Об отношениях Турецкой Республики с Китаем

Активизация турецко-китайских отношений, многочисленные свидетельства которой наблюдались на протяжении последних двух месяцев, представляет собой одно из направлений многовекторной внешней политики Турецкой Республики. Сближение двух стран, входящих в Большую двадцатку и Совет Безопасности ООН, обусловлено рядом экономических и политических мотивов, как конъюнктурного, так и долгосрочного характера. Экономическая мощь и мировое влияние Китая, претендующего на обретение статуса сверхдержавы, притягивают внимание турецкого руководства, стремящегося к усилению международных позиций Турции, как на Западе, так и на Востоке. В то же время Китай привлекает выгодное геостратегическое положение Турции, открывающее прямой выход на различные регионы, а также роль Турции в мусульманском и тюркском мире. Официальные контакты, состоявшиеся в последнее время, позволили Турции и Китаю серьезно продвинуться в развитии двусторонних отношений.

В ходе визита в Анкару премьер-министра Китая Вэнь Цзябао 8-9 октября 2010 года стороны заявили о намерении довести турецко-китайские отношения до уровня стратегического партнерства и о решении создать новый механизм по совместной борьбе с терроризмом и радикализмом.

Китайский премьер-министр подчеркнул возросшую роль Турции в регионе и на международной арене и отметил, что китайско-турецкое сближение внесёт вклад в диалог между цивилизациями и обеспечение мира на планете.

Турция и Китай подписали ряд соглашений, направленных на интенсификацию связей в сфере экономики и торговли, включая Рамочное соглашение о расширении торгово-экономического сотрудничества, соглашения о подготовке среднесрочного и долгосрочного планов развития сотрудничества, о совместной реализации инфраструктурных проектов в третьих странах, о создании рабочей группы по проекту Шелковый путь, который должен активизировать торговые отношения Турции и Китая с Ираном, Пакистаном, Индией, а также с государствами Кавказа и Средней Азии. Планы по развитию турецко-китайских отношений охватывают такие сферы, как энергетика, строительство мостов и железных дорог, в том числе участие китайских компаний в создании высокоскоростной железной дороги между Анкарой и Стамбулом. Обсуждается вопрос об участии Китая в создании атомной электростанции в Турции, растущая экономика которой придает данному проекту стратегическое значение.

Кроме того, было объявлено о переходе в двусторонней торговле к осуществлению расчетов не в долларах, а в национальных денежных единицах. Китай стал третьей страной (после России и Ирана), с который Турция заключила подобное соглашение. Анкара и Пекин провозгласили намерение в течение пяти лет утроить товарооборот, в 2009 году составивший 17 млрд долларов, повысив его до 50 млрд долларов к 2015 году, и до 100 млрд долларов к 2020 году. В то же время перед руководством Турции остро стоит задача по выравниванию торгового баланса, дефицит которого в пользу Китая превысил 12 млрд долларов по итогам 2009 года. Анкара надеется исправить положение за счет притока в Турцию прямых инвестиций китайских компаний, притягательными областями для которых являются обмен технологиями, энергетика и туризм, а также за счет совместной инвестиционной деятельности в третьих странах и роста числа китайских туристов, посещающих Турцию.

Накануне визита В.Цзябао в Турцию в центре военно-воздушной тактики в турецком г. Конья прошли первые совместные учения ВВС Турции и Китая. В прошлом к участию в этих ежегодных учениях, носящих название «Анатолийский орел», приглашались США и Израиль. Китайские самолеты прибыли в Турцию через воздушное пространство Ирана, где была организована их дозаправка топливом. Учения, ставшие первым совместным проектом Китая с одной из стран НАТО, вызвали озабоченность США и Израиля, вместе с которыми Турция открывала тренировочный центр в г. Конья в 2001 году. Военное сотрудничество Турции и Китая особенно беспокоит США и Израиль вследствие тесных отношений Анкары и Пекина с Ираном, использовавшим китайские ракетные технологии. Являясь крупнейшими импортёрами иранских энергоресурсов, Турция и Китай не склонны поддерживать проводимую США политику жёстких международных санкций в отношении Ирана, но предпочитают развивать с ним углубленное сотрудничество.

18 октября в Анкаре представителями Главного управления по делам прессы, печати и информации Турции и Пресс-канцелярии Госсовета КНР был подписан меморандум о намерении укрепить сотрудничество между СМИ двух стран. Турция и Китай выразили единодушное мнение о том, что развитие двусторонних отношений нуждается в поддержке со стороны СМИ, в связи с чем планируются регулярные контакты журналистов, включая обмен опытом и совместное освещение отдельных региональных и международных событий.

Негативным фактором для турецко-китайских отношений является ситуация в Синьцзян-Уйгурском автономном районе, называемом также Восточным Туркестаном. Турция выражает озабоченность по поводу соблюдения политических и культурных прав уйгуров. После волнений, вспыхнувших в Синьцзяне в июле 2009 года, между Анкарой и Пекином возникла напряженность, вызванная реакцией Турции на методы подавления беспорядков. Впоследствии руководство Турции предпочло перевести обсуждение вопроса о положении уйгуров в формат конструктивного диалога, однако, турецкая общественность по-прежнему достаточно остро реагирует на сообщения о столкновениях в Синьцзяне. Так, визит в Турцию премьер-министра В.Цзябао сопровождался митингом протеста против действий китайских властей возле гостиницы, в которой остановился премьер-министр.

В период с 28 октября по 2 ноября министр иностранных дел Турции А.Давутоглу находился в Китае с официальным визитом, в программу которого входило посещение Синьцзян-Уйгурского автономного района, Пекина и Шанхая. Визит начался с Синьцзян-Уйгурского автономного района, что является символичным событием, призванным продемонстрировать отсутствие в турецко-китайских отношениях уйгурской проблемы. Со стороны Пекина согласие на подобный маршрут турецкой делегации стало показателем доверия Турции. В свою очередь официальная Анкара подчеркивает уважение территориальной целостности Китая и неприятие сепаратизма. При этом Турция стремится акцентировать историческую связь с регионом, используя ее для укрепления отношений с Пекином. А.Давутоглу, который стал первым министром иностранных дел Турции, официально посетившим Восточный Туркестан, заявил, что, приехав в такие важнейшие центры культуры как Кашгар и Урумчи, он сможет «увидеть землю предков». «Развитие турецко-китайских отношений улучшит жизнь наших братьев в Синьцзяне, будет способствовать нашему общению и обеспечит наше единение в том самом месте, где нас разлучила история» — сказал Давутоглу в Кашгаре.

Рассматривая проживающих в Китае тюрок и мусульман в качестве потенциального «моста дружбы» между Турцией и Китаем, Анкара планирует различные варианты укрепления связей с Восточным Туркестаном: от организации прямого воздушного сообщения между Стамбулом и Урумчи до открытия в Урумчи консульства Турецкой Республики.

На переговорах А.Давутоглу в Пекине с министром иностранных дел Китая Янг Цзечи речь шла о направлениях стратегического сотрудничества двух государств. В качестве основных были обозначены четыре направления взаимодействия: по глобальным проблемам; в Азии; в международных организациях; в вопросе поддержания мира на планете. А.Давутоглу заявил о новой парадигме турецко-китайских отношений, о регулярном обмене визитами высокого уровня, о создании рабочей группы с целью подготовки Совместного плана действий, первое заседание которой состоится в начале следующего года.

В дополнение к консульствам в Шанхае и Гонконге Анкара планирует открыть новые зарубежные представительства в Китае, в первую очередь, в Гуанчжоу.

Стратегическое партнерство, провозглашенное руководством Турции и Китая, по формату и содержанию будет отличаться от стратегического сотрудничества Турции со странами ближневосточного региона. С позиций ведущих стран мира и региональных лидеров Турция и Китай планируют сотрудничество трансрегионального и глобального масштаба. Решение таких задач как выравнивание торгового баланса и нормализация ситуации в Синьцзяне устранит две важнейшие текущие проблемы на пути эволюции турецко-китайских отношений в направлении стратегического альянса. Это не означает, что интересы Турции и Китая полностью совпадают и исключают конкуренцию, однако, очевидно, что стратегическое сближение поможет обеим сторонам в реализации своих глобальных амбиций.

43.5MB | MySQL:87 | 0,728sec