Ливия: размышления к девятой годовщине гибели Муаммара Каддафи

20 октября 2011 г. мир облетели кадры жестокой расправы ливийских мятежников над М.Каддафи и его спутниками, пытавшимися покинуть город  Сирт, где они больше месяца держали оборону. Обстоятельства той трагедии до сих пор весьма противоречивы, однако бесспорны в одном: испившие свою горькую чашу до дна, сам ливийский лидер, его сын, Мутасим Биллах Каддафи, бессменный министр обороны Абу Бакр Юнис Джабер, и другие, попавшие в засаду тем утром, перед лицом смерти вели себя мужественно и достойно, уже одним этим снискав уважение, даже среди части своих противников.

В канун годовщины тех драматических событий, уже несколько забытых на фоне недавних ливийских событий, оппозиционный информационный канал Jamahiriya News Agency (JANA) обратился к теме того, что происходит сегодня среди тех, кто гордо именовал себя в те дни «сувар», «революционерами», на деле будучи смесью из обычных бандитов и маргинализированных люмпенов, вообразивших себя творителями истории. Обозреватели JANA обратились к происходящему у мисуратских и триполийских боевиков, бывших тогда основными участниками событий у Сирта. Ряд примечательных деталей позволяет судить о том, насколько образ М.Каддафи до сих пор превалирует в ливийском обществе, постепенно обретая оттенки сакральности, с одной стороны, а с другой, становясь, как это ни парадоксально, тем единственным сплачивающим моментом, вокруг которого некоторый политологи уже пытаются снова возродить Джамахирию. Мы уже писали об этом феномене, отметив, что среди многих других, фундаментальных причин, оказывающих влияние на, в подавляющем большинстве, неправильные и неверные оценки и подходы к ливийской проблематике  в российской официальной и иной дипломатии, а также у ряда европейских стран, на первом месте, находится то обстоятельство, что сама по себе, Джамахирия никуда не делась, а была обезглавлена и растащена на куски собственной элитой. В судьбе современной нам Ливии есть много прямых аналогий с советской историей, позволяющих понять, насколько много, на самом деле, было взято М.Каддафи из нашей общественной и политической организации общества и на сколько, из внешней политики, при всем том своеобразии, которое часто демонстрировал ливийский лидер.

Укажем лишь на то, что по сути, свержение М.Каддафи продемонстрировало все то же самое, что случилось с распадом СССР и даже больше, то, что может ожидать нынешнюю Россию в ближайшем будущем при сохранении некоторых, из имеющих место быть сегодня, тенденций.

Соответственно, делать сегодня ставку на прямое возвращение личностей из прежней власти, или апеллирование к М.Каддафи бессмысленно, это все равно, что делают сторонники прихода коммунистов к власти в РФ. Не потому, что это хуже, чем нынешняя власть, а потому что ни сама правящая элита, выходцы из вчерашней КПСС, комсомола и прочих структур, предавшие в каком то смысле, самих себя, просто не способна на такое действие, ни значительная часть населения, либо еще помнящая все мнимые и реальные минусы социалистического строя, либо выросшая после краха СССР, и не способная адекватно воспринять идею социального равенства, не может согласиться со сторонниками не медийной, а идейной оппозиции.

Тем не менее, потенциал у образа М.Каддафи и всего того, что с ним ассоциируется есть, и он растет, что видно из материалов, приводимых JANA

Официальный представитель Военного совета города Мисурата подтвердил, что «они не позволят доктору Сейфу аль-Исламу Каддафи или сторонникам лидера Джамахирии снова вернуться на место его гибели, сославшись на их (мисуратцев) роль в его убийстве».

«Мы участвовали в избавлении страны от Каддафи, и если придет время, мы сделаем то же самое», — сказал представитель Военного совета города Мисурата, который отказался назвать свое имя, в заявлении для газеты  «Аш Шарк аль-Аусат», которое было получено в JANA.

Чиновник отказался раскрыть подробности убийства Каддафи или места его захоронения, а также генерал-майора Мутасима Биллаха Каддафи и его товарища генерал-лейтенанта Абу Бакра Юнуса Джабера, подчеркнув, что мисуратовцы не позволят сторонникам лидера вернуться на передний план и поддержать Сейфа аль-Ислама.

Военный совет Мисураты, давно ставший своеобразным мини-правительством этого новоявленного города-государства, не даром монополизировал все, что связано с пленением и гибелью М.Каддафи и его сподвижников. Кроме опасений, что место захоронения может стать новой «завией» для ливийцев, в этом присутствует момент претензии на власть, точно так же как контроль над Сиртом, родным городом Каддафи, в массовом менталитете ливийцев ассоциируется с контролем над одним из властных символов. Разумеется, есть аспекты и противостояния с тем же достаточно влиятельным на западе Ливии кланом Зинтан, но они вторичны: слишком удалены и не пересекаются интересы мисуратовцев и зинтанцев, сумевших равноудалиться в Триполи, где силы первых прочно обосновались в Майтиге и нескольких соседних районах, а вторые – некоторое время контролировали юго-запад столицы.

В самой столице «Революционное ополчение Триполи», а также его союзники из западных и центральных районов города начали атаку на главу Ливийского фонда СМИ при ПНС,  Мухамеда Байю на фоне издания последним директивы убрать лозунг военной операции «Вулкан гнева» с левой стороны ТВ экрана и заменить его на  тег #PeaceMedia.

Ряд лидеров милиций, представших на видеозаписи, полученной в JANA,  заявляют: «Это (новый слоган) не символ нашей благословенной революции, и это не о тех, кто пожертвовал собой, и не имеет ничего общего с нашей борьбой, и мы не смиримся, что бы ни случилось, если нашими СМИ будет править человек без свободных и честных принципов или подходов».

Далее полевые командиры добавили: «Мы не допустим, чтобы кровь наших праведных мучеников была пролита напрасно. Это те, кто пожертвовали собой и отдали свои жизни, потому что мы — свободное и благородное государство, которое не представлено личностью, идеологией или направлением. Наш принцип — гордость, достоинство и честь, и мы не будем довольствоваться преуменьшением великих жертв».

20 октября, в рамках прецедента, который стал первым в своем роде с 2011 года, М.Байя обратился к  ливийскому информационному агентству с просьбой прекратить трансляцию и публикацию всего, что связано с ливийской гражданской войной и разжигает ненависть и ненависть, предупредив всех, кто нарушит это, о принятии необходимых мер против них.

После этого М.Байя написал в своем аккаунте в социальной сети Facebook: «Преступники нападают на мой дом в Триполи», после того как боевики ополчения, вооруженные зенитной артиллерией, окружили штаб Ливийского фонда СМИ в здании Ливийского национального канала (бывшее Главное управление вещания Джамахирии) на дороге Аш-Шатт.

Затем члены «Революционного ополчения Триполи»  похитили Байю из его дома  в районе Сабаа, а на страницах социальных сетей ополченцев, возглавляемых Аюбом Абу Расом, были опубликованы фотографии главы Ливийского фонда СМИ, удерживаемого в одной из его штаб-квартир. Вооруженные люди, собравшиеся перед зданием канала «Аль-Ватания», заставили его сотрудников транслировать восторженные песни и вернуть логотип «Вулкан гнева» в левую часть экрана после того, как те, выполняя распоряжение М.Байи, удалили его и заменили тегом #PeaceMedia.

Со своей стороны, командующий «Революционным ополчением Триполи», Аюб Абу Рас в сообщении, распространенном в социальных сетях, угрожал М.Байе на фоне обращения последнего прекратить трансляцию и публикацию всего, что связано с гражданской войной в Ливии и разжигает ненависть и страх.

Итак, пока одни «столпы революции» на условиях анонимности, что, само по себе, показательно, отказываются комментировать события девятилетней давности и обстоятельства гибели М.Каддафи, вторые, а именно, «Революционное ополчение Триполи», которое стали доминировать в важнейших района столицы, кое-где даже потеснив мисуратовцев в сентябре 2011 года, занялись вопросами формирования информационной политики, демонстрируя всю гибкость сложившейся в Ливии «народной демократии», выражающейся не через решения советов представителей, а посредством пикапов с зенитными пулеметными установками.

JANA напомнила и о том, что девять лет назад Франция реализовала свой план с Государством Катар, чтобы избавиться от  Муаммара Каддафи, при этом многочисленные доказательства и документы свидетельствуют об их причастности  к финансированию и поддержке террористических ополченцев и политической исламской группировки для распространения хаоса в стране.

Сценарий катарско-французской интервенции с целью уничтожения Джамахирии начался не только с разжигания раздора в стране, но и с поддержки военного вмешательства НАТО, которое привело к «насильственной и неизбирательной бомбардировке страны, интервенции, прямой вооруженной поддержке мятежа и, в итоге, к убийству ее руководителя, 20 октября 2011 года».

«Память об убийстве лидера мучеников совпадает, — сообщает JANA, — с утечкой сообщений из электронной почты бывшего госсекретаря США Хиллари Клинтон, в которых раскрыты мотивы бывшего президента Франции Николя Саркози свергнуть ливийский режим и убить  Муаммара Каддафи, который «сопротивлялся с высоким моральным духом до последнего вздоха».

Эти сообщения раскрыли амбиции Саркози, поскольку наиболее важным мотивом для него было овладение 143 тоннами золота и аналогичным количеством серебра, которые было отправлено в марте 2011 года из Центрального банка в Триполи в Себху в направлении ливийской границы с Нигером и Чадом, и это золото и серебро должны было использоваться для создания африканской единой валюты. Африка готовилась перейти на расчеты в золотом динаре, который являлся бы общей валютой и для  франкоязычных африканских стран, заменив французский колониальный франк.

Это количество золота и серебра оценивается более чем в 7 млрд долларов, и стало одним из факторов, побудивших президента Николя Саркози напасть на Джамахирию, Среди прочих причин Саркози были желание получить бОльшую долю ливийской добычи нефти, усилить французское влияние в Северной Африке, улучшить внутреннюю политическую ситуацию во Франции и дать французской армии возможность восстановить свои позиции в мире и снять озабоченность своих советников планами Каддафи по конкуренции с Францией в Африке.

Возвращаясь к феномену М.Каддафи в современном политическом моменте Ливии, на наш взгляд, следует учесть одну из фундаментальных ошибок лидера Джамахирии, не сделай которой, события 2011 года могли пойти по другому сценарию. Впрочем, это его решение было неотъемлемой частью доктрины «третьего пути» и одним из постулатов его теории. Речь идет об отсутствии организационного направления джамахирийского общества в классическом партийном понимании. Опора на широкое и почти прямое народовластие испробованная М.Каддафи доказала свою неэффективность, в том числе, и ввиду отсутствия партийного фактора, который, в итоге, пришлось заменять псевдогосударственными элементами управления, всеми этими комитетами и народными бюро. Разумеется, базовой причиной такой невозможности было отсутствие в Ливии подходящего класса, социальной базы из которой бы такая партия могла быть сформирована. В тех же Сирии и Ираке, такую классовую прослойку удалось, как говорится, наскрести, да и то, с учетом того обстоятельства, что идеи партии Баас носили панарабский характер и если бы не личные амбиции тех же Х.Асада и С.Хусейна, эта партия вполне могла стать региональной. Сыграла свою роль и малочисленность населения Ливии. Таким образом, вся оппозиция, сохранившая лояльность образу М.Каддафи и мыслящая категориями возвращения Ливии к «единому знаменателю», лишена такого стержня и вовсе не консолидирована вокруг персоны Сейфа аль-Ислама Каддафи, как это могло показаться кому-то в Москве. В этом смысле он скорее вреден, чем полезен.

Тем не менее, ставку на «зеленую (джамахирийскую) оппозицию» сделать можно, но это требует системного подхода, значительных организационных и иных усилий, определяющих этот момент, как заказ со стороны государства. Примерно как это произошло с российским вмешательством в Сирии. Турки в Ливии предпочли иной путь: но у них есть социально-этническая поддержка в лице «карагла» (аналог туркоманов в Сирии и Ираке – авт.), несколько сот лет истории взаимодействия с ливийцами и мощная экономическая составляющая. Отдельные силы в РФ, почему-то решившие, что Сейф аль-Ислам, имеет сегодня в Ливии значимый вес или те, кто счел возможным направить туда ЧВК, полагают что этого, или периодических приездов в Москву каких-то представителей, будет достаточно (вполне возможно, на Смоленской площади, это кому-то повышает самооценку, только вот сами ливийцы довольно прагматично решают при этом свои собственные и весьма прозаические потребности – авт.).  Соответственно, мы видим и результат такого подхода: российские «социологи» угодили в тюрьму и стали заложниками, сидящие где-то в пустыне, ЧВК никак не помешали возобновлению нефтедобычи, как только соответствующее решение было спущено из Вашингтона, официальные российские структуры, как всегда, ни при чем, ничего не знают и ограничиваются призывами и декларациями самого общего толка, которые в Ливии и за ее пределами никто не слушает, а турки продолжают целенаправленно и последовательно развивать и укреплять свое сотрудничество с Триполитанией По всей видимости, к гибридной войне следует добавить новый феномен- гибридную дипломатию в ее российской версии, с такими же гибридными результатами, по всей видимости, являющимися загадкой для самих ее авторов.

52.05MB | MySQL:101 | 0,430sec