Интерес международных исламистских структур к Северному Кавказу

Интерес к Северному Кавказу иностранных исламистских группировок не ослаб. Об этом свидетельствует периодически встречающаяся информация о присутствии зарубежных моджахедов в регионе. К примеру, в прошлом году в Ингушетии был уничтожен представитель «Аль-Каиды» иорданец Халед Юсуф Мухаммад. Ряд иорданских газет и исламистских сайтов в начале осени 2010 г. раскрыл подробности пребывания в Чечне и гибели 24-летнего студента из Иордании Анаса Кадира из г.Зарка (город расположенный к востоку от столицы Аммана). Первый раз он приехал на Северный Кавказ в 2008 г. Этот визит совпал с возрастающим интересом к этому региону со стороны пропагандистского аппарата «Аль-Каиды», а также различных радикальных интернет-форумов. Спустя несколько дней после публикации о Кадире газеты сообщили о смерти другого иорданца в Чечне Я. Аммары. О нем говорится, как о «полевом командире» иорданского происхождения, который был одним из девяти бойцов, убитых во время боестолкновений в районе Ведено. На Северном Кавказе он находился с 2000 г.

При этом всемирное движение джихада действует в контексте двух тактических линий. Во-первых, оно ориентировано на поиск новых безопасных районов, в которых ему удастся готовить новых боевиков для «очагов конфликтов» и государств, которые направляют свои вооруженные формирования для оккупации мусульманских стран. Во-вторых, поддержать местный джихад, который и будет обеспечивать сохранение этих очагов «чистого ислама».

Приток добровольцев из арабских стран начался во время Первой чеченской войны в 1995, Моджахеды начали приезжать в Чечню из Афганистана, Таджикистана и других стран. В то время многие из них искали новые регионы, где могли бы пригодиться их знания и опыт ведения боевых действий. Они не создавали отдельного движения или структуры, объединяющей иностранцев. Добровольцы входили в состав различных группировок местного сопротивления, руководствующихся в борьбе в основном националистическими лозунгами.

Второй этап развития «арабского движения» на Северном Кавказе начался после гибели Дж.Дудаева. Новый временный руководитель республики З.Яндарбиев вместе с рядом других лидеров сделал ставку на «исламизацию» внутренней политики Ичкерии. Отсутствие специалистов по шариатским нормам, зачастую компенсировалось за счет приглашения их из арабских стран. Уровень знаний в этой сфере у многих из них вызывал сомнение, однако качество боевой подготовки ветеранов различных «горячих точек» было отточено в Афганистане, Албании, Алжире, Сомали, Боснии, Таджикистане, Йемене.

Иностранцы довольно быстро были объединены под руководством выходца из Саудовской Аравии Самира Салеха Абдуллы Ас-Сувейлима (известного как Хаттаб). Иностранцы стали выпускать журнал «Сада аль-Джихад», который активно распространялся во всемирной сети, позиционируя боевые действия на Северном Кавказе как джихад, призывая оказывать помощь «братьям по вере».

В союзе с Ш.Басаевым они активно создавали военно-тренировочную инфраструктуру в Чечне и Дагестане. Получая значительную финансовую поддержку из зарубежных стран, они привлекали в свои ряды молодежь из Чечни и соседних республик. Из общего числа моджахедов — 59% составляли выходцы Саудовской Аравии, 14% — Йемена, 10% — Египта, 6%- Кувейта.

Вместе с тем усиление иностранного присутствия в северокавказском регионе, а также введение жестких шариатских норм сопровождалось сопротивлением местного общества, где преобладает так называемый «народный ислам», чьи установки противоречат основам «чистого ислама», за внедрение которого и выступали зарубежные салафиты.

О непростых взаимоотношениях «иностранных джихадистов» и местного населения северокавказских республик немало сказано идеологами «Аль-Каиды». В частности, А. аз-Завахири (который, кстати, и сам побывал в Дагестане в 1996 г., где был задержан и провел 6 мес. в заключении), обращаясь к моджахедам Ирака, призвал их в учитывать неудачи моджахедов в Чечне, не только не сумевших объединить народ под «знаменем чистого ислама, но, напротив оттолкнув их, что было использовано Москвой» (во второй чеченской войне- авт.).

Неудачи становления «движения джихада» произошли по ряду причин: рост уровня протеста политике исламизации, которая проводилась среди чеченского общества, которое рассматривалось местным населением как покушение на свою национальную культуру и идентичность; ухудшение финансирования радикальных исламистских группировок по всему миру, в связи с ужесточением контроля за перемещением валютных средств после событий 11 сентября; эффективная работа российских спецслужб и как следствие, уничтожение ряда полевых командиров моджахедов на Северном Кавказе, а также лидеров сопротивления в регионе; усиление охраны государственной границы на юге России; существенное различие в долгосрочных целях иностранных боевиков и местного движения сопротивления.

В итоге, арабские моджахеды стали уезжать из Чечни, часть из них направилась в Ирак, где в 2003 г. начался новый конфликт против главного врага – США. Однако, идеология, основанная на объединении Северного Кавказа под знаменем «чистого ислама», осталась и позже сыграла существенную роль в создании «Исламского Эмирата Кавказа», который становится, как в западной литературе принято говорить — «зонтиком» для вооруженных исламистских групп всех республик региона.

Начиная с 2007 г. в связи с неудачами «Аль-Каиды» в Ираке, а также усилением радикализма в рядах экстремистов в самом Северном Кавказе, интернет-ресурсы, обслуживающие интересы международных исламистских структур стали все больше внимания уделять горским республикам РФ. Радикальные интернет-ресурсы распространяют материалы с критикой мусульман за то, что они «забыли» Чечню, открывают страницы посвященные джихаду в этом регионе, включая фетвы, видео и статьи об «Исламском Эмирате Кавказа» и его лидере Д.Умарове. Наиболее популярные сайты: «Минбар аль-Джихад ва-т-Тавхид» под руководством известного иорданского салафитского идеолога Абу Мухаммада аль-Макдиси, «духовного отца» в прошлом лидера «Аль-Каиды в Ираке» аз-Заркауи, а также влиятельный веб-форум «Аль-Фалуджа» начали публиковать материалы с призывами к джихаду и помощи «братьям по вере» Северного Кавказа на русском языке, ориентируясь на молодежь республик этого региона. При этом военные действия здесь приравниваются по своей значимости к Афганистану и Ираку.

Айман аз-Завахири в своей книге «Рыцари под знаменем пророка» пишет, что чеченский конфликт может стать стратегической точкой движения джихада. Освобождение Кавказа может создать очаг джихада и стать убежищем для тысяч моджахедов из различных частей исламского мира, особенно арабского. Это приведет к увеличению поддержки «воинов Аллаха» повсеместно в исламском мире. Если моджахеды Чечни, а также других кавказских республик достигнут богатых нефтью берегов Каспийского моря, только нейтральное государство Туркменистан будет отделять их от Афганистана. Это создаст «исламский пояс» на юге России, который будет связан на востоке с Пакистаном, переполненном различными движениями «моджахедов» в Кашмире. На юге этот пояс будет связан с Ираном и Турцией, симпатизирующий мусульманам Центральной Азии. Все это позволит сломать кордон, отделяющий мусульманский Кавказ и позволит соединить его с остальным исламским миром. Более того, освобождение мусульманского Кавказа повлечет за собой развал Российской Федерации и поможет активизировать движение джихада в Узбекистане и Таджикистане, чьи правительства получают помощь от России в борьбе против моджахедов. Развал Российской Федерации приведет к тому, что США потеряют основного союзника в их борьбе против исламского джихадистского движения. А.аз-Завахири назвал 21 век, столетием джихада. Он призывает учесть уроки Чечни, Афганистана, Палестины и Ирака. Абу Мусаб ас-Сури, один из идеологов мирового исламизма, в своей книге «Мусульмане в Центральной Азии и будущие войны ислама» как и аз-Завахири считает, что для последующей экспансии на «государства неверных» мировому исламскому движению необходимы безопасные территории. По его мнению, их нужно создать в Центральной Азии, откуда джихад начнет свое движение в «сердце мусульманского мира». Этот регион рассматривается как главное поле битв, именно здесь планируется проводить главные операции по свержению правящих режимов с целью создания прочной тыловой базы для будущих битв против США, Израиля и других государств неверных». Ас-Сури считает, что мировому движению джихада нужны подготовленные кадры, пропагандисты для экспансии на Ближний и Средний Восток. Он выступает за создание «исламского пояса» от Бангладеш до Кавказа и Урала, где сравнительно велика численность мусульманского населения.

Другой признак продолжающихся попыток привязать местные исламистские группировки к глобальному движению джихада можно проследить в обмене письмами между вышеупомянутым Абу Мухаммадом аль-Макдиси и в прошлом лидером «Джамаата Ярмук» в Кабардино-Балкарии Анзором Астемировым (Сейфулла). Переписка касалась в основном переводов Астемировым книг аль-Макдиси на русский язык. Сейфулла также спрашивал у иорданского идеолога — разрешается ли мусульманам с точки зрения шариата участвовать в Олимпийских играх в Сочи в 2014 года — «городе, который прежде являлся родиной мусульман-черкесов изгнанных российскими императорскими войсками в XIX». Аль-Макдиси вынес решение, что участие запрещено.

Привлекательность для «Аль-Каиды» северокавказского региона обеспечивается за счет развития ситуации в рассматриваемом регионе, а также изменением тактики всемирного движения джихада.

В последнее время в здесь фактически ведется охота на сотрудников силовых структур, чиновников, участились обстрелы и взрывы. Ответные действия со стороны властей сопровождаются арестами, обысками, а также в результате проведения спецопераций случайными жертвами среди мирного населения. Ко всему перечисленному остается добавить коррупцию, высокий процент безработных среди молодежи, а также присутствие различного рода специальных подразделений, как местных, так и федеральных, зачастую действующих независимо друг от друга.

Все это не способствует росту доверия к властям. В сложившихся условиях радикальным структурам легко действовать. Именно в таких регионах исламизм набирает силу. В западной литературе такие регионы называются «белыми пятнами». Задачей экстремистов является спровоцировать хаос, максимально уменьшить кредит доверия широких слоев населения к центральной власти и продемонстрировать свои боевые возможности.

События, происходящие в последнее время на Северном Кавказе – волна терактов, убийства чиновников, представителей органов правопорядка, – выявили ряд проблем, без решения которых в этом регионе не стоит ожидать стабилизации обстановки. Сложная социально-экономическая ситуация, низкий уровень жизни, массовая безработица, коррупция на фоне высокой доли молодых людей среди населения региона – все это придает взрывной характер сегодняшней ситуации на Кавказе. Молодые люди, не видя для себя перспектив устроиться на работу, реализовать себя, теряют интерес к учебе, испытывают ненависть к власти. В стремлении отомстить обществу, в котором для них не находится достойного места, молодые люди отвергают принятые в нем мораль и нормы, пополняют ряды криминальных групп. К экстремизму как к последнему прибежищу обращается часть тех, кто не нашел места в жизни, в знак протеста против неприятия их обществом. Молодежь остается в «зоне отчуждения» от общества, выходит из правового поля.

Достаточно обратить внимание на теракты в Дагестане, Чечне, Ингушетии. Несмотря на то, что в них гибнут простые граждане, они главным образом направлены именно против силовых структур, властей. В этом контексте недавний взрыв во Владикавказе был ориентирован, прежде всего, на подрыв доверия к руководству республики и провоцирование столкновений между осетинами и ингушами. Его направленность против мирных жителей объясняется также и тем, что Северная Осетия не является основной зоной проведения диверсионных операций радикалов, нет опасений кровной мести, здесь также отсутствует необходимость, в отличие от Кабардино-Балкарии, Ингушетии, Дагестана, заручиться поддержкой местного населения.

Современные идеологи всемирного джихада активно призывают своих сторонников уделять серьезное внимание именно этой составляющей – демонстрации слабости официальных властей. Она сопровождается терактами против мирного населения и военнослужащих параллельно с «точечной» ликвидацией «силовиков» и их родственников. Нередки случаи, как, например, в Ираке, когда «Аль-Каида» терактами провоцировала столкновения между кланами, структурами безопасности и шиитами, чтобы отвлечь силы противника и получить передышку. Перечисленные действия именуются в исламистской литературе «асимметричным террором». Этот термин был введен идеологом «Аль-Каиды» Луисом Атыялла.

Традиционный институт семьи под напором времени даже на Северном Кавказе постепенно ослабевает, растет уровень информированости общества. Мусульманская молодежь по сравнению со своими родителями обладает, как правило, более широким кругозором. Действительность ставит перед ними вопросы, на которые традиционные имамы мечетей не могут ответить. В результате молодежь отдает предпочтение исламским интеллектуалам из своей среды, сталкивающимся в повседневной жизни с теми же проблемами, что и они. Духовенство, на их взгляд, слишком много внимания уделяет обслуживанию интересов власти, что обусловливает стремительное падение авторитета официального муфтията на Кавказе.

На этом фоне террористические группировки Северного Кавказа уже активно применяют тактику, отработанную «Аль-Каидой» в ряде конфликтных регионах мира. Рост числа терактов в регионе является показателем готовности локальных организаций джихада к самым решительным действиям в отношении властей и силовых структур.

Разница между деятельностью «Аль-Каиды» на Северном Кавказе, Ираке, Афганистане в 90-е гг. и современным этапом в том, что она отказалась от насильственного внедрения норм «чистого ислама» в традиционное общество, которое не приемлет установок салафизма. Теперь радикалы изменили тактику и активно ее применяют в Йемене, Сомали, Афганистане и Пакистане. Они быстро перестраиваются и стремятся не повторять ошибок прошлого, совершенных ими, в том числе в Чечне и Дагестане.

Более того, в «зоне племен» на территории Афганистана и Пакистана (судя из сообщений медиа-структур, обслуживающих интересы международных исламистских структур) под эгидой «Аль-Каиды» сформированы группировки, состоящие из выходцев с северокавказских республик, прошедших суровую школу в этих государствах в боях против коалиционных сил и местных силовых структур. Цель этих структур проведение операций именно на юге РФ. Автор не исключает, что часть так называемых «возвращенцев» уже ведет борьбу в указанном регионе. Идейные установки этих организаций полностью отвечают программной линии «Аль-Каиды», и они поддерживают связь с международным движением джихада.

Можно отметить, что радикалы от ислама, создавшие своеобразный «интернационал», находятся в едином информационном пространстве. Всемирная сеть служит для радикальных исламистов средством обмена идеями. При отсутствии свободных и равно доступных каждому информационных ресурсов всемирное движение джихада не смогло бы развиваться столь быстрыми темпами.

52.85MB | MySQL:104 | 0,555sec