить свои семьи. В городе Ракка первых пожелавших присоединиться к группировке исламисты сразу обеспечили работой и предоставили им денежные средства.

Всех отказавшихся стать лояльными группировке джихадисты называют «муртадами» («отступниками») — категория людей, которые, согласно идеологии ИГ, может быть уничтожена безнаказанно. После захвата в 2013 г. сирийского города Ракка боевики заявили всем жителям, что они в настоящее время являются неверными, так как не следовали «истинному исламу» и должны пройти процесс – «тауба» («покаяние»), на котором они открыто должны объявить сожаление за прошлые грехи и пообещать никогда не повторять их. «Тауба» происходит перед шариатским судьей. Во время этой процедуры также необходимо объявить свою верность халифу.

Любые отступления от норм, внедряемых ИГ, жестко наказываются. Один из очевидцев отмечает: «Один житель небольшой деревни в пригороде Ракки пошел в гости к соседу. Он постучал в дверь. Ему открыла дверь женщина, мужа которой не было в этот момент дома. Мужчина был пойман внутри двора дома перед наружными воротами». В связи с тем, что муж этой женщины отсутствовал, он был арестован  и получил 40 ударов палкой. Наказание было суровым —  он не мог самостоятельно передвигаться в течение 20 дней.  Впоследствии ему было предписано шариатским судьей пройти трехнедельный курс изучения норм ислама. Женщина также высечена 40 раз, в связи с тем, что она открыла дверь мужчине в отсутствии ее мужа, даже несмотря на то, что они были знакомы с соседом в течении многих лет.

Перед захватом населенных пунктов ИГ направляет в них лазутчиков, а также оплачивает сети осведомителей, которые собирают всю необходимую информацию, не только в отношении военных целей, но и лицах, активно сотрудничающих с режимом Б.Асада или «отступническими силами». Одновременно, не особенно ретивых сторонников ислама ИГ после захвата территорий подвергают избиениям, а также показательным акциям запугивания. Такие методы обеспечения лояльности, как отмечают свидетели, были привнесены в прошлом военнослужащими армии С.Хусейна. Именно кадрам прежнего режима в Ираке удалось разработать мощную разведывательную сеть в различных районах Ирака и Сирии. Боевики стремятся выявить наиболее сильные кланы, влиятельные политические фигуры, проживающих в данной местности, осуществляя сбор сведений о нарушении ими норм шариата. Также проводится выявление основных источников дохода интересующих ИГ лиц, чтобы затем их шантажировать с целью получения финансовых средств.

В случае, если боевикам ИГ не нравится какой-нибудь житель, они могут сделать в отношении него ложное обвинение в шариатском суде, после чего, как правило, выносится решение в пользу боевика. «Виновного»  могут сурово наказать или убить.

Наиболее влиятельных лиц, которые сомневаются о необходимости вступить в ИГ, но обладает связями в других регионах Сирии или Ирака боевики насильственно заставляют примкнуть к их рядам. Доля обеспечения «сговорчивости» они, нередко подвешивают за на веревки человека, который висит на руках в течении 1,5-2 часов. Это продолжается в течение двух недель. При этом боевики регулярно выводят их для просмотра казней неугодных им людей, каждый раз заявляя, что ведут его на казнь. После того, как человек окончательно психологически подавлен ему предлагают пройти курс шариата в течении трех недель и дать клятву верности халифу.

«Курс шариатизации» предполагает обучение «истинному исламу»  в группах от 30 до 50 человек, объединенных на основе культурной и языковой принадлежности. Программа различается по содержанию и объему, в зависимости от уровня знаний и социальных особенностей обучающихся. Молодежь, получает короткий десятидневный курс. Бывшие бойцы —  пятнадцатидневный курс. Вновь поступившие боевики перед направлением в военно-тренировочные лагеря проходят о бучение шариату от 2 до 4 недель. По окончанию все обязаны поклясться в верности лидеру халифата Абу Бакру аль-Багдади.

Обучение шариату служит для зомбирования будущих кадров. Харизматичные преподаватели из Саудовской Аравии и Иордании убеждают боевиков стать «мучениками». Так, как отмечают очевидцы, в течение трех встреч, которые длились по два часа каждая, около 30 процентов согласились стать смертниками. Они, как правило, читают лекции по политическим проблемам, стоящим перед мусульманами по всему миру и о том, как последователи ислама были ассимилированы и как их земли и богатство были захвачены Западом.

Первое, чему инструкторы учат на  своих курсах — верховенство  принципа «Слушаю и повинуюсь» своим амирам. Неподчинение руководителям является, по идеологии ИГ, одним из величайших грехов.

По содержанию программа подготовки  по  шариату в целом соответствует идеологии «Аль-Каиды», разработанной задолго до того, как ИГ было создано. Она опирается на труды Ибн Таймии, ученого  тринадцатого века, который активно внедрял принцип такфира. Инструкторы используют различны труды этого теоретика исламизма, а также  книгу «Китаб ат-Тавхид», которые и составляют основу программы курса. Эти тексты, в дополнение  к витиеватой трактовке священных текстов Корана и более или менее известных хадисов, по мнению выпускников, достаточно трудны для восприятия, разъяснение их всецело зависит от преподавателей. Вера студентов в неприкосновенность священного Корана, в сочетании с харизмой направляемых им проповедников, делает их весьма уязвимыми к принятию насильственной  интерпретации ислама.

Стоит напомнить, что большинство сирийцев, даже выпускников вузов, никогда не учили даже самые основные положения  ислама, потому что режим Асада контролировал систему образования. Таким образом, для многих из них, «знания о мусульманской религии» не прошли через фильтр их прошлого накопленного интеллектуального опыта. Это положение духовной пустоты, в сочетании с голодом, значительно облегчили задачу для ИГ по внедрению «истинно правдивых» сведений об исламе.

Преподаватели ИГ прививают мысль о том, что только они способны раскрыть им знания об исламе. На вопросы очевидца, почему не ведется борьба против Израиля, амиры отвечают, что сначала следует бороться с «лицемерами» и «предателями» в противном случае они нанесут удар нам в спину, а «последняя битва» будет в Дабике (под Алеппо), как только будут побеждены «лицемеры». При этом инструкторы ссылаются на  исламские апокалиптические пророчества о конце времен и признаках «конца света».

Курсанты только тогда считаются готовыми  стать бойцами, как только они могут провести казнь «врагов ислама» —  пленных, заключенных, отступников, перебежчиков. После совершения ими акта обезглавливания они вступают в ряды группировки.

Отношение к боевикам других радикальных исламистских группировок, пожелавших перейти на сторону ИГ неоднозначное. Те, кто сделал это добровольно, как правило, должны продемонстрировать лояльность ,отказаться от всех прошлых связей и покаяться за совершенные ранее «преступления». «Тауба» (покаяние) следует сделать до решения шариатского судьи. Непосредственно на судебном разбирательстве бывшие боевики предоставляют об этом письменное свидетельство.

Среди захваченных боевиков «Джабхат ан-нусры», как указывают очевидцы, иногда «уважительным», чтобы остаться в живых, служит такой аргумент: « Я искал дорогу к джихаду, но в тот момент еще ИГ не было создано. После провозглашения халифата у меня уже были  обязательства  перед организацией, которые я не мог нарушить». В подобных случаях решение о вступлении в ряды в ИГ зависит от  военных заслуг арестованного, навыков ведения боя,  возможностей принести пользу группировке

В частности, одному  из пленных боевиков «Джабхат ан-нусры» было сказано, что он будет прощен при условии, если он станет воевать на стороне «истинных мусульман». На суде ему объявили, что он оказывал помощь неверным и поэтому считается отступником. Но если он попросит прощения у Аллаха, не будет обращать оружия против «истинных мусульман» и поклянется в верности халифу А.Б.аль-Багдади, то сможет «искупиться» . Боевику  с серьезным опытом ведения боевых действий было предложено стать инструктором и параллельно проходить трехмесячный курс идеологической подготовки.

ИГ в настоящее время привлекает около тысячи новых иностранных боевиков в месяц. По мнению бывших боевиков ИГ, всего насчитывается около десяти тысяч «муджахедов» в Сирии  и двадцать пять тысяч в Ираке. Шестьдесят процентов из них — иракцы и сирийцы,  сорок процентов иностранцы.

По свидетельствам очевидцев, иностранные боевики, в особенности, прибывшие из европейских стран, проявляют самоотверженность  на поле боя и, в отличие от граждан арабских государств, наиболее искренни в отстаивании интересов ИГ. Многие приезжают с семьями, делая это вполне осознанно. По словам одного бывшего боевика ИГ, после того как он принял ислам, он долетел со своей женой и двумя детьми до Стамбула под видом туристов, затем отправился к сирийской границе, которую затем перешел  с контрабандистами. После их прибытия им было предложено в Ракке жилье, и он был определён на курсы в течение двух месяцев. Его паспорт и телефон были сожжены. После идеологического обучения он прошел курс военной подготовки и стал бойцом одного из подразделений ИГ.

Наиболее известные военно-тренировочные лагеря – «Усама бен Ладен», «Аз-Заркауи» в Ракке, «Лагерь 17 батальона», а для мальчиков от восьми до семнадцати лет — «Аш-Шабаб халиф лагерь». Молодежь обучается в нем в  течение трех месяцев. Они в основном становятся проповедниками. Они также получают военную подготовку. Для того чтобы сдать экзамен и выпуститься, они должны перерезать горло заключенному. Для этих целей недалеко находятся арестованные и приговоренные к смерти.

В зависимости от потребностей и боевых целей ИГ военное обучение продолжается от двух до шести недель. Особенно склонных к насилию и лиц с психопатическими наклонностями, которые получают особое удовольствие от жестокости и причинения боли, отбирают, чтобы они впоследствии стали палачами.

Типичный боец, по свидетельствам очевидцев, как правило, вооружен  одним пистолетом  «Глок» или  «Смит энд Вессон», автоматом М-16 или АК-47, двумя  ручными  гранатами; рюкзаком с аптечкой, продуктами  питания и водой и по крайней мере пятьюстами  патронами.

Боевикам прививают культ взаимопомощи. Чаще всего они оказывают помощь и поддержку друг другу до конца.

«Во время нападения на авиабазу Ат-Табка командиры  сирийской армии ночью бежали на вертолете. Днем объект был захвачен и были взяты в плен около 700 военнослужащих. Почти все были они были обезглавлены . Двести пятьдесят из них были привезены в города и их казнили перед сборищем народа в качестве акта устрашения, остальных — на поле боя. Человеческая кровь от казней текла рекой».

Бывшие боевики рассказывают, что тем, кто испытывает страх на поле боя и раскаивается в этом предлагаются неофициально  препарат, который по описанию соответствует, соответствует амфетамину. «Когда мы боролись против «низама» ( солдат Асада –авт.) в Рас-эль-Айн, я очень испугался. Один из боевиков, посмотрел на меня и понял, что мне было страшно. Отвечая на вопрос, страшно ли мне, я сказал, что действительно испугался. Он дал мне таблетку. Она была очень горькая и коричневого цвета. Я проглотил ее. Через тридцать минут я стал другим человеком, героем. Я пошел в бой очень смело. Мои друзья сказали мне, чтобы я вернулся, но вместо этого, я пошел вперед и сказал: «Нет, я хочу умереть!» Я стал настолько смелым. Я не спал в течение трех дней. Это дало мне столько энергии. Я чувствовал, как будто я непобедим. Я вернулся домой на четвертый день. Я сидел вместе с моей семьей. Потом я лег на три-четыре минуты, и почувствовал, что не спал в течение многих лет. В тот момент, я не мог пошевелить рукой и не мог говорить. Я понял, что это было из-за наркотиков, и отказался принимать их снова. Они сказали мне, что я не стану  зависимым, но я не сделал этого. Есть разные виды этого препарата, некоторые желтоватые, некоторые светло-коричневые».

Иностранные боевики представляют многие страны: США, Великобританию, Германию, Францию, Россию ( в том числе Дагестан и Чечню), Индонезию, Китай, Шри-Ланку, Малайзию, Саудовскую Аравию, Тунис, Алжир, Египет, Палестину, Ливан, Азербайджан и Узбекистан. Очевидцы рассказывают, что с большим подозрением боевики относятся к выходцам из России. «Мы считали их агентами, так как они светлые, с настоящей русской кровью, и мы не доверяли им. Многие из них служили в российской армии, а потом «ушли в ислам» и присоединились к ИГ. Но они очень умелые стратеги и хорошо планируют наступательные операции».

Чеченцы и узбеки считаются закаленными в боях бойцами, и на их основе формируются  специальные ударные подразделения «элитные силы» в составе ИГ, применяемые на наиболее опасных и сложных участках военных действий. Эти две группы не смешивают в бою. Они проявляют наибольшую жестокость к захваченным в бою пленным.

Что касается китайских иностранных боевиков, бывшие боевики ИГ отмечают, что «существуют китайские деревни бойцов, которые свободно говорят по-арабски . Около пяти сотен из них живут в них со своими семьями. На вопрос , что вероятно это уйгуры, он отметил: «Нет, они китайцы, я знаю уйгуров».

Каждый народ имеет свою особую репутацию. Самыми недисциплинированными считаются саудовские боевики. Они нередко проявляют излишнюю жестокость. Так, во время одной из операций в результате удара американского  F-16  около пятидесяти боевиков  погибли. Они обратились за помощью, но получили приказ не оставлять удерживаемые позиции. Их амир переправил 10 раненых из состава группы в командный центр ИГ. Вернувшиеся были убиты сразу же, так как они ослушались приказа. Другие сорок саудовцев, с их командирами, бежали и присоединились к «Джабхат ан-нусре».

По оценкам бывших боевиков ИГ, муджахеды из западных стран намного выше образованы и находятся в привилегированном положении по сравнению с выходцами из других государств. По прибытию в контролируемые ИГ районы им предоставляются автомобиль, приемлемые жилищные условия, супруга и разрешение приобретать наложниц.

ИГ активно продвигает идею «мученичества». В то время как ислам учит прощению, верующему не гарантируется спасение в загробной жизни. Тех, чьи грехи перевешивают добрые дела в Судный День ждут муки ада. На этом фоне, любой, кто согрешил, может быть привлечен к проведению  «миссии мученичествам« для того, чтобы получить «вечную награду». «Очевидцы утверждают, что некоторые люди присоединяются к ИГ для того, чтобы стать «шахидом», а их прошлые грехи были прощены. Некоторые состоятельные люди считают, что должны сделать что-то большое, чтобы быть прощенными и ведут «джихад» для очищения своей души».

ИГ использует «обещание брака» и рабынь как стимул для молодых людей с целью привлечение их в свои ряды. Особенно это касается выходцев из бедных регионов, таких как  Тунис — страны поставившей радикалам до 3 тыс. боевиков. Нередко джихадисты прямо говорят, что «идут бороться за них и жениться».

По мнению собеседников, обещание жениться является мощным мотивирующим фактором для вступления в ряды ИГ. Это становится для боевика не только наградой в раю, если они примут «мученическую смерть», но и  вполне реальным вознаграждением сейчас. Когда боевик вступает в брак, ему выдается единовременное пособие, также предоставляется жилье, а в некоторых случаях автомобиль.

Многие  муджахеды после боевых действий пытаются найти утешение в обществе женщин. Так, один тунисец захотел провести время в сексуальных утехах сразу с двумя своими женами (одновременно запрещено шариатом). Отказавшиеся пойти ему на уступки супруги пожаловались на него судье. После чего муж был приговорен к  20 дневным работам в качестве наказания.

Женатые боевики видят свои семьи часто  —  каждые десять дней отлучаются домой на неделю.

По словам очевидцев: «все приходят к ним… вам выдадут оружие для войны. У некоторых нет жены… они дадут вам деньги, так что вы сможете жениться. Они выдают около двух тысяч долларов (единоразово), чтобы  организовать женитьбу и зарплату от двухсот до трехсот долларов США в месяц. Вам не нужно бояться. Они гарантированно позаботятся о вашей семье деньгами и продуктами. Если ты погибнешь».

Молодые женщины, которые приезжают из-за рубежа, выходят замуж в короткий промежуток времени. Они размещены в специальных «домах сестер».

ИГ открыло «брачное бюро», куда обращаются мужчины и женщины. Женщины, как правило, выражают желание выйти замуж за представителя своей национальности.

После гибели боевика ИГ стремится выдать вдову замуж повторно как можно скорее. Эта группировка не следует обычной практике шариата, согласно которой вдова обязана  ждать в течение четырех месяцев и десяти дней, чтобы убедиться, что она не беременна от своего бывшего мужа. Как отмечают очевидцы, вдова через сорок дней, выходит замуж за другого боевика.

Острая потребность в «женщинах»  и их явный дефицит приводит к тому, что боевики оказывают давление на вдов, побуждая их вступать в «брачный союз». Иностранки из Европы находятся в несколько привилегированном положении. Они часто живут в комфортных домах и им выдают автомобили. Как правило, они не выходят замуж за сирийцев.

В Ракке в здании, которое ранее было Дворцом правительства проходят «торги» наложниц. Только боевик ИГ имеет право купить рабыню. Для этого необходимы  документы от амира или губернатора, разрешающие купить «живой товар». Минимальная цена за женщину от одной до трех тысяч долларов.

Если кто-то пытается покинуть ряды ИГ, не получив на это разрешение, его уничтожают. Так, по словам очевидцев, один молодой турок встретился с отцом на сирийско-турецкой границе. Его отец не хотел, чтобы он снова  вернулся к боевикам, но мальчик сказал сквозь слезы отцу, что они убьют его здесь прямо сейчас, если он не пойдёт с ними. Вдруг около пятнадцати боевиков  появились из тени и встали вокруг молодого человека, чтобы он не вернулся домой с отцом…

Через сирийско-турецкую границу проходит основной маршрут переброски боевиков. Как отмечают очевидцы, турецкие власти поддерживают «повстанческое движение» в Сирии. На южных рубежах Турции четыре города — Шанлыурфа, Газиантеп, Килис и Хатай имеют глубокие исторические связи с Сирией. Через них проходят основные каналы переправки исламистов в САР. Население этих четырех городах (т.е. Шанлыурфа, Газиантеп, Килис, и Хатай) представляет собой смесь курдов, арабов, туркоманов — наследство того времени, когда Османская империя управляла всем регионом включая Сирию, Ирак. Многие арабы и курды имеют родственников в соседней Сирии, и даже сегодня трансграничные браки  по-прежнему являются распространенным явлением. Поэтому нелегальный траффик людей, контрабанда товаров, оружия подкреплены семейными связями. Средняя цена переброски – около 200 долларов, в зависимости от ситуации. В одном из кафе недалеко от границы в Акчакале, собираются те, кто стремится пересечь границу – там они встречаются с контрабандистами.

В лагерях  беженцев ИГ занимается вербовкой боевиков. Представители этой организации нередко используют давление, угрожая,  что в случае отказа  людей от  участия в боевых действиях на стороне ИГ им придется покинуть лагерь. При этом, в случае гибели они обещают заботиться о семье боевиков.

Как отмечают очевидцы, многие боевики, особенно иностранцы, достаточно быстро разочаровываются в действиях ИГ, особенно становясь свидетелями несоответствия заявленных целей этой группировки и реальным воплощении ее идеологии. Боевиков отталкивает жестокость, постоянные пытки и бессмысленные жертвы. Наличие значительного числа тех, кому нравится убивать и приводить в исполнение смертные приговоры и жесточайшие пытки, постоянные изнасилования в захватываемых ИГ населенных пунктах, издевательства над задержанными. Так, очевидцы рассказывают, что «однажды пленным  было сказано, что они свободны и они могут идти, но не развязывая глаза. Они шли вперед и падали в колодец. Стоял нестерпимый запах – внутри скважины уже было около трехсот трупов. Многие смогли убедиться, что ИГ не несет свободу и причиняет только разрушения».

Они утверждают, что иностранцы приезжают воевать, причем совершенно искренне, надеясь помочь мусульманам в борьбе против Асада. Однако они сталкиваются с крушением ожиданий. Они оказываются среди боевиков, которые движимы желанием как можно большего количества утех с женщинами, наживой, реализацией своих комплексов и оправдываемой идеологией ИГ жестокостью. Им сложно найти общий язык с боевиками, которые стремятся управлять захваченными территориями, не обладая при этом необходимыми знаниями. ИГ гарантирует даже им свое «достойное место». Так, один египтянин в разговоре со своими родственниками на их просьбу вернуться домой ответил, что он «на родине был чистильщиком обуви, а в Ракке он живет, как шейх и его сын тоже будет шейхом».

23.03MB | MySQL:57 | 0,475sec