Провал военного переворота в Турции (причины, последствия и влияние на обстановку в регионе и Иране)

В ночь с 15 на 16 июля в Турецкой Республике (ТР) военные попытались выхватить власть из рук президента Реджепа Тайипа Эрдогана. Через несколько часов стало известно, что путч провалился, унеся почти 300 жизней (в их числе 100 мятежников) и оставив около 1500 раненых. Президент Турции заявил, что контролирует ситуацию. Командование турецкой армии объявило, что арестованы все организаторы мятежа, в том числе бывший командующий ВВС Турции Акин Озтюрк, якобы признавший свое руководство мятежом, а также советник президента Албай Али и генерал Бекир Эркан Ван – командующий военной базой Инджирлик, на которой дислоцированы турецкие и американские ВВС. Всего взяты под стражу около 8 тысяч человек.

Так что же произошло в Турции? И как это отразится на ситуации в регионе и на ирано-турецких отношениях?

Взгляд из Москвы

У политологов есть несколько вариантов объяснения причин попытки переворота, который президент Р.Т.Эрдоган назвал «подарком Аллаха», поскольку мятеж был чрезвычайно выгоден ему. Основная же причина – это недовольство военных президентской политикой. В течение почти 60 лет армия в Турции была субъектом внутренней политики и носителем прозападных секуляристских традиций К.Ататюрка. Во второй половине ХХ века армия четырежды совершала военные перевороты (1960, 1971, 1980, 1997), выступая на стороне гражданского общества против исламизации страны и отхода от конституционных принципов, заложенных почти 100 лет назад основателем современной Турции первым ее президентом Кемалем Ататюрком. И каждый раз в итоге военные передавали власть гражданским политикам.

Пришедший к премьерской власти в 2003 году «умеренный исламист» Реджеп Тайип Эрдоган хорошо выучил уроки истории и на протяжении десятилетия нахождения в должности (с 2014 года он стал президентом ТР) сделал всё возможное, чтобы ослабить роль армии, проводя перманентные чистки командного состава.

Многие наблюдатели полагают, что переворот был организован самим Р.Т.Эрдоганом, чтобы окончательно разгромить оппозиционеров, политических противников и не только в армии. Но это вряд ли. Как пишет российский исследователь Щегловин Ю.Б., «у Эрдогана нет подобного уровня махинаторов, а сам он никогда бы не пошел на такие «эксперименты» просто в силу своей патологической паранойи. Руководство МИТ (Национальная разведывательная организация) на такие схемы не способно как в силу своего профессионального уровня, так и в силу слабых позиций в армии (сотрудники-выходцы из вооруженных сил сейчас составляют в ведомстве 4 процента от общего числа всех сотрудников)».

Наиболее вероятный вариант – это попытка армейцев упредить операцию, инициированную самим Р.Т.Эрдоганом, которая должна была пройти 17 июля, по новой зачистке армии и массовым арестам высокопоставленных лиц, в том числе военнослужащих. Поэтому путч был ответной превентивной реакцией армии на планы президента. У мятежников не было достаточного времени для скрупулезной подготовки восстания. Спонтанность выступления частей ВВС, сухопутных войск и жандармерии за несколько часов до начала запланированной чистки стала причиной плохой подготовленности. Главными застрельщиками заговора были офицеры среднего звена, которым не была оказана поддержка ни сверху, ни снизу. Большая часть генералитета лишь молчаливо одобряла действия мятежников, явно ожидая результатов их операции по захвату или «нейтрализации» президента Р.Т.Эрдогана и высшего руководства страны. Стоит добавить, что большинство солдат и сержантов, участвующих в перевороте, вообще полагали, что это просто очередное учение.

К тому же не исключено, что Р.Т.Эрдоган имел агентурные данные о готовящемся мятеже и его развитии, но в силу огромной политической выгоды для себя не стал душить его в зародыше. Это дало ему возможность опережать события и действовать по своему сценарию.

Теперь президент Р.Т.Эрдоган отыгрывает свою победу в полном объеме. Как пишет уже упоминавшийся Щегловин Ю.Б., «в Турции начинается этап «сталинской паранойи». Арест практически всего высшего командного звена армии без разбора (уже арестовано 7 действующих генералов, 48 полковников и порядка 400 офицеров [на 18.07.16.,авт]) приведет к окончательной утрате этим институтом возможности не только осуществлять боевые действия в той же Сирии (Эрдоган просто не рискнет теперь осуществлять интервенцию), но и влиять на внутреннюю политику… Эрдоган использует путч для разгрома единственной внятной силы, которая противостояла ему на нынешнем этапе на политической внутритурецкой площадке — корпуса судей. Арест порядка трех тысяч судей и прокуроров, которые «участвовали в перевороте», это бред, который призван оправдать ликвидацию оппозиционного ему института судебной власти. В свою очередь это означает окончательный отход страны от принципа разделения властей и ведет к установлению личной диктатуры Эрдогана».

Катарский телеканал «Аль-Джазира» публикует экспресс-интервью с несколькими молодыми представителями турецкой интеллектуальной и профессиональной элиты – журналистами, инженерами, архитекторами. Все они настроены пессимистично, считая, что теперь и мирных противников властей будут преследовать с той же жестокостью, как и военных, участвовавших в путче. Многие из опрошенных собираются эмигрировать, мотивируя свое решение тем, что в новой Турции для них места нет.

Как справедливо отмечает политолог Алексей Кафтан, «Мустафа Кемаль Ататюрк проиграл Реджепу Тайипу Эрдогану. Памятники ему еще долго будут стоять по всей Турции, его мавзолей останется почитаемой святыней — но построенная им страна прекратила существование».

Президент Турции готовится к резкому развороту — и во внутренней политике, где уже развернута кампания массовых репрессий с усилением процесса исламизации, и во внешней. Запад с его правозащитной идеологией для него враг определившийся, выбранный, необходимый.

Недаром сразу после подавления путча в ходе телефонных переговоров с иранским президентом Хасаном Роухани Р.Т. Эрдоган предложил иранцам более тесное сотрудничество в сфере обеспечения стабильности в ближневосточном регионе. Турецкий президент также посоветовал Тегерану активно сотрудничать с Москвой. Если Турция, Иран и Россия смогут объединиться в борьбе с террористической угрозой, то все радикальные исламистские группировки будут уничтожены в самое ближайшее время, выразил свою уверенность Р.Т.Эрдоган.

Президент Ирана поддержал инициативу турецкого коллеги и призвал Анкару до конца текущего года провести прямые переговоры, во время которых стороны обсудят конкретные варианты ведения совместной борьбы с террористами.

Но как можно расценить этот пассаж Р.Т.Эрдогана? То ли это шантаж Запада, то ли это изменение политики в отношении, прежде всего Сирии. Возможно, с одной стороны, Р.Т.Эрдоган страхуется на случай осложнения отношений с Евросоюзом и США, заранее готовя себе сильных партнеров в регионе (оппонентов Запада) и демонстрирует это, прежде всего, Западу. С другой — хорошо известно, что Анкара всегда была наиболее яростным противником президента Сирии Башара Асада и требовала его безусловного ухода. Быть может, турецкий президент понимает, что армия после подавления переворота и жестких чисток не в состоянии вести успешные боевые действия против Б.Асада и противодействовать антитеррористической деятельности российских и иранских воинских контингентов в Сирийской Арабской Республике. Возможно также это ответ на молниеносную поддержку со стороны Тегерана.

 

Взгляд из Тегерана

Иранское руководство продемонстрировало явную озабоченность ситуацией в соседней стране. В роковую ночь с 15 на 16 июля президент ИРИ Хасан Роухани собрал чрезвычайное внеочередное заседание Высшего совета национальной безопасности (ВСНБ), где главным и единственным вопросом была ситуация в Турции. Затем глава МИД Мохаммад Джавад Зариф провел консультации с секретарем ВСНБ адмиралом Али Шамхани и командующим Силами специального назначения «Кодс», входящего в состав Корпуса стражей исламской революции (КСИР), генералом Касемом Сулеймани по поводу происходящих в Турции событий, и уже утром 16 июля министр иностранных дел обнародовал их детали на закрытом заседании Меджлиса.

По данным аналитического сайта Al Monitor, с первых минут начала военного путча в Турции иранские руководители находились на прямой постоянной связи со своими турецкими коллегами: Мохаммад Джавад Зариф – с Мевлютом Чавушоглу, Али Шамхани – с сотрудниками службы безопасности Турции. Касем Сулеймани занимался анализом различных сценариев развития ситуации в Турции и возможной реакцией на них иранской стороны.

Иран один из первых осудил попытку военного переворота в Турции. Быстрая реакция на происходящее была выражена министром иностранных дел М.Д.Зарифом на своей страничке в «Твиттере». Отметив озабоченность обострением кризисной ситуации внутри Турции, он подчеркнул, что Иран выступает против антиконституционных действий.

Вскоре основную позицию руководства страны выразил Али Шамхани, заявивший о неприемлемости никаких переворотов, направленных против законно избранной власти и поддержке правительства Турции. Он подчеркнул, что «исход событий в Турции определила воля турецкого народа» и «бдительность политических партий, которые своим участием сорвали планы путчистов». Особо адмирал А.Шамхани акцентировал внимание на том, что в ночь переворота иранская сторона поддерживала постоянные контакты с государственными структурами Турции и что на границе двух стран никаких инцидентов не зафиксировано.

16 июля находившийся Керманшахе президент Х.Роухани заявил, что эпоха переворотов, танков и пушек прошла. Если несколько военнослужащих пытаются оспорить результаты всенародного голосования и свергнуть правительство Р.Т.Эрдогана, то Исламская Республика Иран в соответствии со своими принципами выступает против любых переворотов.

С заявлениями в поддержку законного турецкого правительства выступили и другие руководители ИРИ. Спикер иранского парламента Али Лариджани поздравил своего турецкого коллегу с провалом переворота, отметив, что Тегеран «всегда поддерживал национальный суверенитет и волю демократически избранных правительств».

В заявлении спикера МИД ИРИ Бахрама Касеми подчеркивается, «мы глубоко обеспокоены проблемами стабильности, безопасности, единства, демократии и верховенства права в Турции». «Стабильная, безопасная и демократическая Турция является приоритетом для Исламской Республики Иран», — сказал Б. Касеми, выразив надежду Ирана, что «полная стабильность и мир будут восстановлены в стране как можно скорее».

18 июля состоялся телефонный разговор между президентом ИРИ Х.Роухани и президентом Р.Т.Эрдоганом, в котором иранский руководитель отметил значимость стабильности в Турции и регионе.

В иранском научно-аналитическом сообществе и в журналистской среде информация о попытке военного переворота в Турции естественно вызвала повышенный интерес. Правда, порой этот интерес выражался в несколько экзальтированно-сенсационной форме на грани слухов и догадок. Так, некоторые иранские сайты (tasnim.ir) предположили возможность блиц-вояжа президента Р.Т.Эрдогана в Иран после его экстренного отлета из резиденции на турецком курорте Мармарис. По данным оппозиционных сайтов, Р.Т.Эрдоган запросил согласие иранской стороны на короткое неофициальное пребывание в ИРИ. Иранцы якобы разрешили, но ограничили район близостью к ирано-турецкой границе. Выбор пал на Тебриз, откуда по скайпу президент Эрдоган якобы давал свое первое после путча интервью. Затем под прикрытием иранских боевых самолетов он вернулся в Турцию. Это, конечно, слухи, опровергнутые официально. Как сообщает иранское бюро Агентства Азери-Пресс (АПА), информация о том, что якобы в первые часы попытки переворота в Турции Реджеп Тайип Эрдоган находился в Иране, не соответствует действительности. Об этом на пресс-конференции 18 июля заявил заместитель министра внутренних дел Ирана по вопросам безопасности Хусейн Зульфугари.

Несмотря на это, в Иране и в других странах продолжают настаивать, что эта информация недалека от реальности. Так, британское информагентство Reuter утверждает, что иранские военные истребители сопровождали турецкий борт № 1, что помешало мятежникам уничтожить его в воздухе.

Но кроме неподтвержденных сенсаций иранские СМИ дают изложение подробностей ночи переворота и его провала, а также анализируют высказывания политиков и экспертов в сфере международных отношений  относительно влияния этих событий на будущее Турции, перспективы ирано-турецких отношений и развитие ситуации в регионе.

Иранские аналитики высказывают различные точки зрения по такому вопросу как: был ли переворот «спланирован и срежиссирован заранее» Р.Т.Эрдоганом и его окружением, или всё же это была реально предпринятая попытка свержения властей. При всех расхождениях во мнениях они едины в том, что неудавшийся переворот усилил позиции Р.Т.Эрдогана и открыл ему путь к удалению своих противников из всех государственных структур и предоставил возможность вновь поднять вопрос о внесении изменений в конституцию и усилении института президентской власти. По мнению экспертов, прямым внутренним следствием этих событий станет полная зачистка армии и постановка ее под контроль сил безопасности – основного инструмента Р.Т.Эрдогана. Предполагается, что спецслужба МИТ будет реорганизована в более мощную и влиятельную структуру. Тем самым будет положен конец вмешательству военных в политическую жизнь, а некоторые аналитики говорят и о возможной кончине идей «кемализма» и начале эпохи «посткемализма» в Турции.

В то же время некоторые политологи заявляют о возможности осложнения внутренней ситуации  и углубления внутриполитического кризиса ввиду жестких действий президента, давления на структуры гражданского общества, усиление этнических и межрелигиозных противоречий. Такое развитие событий лишь усилит дестабилизацию Турции, региона и чревато угрозами для соседних государств.

С другой стороны, в анализах ситуации иранскими наблюдателями отмечается, что альтернативой вышеназванному может стать прагматичная позиция президента, заключающаяся в сохранении демократических принципов, во взаимодействии с оппозиционными партиями, не поддержавшими переворот и другими «мягкими шагами», которые помогут стабилизировать внутриполитическую обстановку.

Иранское экспертное сообщество высказывает большие сомнения относительно причастности к организации переворота находящегося в изгнании в США бывшего соратника Р.Т.Эрдогана Фетхуллаха Гюлена — лидера исламской общественной организации «Хизмет». Прежде всего, отмечается отсутствие у него прочных контактов с военными, которые традиционно разделяли идеи секуляризма. Кроме того, подчеркивается, что Ф.Гюлен и Р.Т.Эрдоган опираются на одни и те же традиционные слои общества. Поэтому, вполне вероятно, что обвинение Ф.Гюлена – это попытка подорвать его влияние в религиозных кругах. Рассматривая вопрос о роли этого религиозного деятеля в последних событиях, иранцы делают акцент на то, что Ф.Гюлен был и остается ярым противником идей шиизма и на глубинные противоречия и сложность отношений между ним и религиозно-политическим истеблишментом ИРИ.

И даже без акцентирования на личность Ф.Гюлена в ИРИ выражаются большие сомнения, что в случае удачи переворота и прихода к власти военных или сторонников идей секуляризма отношения Турции и Ирана могли бы динамично развиваться. То есть на данный момент Ирану более выгодно сохранение Р.Т.Эрдогана у власти и укрепление исламских тенденций во внутренней политике Турции.

Это подтвердил и советник духовного лидера ИРИ по международной проблематике Али Акбар Велаяти: «Турцию и Иран сближает объявленное Эрдоганом продолжение линии на возрождение исламских ценностей».

Но Иран и Турцию многое и разделяет. Это и направления в исламе: иранцы – шииты, турки – сунниты. Это и пока еще геополитическая принадлежность: Турция – член НАТО, где главенствующую роль играет основной доктринальный противник ИРИ – США. Не так давно, несколько лет назад Турция предоставила свою территорию для размещения системы ПРО НАТО с радиолокационной станцией раннего оповещения о ракетном нападении. Чуть позже, в 2013 году Совет НАТО постановил разместить в Турции американские зенитные ракетные комплексы «Пэтриот». Против кого направлены эти системы, размещенные в Турции? Естественно в Тегеране всё поняли правильно и увидели в этих натовско-турецких действиях угрозу своей национальной безопасности, а бывший начальник Объединенного штаба вооруженных сил Ирана Фирузабади даже заявил, что «размещение системы противоракетной обороны на сирийско-турецкой границе может привести к мировой войне».

Надо сказать, что в последние недели, еще до путча стали проявляться новые тенденции во внешней политике Р.Т.Эрдогана не однозначно воспринимаются в Иране. Иранские радикальные круги жестко критикуют политику западного соседа с использованием довольно резких высказываний лично против Р.Т.Эрдогана. Недавнее восстановление отношений Турции с Израилем на фоне израильско-саудовских контактов трактуются ими как попытки создания заговора трех государств против Ирана.

Однако в либеральных кругах достижение Турцией мирного соглашения с Израилем расцениваются, как попытки вернуться к более умеренному и стабильному курсу Р.Т.Эрдогана и возобновить линию «Ноль проблем с соседями».

Причем все политические течения Ирана обеспокоены сосредоточением внешней политики Р.Т.Эрдогана на мусульманском мире, что уже выразилось в  беспрецедентном сближении Турции с Саудовской Аравией, что неприемлемо для Тегерана.

В то же время в Иране с большим одобрением были встречены извинения Турции перед Россией и «примирение» двух государств. Эти шаги стали важным свидетельством новой внешнеполитической линии Турции. И в Иране ожидают, что в ближайшей перспективе после попытки переворота Р.Т.Эрдоган будет следовать этой же линии.

Не следует забывать, что в последние два – три года возникли глубокие противоречия по региональной тематике, особенно в связи с ситуацией в Сирии, что серьезно осложнило ирано-турецкие отношения. В этой связи Иран выражает надежду на некоторое смягчение турецких позиций по сирийской проблематике, о чем заявил 17 июля Али Акбар Велаяти в специальном интервью агентству Tasnim. Он подчеркнул, что Иран последовательно выступает против любого незаконного захвата власти в других странах. Персонально о президенте Турции в заявлении А.А.Велаяти не говорится, но упрек в адрес его ближневосточной политики сделан недвусмысленный.

А.А.Велаяти, отметив различие взглядов Тегерана и Анкары по ситуации в Сирии, подчеркнул, что руководство Ирана поддерживает законное правительство Турции и вправе ожидать, что Анкара сделает то же самое в отношении правительства Башара Асада. «Мы надеемся, что придет день, когда правительство Турции проявит уважение к мнению и голосу сирийского народа и возложит на него определение будущего Сирии. Башар Асад был избран народным голосованием и если бы народ его не поддерживал, он не смог бы в течение более пяти лет оказывать сопротивление террористам и вести боевые действия» — заявил А.А.Велаяти. Он добавил, что, к счастью, премьер-министр Турции выразил своего рода стремление к проведению переговоров с правительством Сирии, что можно рассматривать как прогресс.

Очевидно, что Иран, открыто и одним из первых поддержавший Р.Т.Эрдогана ожидает дальнейших шагов с его стороны по пути коррекции сирийской политики Турции.

А.А. Велаяти резюмировал: «Несмотря на определенные политические разногласия, много общих моментов связывают Исламскую Республику Иран и Турецкую Республику. Общее историческое прошлое, ислам, общая граница и общие интересы, которые проявлялись в течение многих веков». А.А. Велаяти выразил надежду, что президент Р.Т.Эрдоган сумеет одолеть все трудности, и турецкий народ пойдет к прогрессу и, как следует из идейной платформы Партии справедливости и развития, исламские ценности утвердятся в стране.

Примечательный факт. 15 июня, всего за несколько часов до переворота, премьер-министр Турции Бинали Йылдырым, заявил: «Турция рассматривает Иран в качестве дружественной страны, и турецкое правительство стремится к расширению связей с Тегераном во всех сферах, в том числе по вопросу разрешения региональных проблем». Он сказал, что «Тегеран и Анкара несут большую ответственность в регионе, добавив, что ни одна из внерегиональных стран не зависит от событий в Сирии, Ираке, Йемене и Палестине в такой степени, как Иран и Турция».

Теперь после провала военного путча в Турции, укрепления режима Р.Т.Эрдогана и, по всей вероятности, ещё большей активизации президентом своей новой политики в регионе и мире, шансы укрепления ирано-турецких отношений повышаются.

Однако в Иране не исключают, что, решив свои внутренние проблемы и усилив свою власть, Р.Т.Эрдоган займет более жесткую позицию в регионе. Ведь ни идеи укрепления личной власти Р.Т.Эрдогана в Турции, ни идеи исламизации страны никоем образом не отвергают так полюбившиеся турецкому президенту идеи неоосманизма, которые выдвигают на первый план имперские, оттоманские тенденции в политике Р.Т.Эрдогана. Это, безусловно, может стать в среднесрочной перспективе причиной столкновения интересов Ирана и Турции.

Будущее покажет.

40.82MB | MySQL:66 | 0,997sec