О саудовском факторе на переговорах по урегулированию сирийского кризиса

Основные итоги переговоров в Женеве по урегулированию сирийского кризиса  пока заключаются в том, что остается нерешенным самый главный и принципиальный вопрос — качественный состав будущего межсирийского стола переговоров о мирном устройстве страны в дальнейшем. Для того чтобы запустить  процесс консультаций, важно определиться и добиться консенсуса по самому принципиальному вопросу — отделение «чистых от нечистых» или «террористических групп сопротивления от не террористически». Если называть вещи своими именами — радикально-джихадистских групп от относительно светских. При этом камнем преткновения остается позиция России. По заявлению министра иностранных дел РФ С.Лаврова: Москва не отказывается от оценки организаций «Джейш аль-ислам» и «Ахрар аш-Шам» как террористических. Из этого можно сделать вывод, что в основе дискуссии лежит как раз статус именно этих организаций. В свое время мы уже сообщали, что обе эти организации являются полностью протурецкими и просаудовскими. Причем именно в такой последовательности, поскольку с лета прошлого года турецкие офицеры негласно присутствуют в штабе «Джейш аль-ислам», где координируют обмен разведданными с Анкарой. Само же руководство этих двух групп (в значительной части уже погибшее на настоящий момент) в рамках своих переговоров в Стамбуле летом прошлого года с высшим руководством Управления общей разведки (УОР) КСА и МИТ Турции определило параметры своего участия в проведении необходимой линии поведения на сирийском направлении. Заинтересованность США в продвижении этих групп как реальных участников будущих переговоров заключается, прежде всего, в том, что таким образом они стараются застолбить за собой позиции влияния в т.н. «»исламистском сегменте» сирийской вооруженной оппозиции и оставить в легальном переговорном поле Анкару и Эр-Рияд. Собственно, все предыдущие заигрывания представителей аравийских монархий в лице КСА и Катара с Москвой были обусловлены именно желанием прощупать позицию России на предмет достижения компромисса по этому вопросу. Если оценить позицию Вашингтона в этой связи, то отметим, что без Турции говорить о каком-то внятном прогрессе в урегулировании сирийского кризиса сложно. Анкара является основным игроком с точки зрения поддержания боеготовности просаудовских и иных групп противников режима Б.Асада, и ее опосредованное участие в процессе будущих переговоров однозначно важно. Другой вопрос, что Россия в данном случае заняла наступательную позицию, стремясь за счет отсева «террористических групп» сузить по максимуму для Анкары и аравийских монархий поле для маневра.

То, что попытка подкупить (грубо говоря) Москву у Эр-Рияда не получилась, косвенно свидетельствуют не только заявления С.Лаврова. По данным американских исследовательских центров, которые тесно связаны с Пентагоном, КСА не намерено закупать в России тяжелое ракетное вооружение. Напомним, что ранее в прессу просочились якобы озвученные саудовским министром обороны  принцем Мухаммедом бен Сальманом во время его недавнего визита в Москву намерения закупить ракетные комплексы «Искандер-М» и системы ПРО С-400. То, что такие утечки саудовский министр допускал, мы не сомневаемся. Вопрос — зачем? На поверку выходит, для того чтобы по давней восточной традиции попугать Вашингтон и заставить его занять более грамотную позицию по вопросу будущего формата межсирийских мирных переговоров. Эр-Рияд, безусловно, отдает себе отчет в том, что США вряд ли изменят свою позицию по вопросу «Джабгат ан-нусры». Но вот что касается остальных просаудовских группировок, поле для дискуссии открывается широкое. Понятно, что США не могут позволить реализовать планирующейся оружейной сделки. И совсем не потому, что Россия таким образом начнет серьезно угрожать фактической монополии оружейников США на саудовском рынке и получат некие финансовые дивиденды от этого. Основным в данном случае является понимание того, что Эр-Рияд получает слабо контролируемый Вашингтоном доступ к системам ракетного вооружения, которое способно нести тактическое ядерное оружие. Это после достижения ядерной сделки с Ираном является очень реальной перспективой. КСА давно уже за свои деньги модернизирует пакистанскую армию, формально ничего не получая взамен. Напомним, что Исламабад отказался направлять свои войска в Йемен, скептически отнесся к инициативе Эр-Рияда по созданию некой исламской коалиции для борьбы с терроризмом в Сирии, и вообще занял по сирийскому досье явно более взвешенную позицию, намекая на то, что единство страны необходимо сохранить, а режим Б.Асада является одним из основных партнеров на переговорах. Такую пакистанскую позицию Эр-Рияд на удивление спокойно «проглатывает», что объясняется, на наш взгляд, просто. Саудовская Аравия стремится не допустить осложнения двусторонних отношений, поскольку от их состояния напрямую зависит перспектива получения от пакистанцев готовой «ядерной штуки» при наступлении часа Х. Под ним в Эр-Ряиде понимают получение аналогичного изделия Ираном. Сделать ее самостоятельно КСА при всех своих финансовых возможностях не сможет, даже если начнет нанимать иностранных ученых-ядерщиков. Это Эр-Рияду не позволят сделать те же США, которые очень ревниво наблюдают за попытками королевства прощупать почву для создания собственного ядерного щита. В этой связи саудовское руководство должно озаботиться получением альтернативных от западных источников получения не только самого ядерного оружия, но и средств его доставки. В условиях нынешней политической конъюнктуры таким источником, который необходимыми технологиями обладает и абсолютно не подвластен указаниям из Вашингтона, является Россия. Отсюда пока разведывательные во многом заявления о намерениях саудовской стороны закупить российское оружие. Но большим барьером для реализации этих планов остается Сирия. Кроме того, диверсификация своего оружейного рынка и принятие на вооружение абсолютно не подпадающего под стандарты НАТО вооружения, является в данный момент времени для Саудовской Аравии непозволительной роскошью. Это потребует завязаться на российское техническое обеспечение и обучение кадров, что пока не актуально, но при этом затратно. Достаточно того, что Эр-Рияд согласился на предоставления кредита АРЕ на покупку двух «Мистралей».

Возвращаясь к теме возможного начала сирийских мирных консультаций в январе с.г., то выразим в этом сомнение. Именно по причине несогласованности между сторонами окончательного списка террористических организаций. Мы уже отмечали, что несомненным политическим успехом Москвы является сам факт включения этой темы в повестку консультаций с Вашингтоном. Теперь осталось малое — составить ее таким образом, дабы максимально ограничить будущее влияние Саудовской Аравии и Турции на процессы строительства новой системы государственно-административного устройства Сирии.

62.48MB | MySQL:101 | 0,667sec