К вопросу о политике Турецкой Республики в отношении Африки. Часть 6

Турецкая Республика все последние годы пытается проводить активную политику на Африканском континенте.

Завершаем этой публикацией разбор политики Турецкой Республики на африканском направлении, на основе Альманаха «Внешняя политика Турции в 2017 году», подготовленного анкарским Фондом политических, экономических и социологических исследований (в турецкой аббревиатуре SETAV – В.К.).

Напомним, что мы закончили на торгово-экономических отношениях Турции с африканскими странами южнее Сахары и на том, что Турция, по активности своего движения в сторону Африки, уступает, хотя и с большим отрывом, только Китаю. Про Россию речь не идет – о внятной стратегии России в Африке, строящейся на экономическом фундаменте возможностей (допустим, экспортеров и инвесторов) говорить не приходится.

Переходим к вопросам безопасности в двусторонних турецко-африканских отношениях.

Разумеется, вопрос секты Фетхуллаха Гюлена (наряду с курдским вопросом, для Африки, впрочем, неактуальным – В.К.) для Турции является темой из сферы безопасности №1. В итоге дипломатических усилий Турции, как пишут авторы документа, в 11 африканских странах 75 школ были переданы в ведение вновь созданного турецким руководством фонда «Маариф». Ещё в 14 странах были достигнуты договоренности о будущей передаче. Кроме того, с представителями 7 стран ведутся на этот счет интенсивные переговоры.

Важнейшим направлением турецкой африканской политики является Африканский рог, на который Турция «заходит» через свои отношения с Сомали. Напомним, что отношения с этой страной, находящейся в состоянии перманентной гражданской войны, были установлены в ходе первого визита Р.Т.Эрдогана (тогда ещё в ранге премьер-министра, а не президента – В.К.) в Сомали в 2011 году. Турция поддержала усилия по формированию в Сомали федерального правительства в 2012 году, а также содействовала экономическому развитию страны через свои инвестиции. В частности, на сомалийских студентов были выделены стипендии для обучения в турецких ВУЗах, а также Турция реализовала ряд инфраструктурных проектов.

30 сентября 2017 года Хулуси Акар (тогда ещё в ранге главы  Генерального штаба Вооружённых сил Турции, а не в нынешнем — министра обороны) открыл в Сомали военный центр для подготовки солдат и подразделений по борьбе с терроризмом. Этот центр стал самой большой зарубежной военной базой Турции.

Другим направлением сотрудничества Турции с африканскими странами в сфере безопасности является борьба с пиратством. В этой связи, в 2017 году фрегат TCG Giresun нес дежурство у берегов Сомали и в Аденском заливе. В регионе, где в период с 2009 по 2013 год было осуществлено 435 нападения и 132 судна было похищено, в итоге в 2017 году было совершено лишь 4 нападения и 2 угона. Также упомянутый турецкий фрегат, в ходе своей миссии, осуществлял заходы в порты Джибути и на Сейшелы, тем самым осуществляя представительские функции как от имени Турции, так и для турецких ВМФ.

Завершают авторы раздел, посвященный вопросам безопасности, упоминанием о том, что важнейшим направлением внешнеторговой деятельности Турции является продвижение своего ОПК. И здесь африканский рынок, в планах турецкого руководства, занимает очень важное место.

Итак, подводя черту: 2017 год стал важным для турецко-африканских отношений. После неудачной попытки переворота 15 июля 2016 года, Турция развернула в Африке настоящую войну с сектой беглого проповедника Фетхуллаха Гюлена и достигла в этом вопросе заметного прогресса. Показателем важности Африки для Турции является то, что за 2017 год президентом Р.Т.Эрдоганом было совершено 6 визитов в Африку.

В 2017 году число дипломатических представительств Турции в Африке было увеличено с 39 до 41, и на этом пути Турции останавливаться не собирается. По объему оказываемой континенту гуманитарной помощи, Турция заняла в 2017 году второе место в мире после США.

Также 2017 год стал годом «освоения» Турцией «заморских территорий». В этом контексте надо отметить, открытие Турцией своей военной базы – центра подготовки военнослужащих в Сомали, а также аренду Турцией у Судана острова Суакин сроком на 99 лет. От себя заметим, что по имеющимся сведениям, у Турции находится на рассмотрении целый ряд заявок на открытие своих военных баз от различных африканских стран. Разумеется, Турция предельно избирательно, с точки зрения своих стратегических интересов и возможностей, подходит к обозначению себя на зарубежной «карте местности».

Разумеется, сдерживающим фактором для африканской активности страны является наблюдающиеся в настоящее время негативные процессы в сфере экономики. Что заставило Министерство казначейства и финансов Турции сильно урезать государственные инвестиции, пообещав стране экономию в 60 млрд долл. за счет замороженных или отмененных проектов. Впрочем, как показывает практика, инвестиции в стратегическую перспективу проходят через «неприкасаемые» и даже «скрытые» статьи бюджета и здесь от Турции можно ждать лишь большего консерватизма в расходах, скорее чем их полной отмены. Тем более, что помимо геостратегических выгод, здесь четко просматриваются и будущие выгоды экономического порядка – Турция активно продвигает продукцию своего быстро развивающегося ОПК, а африканский рынок, в этом смысле, может предложить стране целый ряд незанятых ниш.

52.74MB | MySQL:104 | 0,350sec