Последствия победы нового президента Э.Раиси для внешней и внутренней политики Ирана. Часть 2

О том, что такая координация очень важна, свидетельствует скандальное интервью министра иностранных дел ИРИ Мохаммада Джавада Зарифа, данное им в марте 2021 года. В нем Зариф объясняет свои дипломатические провалы тем, что КСИР и другие структуры «глубинного государства» проводили свою линию и часто не согласовывали ее с Министерством иностранных дел. С нашей точки зрения, это интервью заслуживает того, чтобы остановиться на нем подробнее. 6 марта Зариф дал интервью базирующейся в Лондоне радиостанции, вещающей на фарси Iran International. Помимо части интервью, вышедшей в эфир, сохранилась трехчасовая запись, которая в эфир не пошла и стала распространяться в интернете в Иране  и за рубежом. Откровения Зарифа вызвали скандал, получивший название «Зарифгейт». В начале мая главе иранской дипломатии пришлось публично извиняться за свои высказывания. Дискурс Зарифа можно суммировать в нескольких пунктах. Во-первых, он провел различие между мировой политикой и внешней политикой, посетовав, что не все иранцы в этом разбираются. По мнению Зарифа, мировая политика сопровождается условностями вроде международного права, а во внешней политике многие государства руководствуются исключительно национальными интересами. Во-вторых, в Иране, по его мнению, не проводилось удовлетворительной аналитической работы, прежде чем вынести внешнеполитическое решение.

В-третьих, различные ветви власти преследовали свои интересы и не координировали свои действия с другими. Здесь он посетовал на КСИР. Он подверг его резкой критике за контрпродуктивные действия по подрыву СВПД. Он обрушился с нападками на «поле» (выражение, обозначающее КСИР и другие силовые структуры) за его милитаристскую повестку.  Зариф отметил: «Я был вынужден принести дипломатию в жертву военному полю вместо того, чтобы поле служило интересам дипломатии». Он посетовал: «Это не двойное управление. Это управление поля, которое выносит политические решения». Он также позволил себе завуалированную критику покойного генерала Касема Сулеймани за то, что тот «совместно с русскими(!) осуществлял действия по подрыву СВПД». В-четвертых, Зариф оценил мнение о том, что Восток (Россия, Китай) ближе к Ирану, чем Запад, как ошибочное. По его мнению, сбалансировать антииранские санкции Запада сотрудничеством с государствами Востока невозможно. По словам Зарифа, Россия в ходе венских переговоров 2013-2015 годов делала все, чтобы затруднить подписание СВПД. Якобы российская делегация выдвинула предложение о том, чтобы ООН продлевала СВПД каждые шесть месяцев после мониторинга иранской ядерной активности. Москва, по информации Зарифа, также  делала все, чтобы прекратить обогащение урана на территории Исламской Республики. Российская делегация на переговорах настаивала на том, что топливо для АЭС в Бушере ввозилось из России. Интересно, что ранее иранские официальные лица никогда не предъявляли российской стороне подобных претензий. Они часто критиковали американцев и европейцев за отсутствие воли к компромиссу, но никогда не Россию. Таким образом, либо Москва действительно координировала свои действия с КСИР и другими структурами в обход МИД Ирана, либо Зариф говорит неправду пытаясь обелить себя за провалы в попытках снять санкции с ИРИ.

По мнению иранского министра иностранных дел, Россия заинтересована в продолжении внешнеполитической и экономической изоляции Ирана. Зариф констатировал: «В интересах России, чтобы в наших отношениях с Западом не было конфликтных ситуаций, но не в ее интересах, чтобы наши отношения с Западом были нормализованы. Если наши отношения с Западом войдут в нормальное русло, это будет означать для России двойной ущерб. Во-первых, приоритеты США поменяются, и они будут обращать больше внимания на Россию. Во-вторых, если мы нуждаемся в помощи со стороны России и Китая по причине наших враждебных отношений с Западом, то они не станут конкурировать друг с другом и также смогут получать прибыли от нас». В-пятых, М.Д.Зариф  высказался за большую прозрачность при принятии политических решений в ИРИ. В-шестых, он призвал не недооценивать фактор Великобритании и взаимодействовать с этим государством, в том числе для того, чтобы оказать влияние на США. В-седьмых, он обратил внимание на то, что США разжигают враждебность в отношениях ИРИ с ее арабскими соседями и посоветовал быть бдительными на этом направлении. Из этого интервью можно сделать вывод, что смена власти в Иране будет полезной и для Российской Федерации, так как Зариф выражал мнение той части иранской элиты, которая прохладно относится к нашей стране.

Говоря о внутренней повестке нового президента и его команды в Иране, необходимо отметить, что им предстоит сосредоточиться на вопросах экономики. По мнению иранского журналиста и эксперта Куроша Зиябари, живущего в Великобритании, «Иран находится в катастрофической экономической рецессии, усугубленной пандемией коронавируса и американскими калечащими санкциями. Это экономическое падение оказывает самое отрицательное воздействие на жизненный уровень большинства иранцев». Официальный уровень инфляции в Иране составляет 46,9%, а годовой уровень приближается к 29%. Тем самым, Иран занимает 12-е место среди экономик мира с наибольшей инфляцией. Иранский риал, официальный курс которого установлен на уровне 42000 риалов (42 тумана) за доллар, торгуется на черном рынке 242000 риалов за доллар.

В 2016 году, через год после подписания СВПД иранская экономика зафиксировала рекордный рост ВВП на 13,4%. Это привлекло на иранский рынок иностранных инвесторов и крупные компании: Royal Dutch Shell, Schlumberger, General Electric, Honeywell International Inc, Siemens Corporation, Peugeot, Airbus SE и Boeing, заинтересованные в капиталовложениях в энергетический сектор, автомобилестроительную промышленность ИРИ и в обновлении иранского воздушного флота. Однако в 2018 году в связи с выходом США из СВПД и возвращением санкций ВВП сократился на 6%, а в 2019 году еще на 6,79%. Всемирный Банк прогнозирует медленный рост ВВП Ирана в 2020-2021 годах на 1,2%. В то же время падение экономики уже вызвало резкое ухудшение условий жизни большинства иранцев. 60 млн граждан ИРИ находятся в категории бедных или за чертой бедности. Экономический кризис подорвал покупательную способность среднего класса и довел ее до минимума у рабочих.

Несмотря на проводимый курс «экономики сопротивления» (создания самодостаточной экономической системы с импортозамещением) иранская политическая элита понимает, что без прорыва международной блокады никакой серьезный рост невозможен. По данным бывшего министра транспорта ИРИ Аббаса Ахунди, Иран ежегодно платит дополнительные 20-25 млрд долларов за обход санкций. За 16 лет ущерб от таких окольных транзакций составил 400 млрд долларов. Ахунди убежден в том, что в Иране сформировалась прослойка политиков и бизнесменов, получающих выгоду от блокады. Ущерб от санкций сочетается с неэффективным управлением. Эбрахим Раиси, который сам в течение трех лет возглавлял фонд «Астан-э-Кодс Разави», обратил внимание в предвыборных дебатах на неэффективность боньядов. Боньяды, созданные как благотворительные фонды с возможностью заниматься бизнесом, превратились, по его мнению, в кормушку для дельцов и коррумпированных чиновников. Новый президент поставил в экономике две задачи: сделать ее более динамичной, реформировав боньяды и госкомпании, и вести борьбу с коррупцией. В то же время новый иранский президент поставил цель более эффективной поддержки малоимущих и рабочего класса. Кстати, она совпадает с политикой, которую в настоящее время проводит в США администрация Джозефа Байдена, опирающаяся на поддержку левого крыла Демократической партии.

Таким образом, перед новым президентом Ирана стоит ряд непростых задач. Главными их них являются сохранение социального мира в Иране и вывод страны из международной изоляции. При этом «глубинное государство» и высшее духовенство не дадут ему ради достижения этих целей поступиться геополитическими завоеваниями Ирана последних десяти лет в регионе Ближнего Востока. Насколько Эбрахиму Раиси удастся реализовать свои планы, покажет время.

53.19MB | MySQL:101 | 0,344sec