Политико-юридические особенности «развода» Юга и Севера: что придет на смену ВМС?

Провозглашение 9 июля 2011 года независимости Южного Судана стало одновременно как финалом Всеобъемлющего мирного соглашения 2005 года (ВМС), так и началом нового куда более сложного этапа становления и развития целого международно-правового комплекса отношений по линии Республика Южный Судан (РЮС) — Республика Судан (РС). В этом контексте становится понятным почему под «разводом» Юга и Севера сейчас надо понимать не конечный результат, которого ещё нет, а остроконфликтный процесс, начавшейся 9 января 2011 г. и прошедший пока первые две стадии: голосование на референдуме за независимость Юга и её объявление, поддержанное, как мы видим, в полном объеме мировым сообществом.

Следующая стадия ключевая во всем процессе гигантского африканского «развода» — раздел совместно нажитого «имущества». Слово «имущество» мы намеренно взяли в кавычки, так в суданских реалиях к нему помимо собственно материальных и финансовых ценностей, земельных территорий и т.д. относится и миллион мусульман на Юге и по меньшей мере три с половиной миллиона южан на Севере, проживающих в Тройственном городе (Хартум, Омдурман и Северный Хартум).

Эта труднейшая стадия суданского «бракоразводного» процесса отделяет регион и мир от успешного завершения становления новой региональной реальности, где, как хочется надеяться, будут преобладать спокойствие, безопасность и здоровый социально-экономический климат, что безусловно подразумевалось творцами ВМС в качестве конечных целей более или менее идеально соответствующих духу и букве Соглашения.

Для того чтобы понять каковы перспективы Джубы и Хартума надо правильно и как можно скорее преодолеть данную стадию без ощутимых потерь для себя и мира в регионе, необходимо повнимательнее приглядеться к тем пусть скудным, но все таки имеющимся в распоряжении РЮС и РС юридическим инструментам, которые достались им в наследство от эпохи ВМС.

Все эти инструменты сосредоточены в следующих важнейших и хорошо известных специалистам базовых документах Переходного периода (9 января 2005 — 9 июля 2011 года): ВМС, Временная конституция Судана 2005 года (ВКС) и «Акт 2009 года о референдуме в Южном Судане».

Начнем, естественно с ВМС, где в разделе «Меры по обеспечению безопасности» указано, что «объединенные/интегрированные подразделения образуют ядро армии Судана после референдума, если результатом референдума станет подтверждение единства, иначе они будут распущены и их части будут интегрированы в соответствующие силы [то есть в армии РЮС и РС — С.С.]” (п.4) «Объединенные/интегрированные подразделения», ОИП). Причем на роспуск ОИП отводится 90 дней, отсчет которых начинается сразу по завершению действия Переходного периода.

Изучение Соглашения на предмет статей, регламентирующих действия Юга и Севера в случае сецессии первого, наглядно показывает, что оно во многом писалось с прицелом на возможное единство страны, которое должно было быть подтверждено результатами январского референдума 2011 года. Поэтому в нём так мало подобных статей и все они связаны с институтом вышеупомянутых ОИП.

Значительно больше соответствующих статей содержится в тексте ВКС, написанной на основе Конституции Республики Судан 1998 года и ВМС. Первой среди них является статья 69 п.2: «В случае голосования населения Южного Судана за отделение Президент Республики продолжает исполнять свои обязанности если он/она северянин; однако если Президент южанин, то он/она считаются отправленным в отставку и Первый вице-президент [он в соответствии со ст. 62 п.1 должен быть северянином — С.С.] должен взять на себя исполнение в полном объеме обязанностей Президента Республики на период до следующих выборов».

Аналогичным по содержанию является и текст статьи 118, где говорится о южносуданских депутатах Национальной законодательной ассамблеи Судана (НЗАС). Правда, есть одно небольшое отличие от п.2 ст. 62 ВКС: места выбывающих в случае отделения Юга депутатов и сенаторов от Южного Судана никто не заполняет, просто численный состав депутатского и сенаторского корпуса НЗАС сокращается на число южносуданцев, потерявших свои места, и в таком составе работает до новых выборов.

Самой важной статьей ВКС на эту тематику, на наш взгляд, следует признать ст. 226 п.10, гласящую, что в случае «принятия на референдуме о самоопределении решения в пользу сецесии части, главы, статьи, подпункты и дополнения настоящей Конституции, предусматривающие институты Южного Судана, его представительство, права и обязанности должны будут считаться отмененными».

Наконец, последним из имеющихся юридических инструментов, прямо предназначенных для облегчения процедуры «развода» Юга и Севера, является ст. 67 «Акта 2009 года о референдуме в Южном Судане». В ней говорится что «В случае если народ Южного Судана проголосует за вариант отделения, в конце переходного периода Правительство применяет статьи 69 (п.2), 118 (п.2), 145 (п.1) [полная калька с п.4 «Объединенные/интегрированные подразделения», раздел ВМС «Меры по обеспечению безопасности» — С.С.] и 226 (п.10). … Без ущерба для упомянутых выше подпунктов 1 и 2, стороны Всеобъемлющего Мирного Соглашения должны вступить в переговоры, свидетелями которых будут те же страны и организации, что присутствовали при заключение ВМС, с целью достижения соглашения о решении основных вопросов таких как:

a) гражданство; b) валюта; с) государственная служба; d) положение совместных объединенных воинских подразделений, органов национальной безопасности и разведки; e) международные соглашения и конвенции; f) активов и долгов; g) нефтяных месторождений, добычи, транспортировки и экспорта нефти; h) контрактов и окружающей среды в районах нефтяных месторождений; i) воды; j) собственности; k) любые другие вопросы, которые будут согласованы обеими сторонами».

Таким образом, мы видим, что в распоряжении как Джубы, так и Хартума имеются на сегодняшний день минимально необходимые правовые инструменты для мирного урегулирования всех споров и конфликтов, возникших на стадии раздела «имущества» некогда единого суданского государства.

Но в том-то и проблема, что этот правовой минимум уже полностью исчерпан: действительно реализованы положения упоминавшихся здесь ст. 69 (п.2), 118 (п.2), 145 (п.1) и 226 (п.10) ВКС, да и механизм ст. 67 «Акта 2009 года о референдуме в Южном Судане» также пущен в ход, правда без какого-либо успеха.

Наглядным доказательством того, что РЮС и РС отчаянно нуждаются в новых, более действенных правовых средствах является напряженная ситуация с транспортировкой южносуданской нефти через территорию Севера. В ходе разгоревшегося конфликта по поводу не столько цен на прокачку сырой нефти через РС, сколько по поводу раздела между Джубой и Хартумом доходов от её продажи, что ранее более или менее успешно, но регулировалось соответствующими положениями ВМС.

Иными словами на смену ВМС непременно должно придти новое подобное соглашение/соглашения, где были бы четко прописаны условия разрешения всех острых проблем, существующих в отношениях между РЮС и РС. Промедление с подготовкой, подписанием и ратификацией этого соглашения/соглашений может очень дорого обойтись бывшим «супругам» — Джубе и Хартуму, обострив на Юге и Севере и без того сложные политические и социально-экономические проблемы.

В тоже время успешность вышеуказанной дипломатии дружбы и сотрудничества между двумя суданскими государствами во многом будет зависеть от двух основных факторов:

— во-первых, от конкретной политической ситуации в РЮС и РС, ибо политикам с обеих сторон придется пойти на взаимные уступки, что не всегда будет положительно восприниматься частью населения на Юге и Севере и отдельными группировками внутри правящих южносуданских и северосуданских элит,

— и во-вторых, от позиций ведущих международных игроков, в первую очередь США и Китая, способных убедить команды С.Киира и О.аль-Башира в том, что без прочного международно-правового фундамента, созданного на базе «нового ВМС», не возможен мир и согласие в суданском регионе, без чего РЮС и РС вполне могут остаться без американской и китайской поддержки, так как неизбежное нарастание конфликтного потенциала в регионе, вызванное отсутствием этого самого «нового ВМС», категорически не устраивает как Вашингтон так и Пекин.

В завершении необходимо ещё раз подчеркнуть, что «развод» Севера и Юга продолжается, более того он вступил в свою самую трудную стадию и от того по какому сценарию в самое ближайшее время пойдет развитие ситуации (будет ли заключен между РЮС и РС аналог ВМС или же нет) зависит будущее суданского региона на многие десятилетия вперед. В настоящий момент представляется достаточно высокая вероятность положительного исхода сложившейся ситуации, то есть мы вполне можем ожидать в самое ближайшее время серьезных подвижек в деле подписания «нового ВМС», но при этом нельзя сбрасывать со счетов и неблагоприятный сценарий, когда принятие новых базовых соглашений между Джубой и Хартумом растянется на длительный срок, в течении которого в регионе будет сохраняться высокий риск нового вооруженного конфликта по ставшей уже традиционной линии Юг-Север.

47.49MB | MySQL:107 | 0,844sec