Трансформация правовых основ ФРГ в связи с угрозой терроризма

Террористические акты в США обозначили начало новой эры в международных отношениях. Образ горящих башен-близнецов на Манхэттене, в которых погибло почти 3000 человек, стал частью коллективной памяти мира. Для немцев это стало особенно шокирующим событием: ряд пилотов-смертников учились управлять самолетом в Гамбурге, и здесь же, в одной из мечетей, имамы давали им последние наставления и благословляли на мученическую смерть.

Минувшее десятилетие определило поворот в сознании немцев. Для трех из пяти жителей страны понятие «ислам» стало отождествляться не с религией, а с реальной угрозой терроризма.

Дата 11 cентября 2001 года изменила мир, подчеркивают немецкие эксперты. Это касается не только США, но и всей западной системы ценностей. Она была потрясена до основания. Требовалась адекватная реакция, и довольно быстро группа экспертов вместе с тогдашним Федеральным министром внутренних дел Отто Шили представила пакет антитеррористических законов, большинство из которых и сейчас, десять лет спустя, остаются в силе. Отто Шили стал одним из создателей системы противотеррористической системы страны, которая и сейчас носит наименование «Каталог Отто» — с намеком на всемирно известную посылочную фирму со штаб-квартирой в Гамбурге, основанную Вернером Отто в 1949 году и уведомляющую клиентов-модников специальными журналами.

Если каталоги от торгового предприятия содержали главные дизайнерские направления, то «Каталог Отто» — перечень мер по снижению риска угрозы террора.

С момента 11 сентября 2001 года политика национальной безопасности в ФРГ претерпела ряд качественных изменений, указывает эксперт уголовного ведомства земли Райнланд-Пфальц Марван Абу-Таам. Решались и решаются структурные и организационные проблемы. Федеральные организации действуют в контакте и в рамках программ Европейского союза и НАТО.

Уже 14 декабря 2001 г. бундестаг закончил обсуждение так называемого «Второго пакета безопасности» от Федерального министра внутренних дел Отто Шили. Принятый парламентом к вступлению в силу 9 января 2002 г. федеральный закон о борьбе с международным терроризмом (Terrorismusbekаеmpfungsgesetz, сокр. ТВG) повлек за собой соответствующие дополнения и изменения в 17 федеральных законов и 5 постановлений кабмина, в том числе в закон о защите Конституции, положения об организационном разделении полномочий полиции и разведывательных служб, закон о военной службе контрразведки (закон MAD), закон о федеральной службе разведки (закон BND), положения федерального уголовного права, полномочия которого были значительно расширены, закон об иностранцах. ТВG направлен на создание основы для обеспечения более эффективного обмена информацией и предотвращения проникновения террористов на территорию Германии и ряд мер по гарантиям идентичности, в том числе путем сбора биометрических данных (отпечатки пальцев, формы рук, структуры радужной оболочки).

Расширялись полномочия федерального ведомства по охране конституции: они стали включать право требовать от банков, авиакомпаний и почтовых отделений предоставления всех сведений о клиентах. Для того, чтобы предотвратить злоупотребления ведомств и защитить права граждан, подобные сведения стали выдаваться на основании обоснованного подозрения и полицейского расследования. На тех же условиях получают доступ к персональным данным сотрудники военной контрразведки и Федеральной разведывательной службы, в частности в сфере телекоммуникаций, сервиса операторов и финансовых учреждений. Дальнейшее расширение полномочий связано с так называемой программой G-10, в соответствии с которой отслеживаются все связи и передвижения подозреваемой персоны.

Всеобъемлющий закон касался таких процедур, как депортация при наличии доказательств, что иностранец принадлежит к террористической организации; отказ в виде на жительство при соответствующей доказательной базе; допуск служб безопасности к базе данных иностранцев; определение местонахождения владельца мобильного телефона (IMSI-Catcher); обеспечение безопасности лиц, занятых в силовых структурах антитеррористической деятельностью. Политический обозреватель Гериберт Прантль в своем комментарии от 15 декабря 2001 г. довольно язвительно сообщал: «Превентивные меры выглядит отныне следующим образом: каждый гражданин является потенциально опасным, поэтому он должен мириться с соответствующими проверками».

Закон о воздушной безопасности (Luftsicherheitsgesetz, сокр. LSG) вступил в силу 11 января 2005 года. Таким образом, к началу 2005 г. была создана правовая база контртерроризма в ФРГ. Она предусматривала, кроме вышеперечисленных мер:

• более жесткую проверку, направленную на обеспечение авиационной безопасности;

• ежегодную проверку персонала, занятого в области безопасности;

• совершенствование компьютерной идентификации;

• право на запрет деятельности экстремистских религиозных общин;

• расширение полномочий различных служб безопасности;

• отслеживание денежных потоков с помощью информационных запросов о подозреваемых в терроризме.

Данные меры принесли свои результаты. К примеру, разрешение на отслеживание интернет-посланий позволило собрать в течение нескольких месяцев доказательства причастности так называемой «зауэрландской ячейки» к подготовке теракта, сопоставимого с событиями в лондонском метро. Другой пример. Спецслужбы ФРГ усилили внимание к формированию денежного потока, осуществляемого в мусульманских кварталах страны как ежедневно, так и в ходе пятничных молитв, которые традиционно завершаются «подковерными» деньгами, как именуются пожертвования в виде конвертов с крупными купюрами.

Когда журналисты спрашивали Бернхарда Виттхаута, шефа профсоюза Федеральной полиции, не слишком ли много было полицейских задействовано по отслеживанию подозреваемых в терроризме (около 600 сотрудников), учитывая, что злоумышленников всего четверо, тот ответил: лучше перестраховаться, чем потом сожалеть. Это касается не только «зауэрландской ячейки», подчеркнул он. Безопасность стоит тех средств, которые на нее выделяют. 6 сентября с.г. в бундестаге прошли дебаты по поводу предстоящих расходов. Министерство внутренних дел запросило около 3,7 млрд евро на предстоящий год. Это на 60 миллионов евро больше, чем в 2011 г. В то же время расходы на безопасность составляют примерно две трети от общего бюджета МВД.

По предложению Отто Шили огромные средства, которые с 2001 г. выделялись на антитеррористические меры, шли не из федерального бюджета, который и без того испытывал затруднения в связи с пакетом социальных программ. Министр внутренних дел указал источник финансирования – увеличение налога на табачные изделия. В период 2002-2005 гг. он повышался пять раз. Курильщики фактически стали казначеями антитеррористической компании: только в 2010 году они вместе с табачным дымом выдохнули в бюджет страны 13,2 млрд. евро. В течение 2002-2010 гг. они субсидировали весь пакет контртерроризма в пределах 11-13 млрд евро. Последнее повышение акцизов (с 1 мая с.г.) стало только первым этапом — всего до 2015 года их намечено пять. Сегодня упаковка сигарет (до 20 штук) в ФРГ обходится курильщику в 4,5-5 евро.

На основании ТВG и соответствующих решений Федерального кабмина создавались новые структуры, обеспечивающие антитеррористическую деятельность. Она нуждалась в координации усилий различных ведомств. С этой целью в Берлине был создан действующий с 14 декабря 2004 года контртеррористический Центр (Gemeinsamen Terrorismusabwehrzentrum, сокр. GTAZ).

Он объединяет данные и разрабатывает специальные программы. Как указано в решении Федерального кабмина, GTAZ, являясь совместным бюро безопасности государства и федеральных властей, «имеет дело исключительно с борьбой против исламского терроризма». 229 сотрудников этого независимого органа – представители всех официальных, силовых и разведывательных структур (в общей сложности 40 организаций), дают актуальную и перспективную оценку состоянию безопасности в стране. Два аналитических центра NIAS и PIAS обобщают данные 9 рабочих групп, в каждой из которых работают в том числе эксперты в области востоковедения, специалисты по исламу, исламскому терроризму. Они исследуют транснациональные, региональные, земельные особенности мусульманской диаспоры и выдают соответствующие рекомендации правительственным структурам. На основании этих рекомендаций, к примеру, правительство ФРГ продлило меры по антитеррору, как об этом сообщила пресса СМИ 17 августа с.г.

Итак, через считанные недели после 11 сентября 2001 года бундестаг принял предложения по изменению законодательной базы контртерроризма. Старые законы были ужесточены, одновременно были сформулированы новые законы. Весь комплекс правовых мероприятий с самого начала вызвал в обществе разное восприятие. Наряду с моментами, против которых никто не возражал, были и спорные. Главный аргумент критиков – законы ограничивают права и свободы граждан. 11 сентября стало переломным моментом для политики безопасности, говорит Рольф Климент, комментатор Немецкого радио. В недавней программе, посвященной юбилею теракта в Нью-Йорке, он резюмировал, что изменилось за последние десять лет. Особенно заметные перемены – в аэропортах. Все кремы в ручной клади должны быть упакованы в мешки, банки и бутылки могут содержать не более ста миллилитров жидкости. С 2005 года Федеративная Республика Германия ввела биометрические паспорта, позднее были узаконена процедура снятия отпечатков пальцев. Кое-что провести через акон не удалось, говорит Рольф Климент. К примеру, идея сбивать силами ВВС ФРГ самолеты, угнанные террористами, была отклонена Федеральным конституционным судом.

Антитеррористические меры были осуществлены в контексте заявления Отто Шили немедленно после атак 11 сентября 2001 года: «Я считаю, что эта террористическая атака изменит мир, мы должны готовить себя к будущему, в котором многие вещи, которые воспринимались нами как сами собой разумеющиеся, больше не будут таковыми считаться». Через четыре месяца (срок, немыслимо короткий для бюрократической системы ФРГ) после нападения выходит ТВG, представляющий собой, как отметил публицист Йоахим Хаген, «лоскутное одеяло»: там были выборки из различных законов. При этом под защитой Конституции оставалась информация о клиентах банков, почтовых отправлениях и сведения из телефонных компаний. Не допускался также мониторинг жилья.

В немецком обществе не прекращаются дебаты: факт предоставления конфиденциальных сведений не может нравиться всем в обществе без исключения. Речь идет об информации, которую органы безопасности и разведывательных служб вправе получать от банков или авиакомпаний и о других данных о подозреваемых в терроризме. С одной стороны, в связи с новыми опасностями спецслужбам требуется больше информации: подозрительные личности часто неизвестны ни полиции, ни разведывательным службам. Поэтому приходится расследовать сомнительные поездки, платежи и телефонные разговоры. С другой стороны, силовики должны усилить защиту информации: велик риск использовать личную информацию в иных целях.

Это в будущем будет возможно только через сложную процедуру запроса и разрешения в Берлине. Решено в январе 2012 г. создать новую комиссию по законодательству с участием восьми экспертов, которая по заданию кабмина рассмотрит спорные моменты в ТВG. Он будет действовать еще четыре года, но с обязательными поправками. Обсуждая вопрос, министр внутренних дел Ганс-Петер Фридрих указал, что «угроза в Германии не сократилась, а министр юстиции Сабине Лойтхойзер-Шнарренбергер отметила, что модернизация закона, который подвергся всеобъемлющему анализу, означает «поворот во внутренней политике и политике безопасности».

Война с террором, которую начали Соединенные Штаты Америки после 11 сентября 2001 начался, носит глобальный характер. Она продолжается по сей день. Как продолжаются в немецком обществе споры относительно правомочности силовых структур узнавать персональные данные и другие подробности частной жизни, прибегая к прослушиванию телефонных разговоров и подсоединяясь к Интернету.

Разделились мнения экспертов. Одни поддерживают право на частную жизнь, другие приводят многочисленные примеры того, как именно такие меры привели к превентивным действиям полиции и предотвращению серии терактов в ФРГ. Эксперты из земельного Ведомства по охране конституции в Дюссельдорфе рассказывают о так называемой «дюссельдорфской ячейке», когда действия трех исламистов удалось пресечь только с помощью интернет-соединений, осуществленных в течение пяти месяцев. Таким образом, была собрана необходимая доказательная база.

По мнению главы земельного Ведомства по охране конституции в Гамбурге Манфреда Mурка, антитеррористические законы доказали свою состоятельность: «Есть вещи, которые нас окружают в повседневной жизни, благодаря чему мы стали обладателями полномочий по сбору данных телекоммуникационной связи и финансовых данных… Они внесли свой вклад в разъяснение связей и контактов, послужили идентификации людей. А это — важные моменты в борьбе с терроризмом».

Комиссар Тило Вайхерт из полиции земли Шлезвиг-Гольштейн указывает, что хотя гипотетический риск использования «прослушки» в неслужебных целях существует, блюстители закона прибегают в таким мерам в исключительных случаях. Так, в течение 2009 года с подобными обращениями силовики обращались к провайдерам лишь 80 раз – массовым явлением это назвать невозможно. Причем, всякий раз у полиции были основания делать подобные запросы, и это было доказано. Тем не менее, критика действий силовиков со стороны защитников права на частную жизнь в Германии не утихает.

Принятый на десять лет и истекающий в январе 2012 года закон об контртерроризме до сих пор вызывает сомнения в правомочности требований. К примеру, 29 июня с.г. в Федеральный минюст была передана петиция с 58 тыс. подписей. Документ протестует против повторного введения хранения персональных данных, что расценивается подписавшими как «надзорная деятельность, которая является несоразмерным вмешательством в личную жизнь».

События 11 сентября через десять лет подстегивают не только правоведов, но и инженеров, действующих в русле федеральных законов, указывает публицист Йоханнес Гернерт.

Сейчас наблюдается биометрический бум, свой вклад в который вносят конструкторы Дрездена. «Наше оборудование, в частности, зеркало в салоне и сиденье водителя способны распознавать любого, кто садится за руль, — рассказывает руководитель фирмы Cognitec Альфредо Эррера Эрнандес. – Это чрезвычайно важно в связи с тем, что при многих терактах задействованы автотранспортные средства, которые, как правило, используются нелегально, часто находящиеся в угоне».

Специальное оборудование помогает определить не только владельца, но и запоминает любого водителя, в частности, с точностью до года уточняет его возраст, фиксирует приметы, даже форму морщинок у глаз. Если программное обеспечение FaceVACS признает водителя, он получает возможность управлять им. То же касается возможностей использования банковских карточек. Фирма Cognitec, как и научная группа под руководством Кристофа фон дер Мальцбурга в Рурском университете Бохума, задействована для реализации проекта, связанного с нейроинформатикой, и других оригинальных программ в рамках закона ФРГ об антитеррористической деятельности.

Оборудование, которое позволяет назвать возраст, пол и цвет кожи человека, было испытано пять лет назад экспертами Федеральной уголовной полиции. Серия наблюдений на вокзале Майнца и последующая перепроверка данных показала достаточно высокий процент точных попаданий – каждые трое из пяти попавших на специальный экран оказывались именно того возраста и пола, которые фиксировал прибор. Рынок биометрических технологий в мире относительно нов. Однако активность террористических групп определенным образом провоцирует его стремительное развитие. Если в конце 1990-х это были лишь начальные разработки, то в 2008 году продукция подобного характера в мире оценивалась в 3 млрд долларов, а в 2015 г., по оценкам аналитиков, достигнет 11 млрд долларов. Германское общество по внешнеэкономическим прогнозам предсказывает к 2015 году рост объема продаж в ФРГ на 83 процентов.

На совершенствование правовых основ борьбы с терроризмом указывают политические лидеры Германии.

Канцлер ФРГ Ангела Меркель в интервью телеканалу RTL по случаю десятилетней годовщины трагедии в Нью-Йорке отметила: ужесточение законов после терактов в США, которое обернулось дополнительными ограничениями для граждан, было неизбежно и необходимо. «Лично я готова согласиться с усилением контроля. Мы пошли на изменение законов и введение ограничений, с которыми прежде не приходилось сталкиваться. Однако это было необходимо для сохранения таких общепринятых ценностей, как обеспечение свободы для подавляющего большинства людей», — отметила Меркель. Это были нападения не только на Соединенные Штаты Америки, но и на ценности и интересы западного общества в целом, отметил Гидо Вестервелле в статье, опубликованной 10 сентября с.г. в газете Frankfurter Rundschau. Глава внешнеполитического ведомства указал: идеалы открытого общества и свободного раскрытия индивидуума сегодня живее, чем когда-либо, поэтому они нуждаются в постоянной защите закона.

Министр внутренних дел земли Нижняя Саксония Уве Шюнеманн требует создания общенациональной программы, направленной против радикализации. «Она могла бы позволить с помощью профилактических мер отслеживать и пресекать радикальные настроения, касаются ли они правого экстремизма или воинствующего исламизма», убежден он, считая, что действовать следует и на локальном уровне и исследуя интернет-сообщества. С этой целью земельное Ведомство по охране Конституции разработало совместную программу действий с исламскими объединениями и учебными заведениями. Концепция предусматривает сотрудничество различных организаций, среди которых органы власти, университеты и мечети. Однако глобальная общенациональная программа может быть создана только тогда, когда ряд партий перестанет блокировать принятие закона, позволяющего силовым структурам беспрепятственно пользоваться всей базой данных относительно лиц, подозреваемых в террористической деятельности.

ВЫВОДЫ

Первый. Изменение законодательной базы ФРГ, адаптированной к событиям 11 сентября 2001 года, структурные новшества, высокий класс экспертов и использование новейших технических средств – прямое следствие «войны с терроризмом», начатой как ответ на нападения 11 сентября 2001 года.

Второй. Картина экстремистского ислама в Германии довольно запутана и неопределена, говорит эксперт Йоханнес Кандель из фонда Фридриха Эберта. Однако если 5 тысяч глоток в порыве восторга скандируют «Если интеграция, то полная свобода!», понятно, что они готовы попирать светские законы, по которым живет Германия, уточняет эксперт. Получается, что закон должен быть ужесточен к исламистам.

Третий. Бернхард Виттхаут подчеркивает, что, в конечном итоге, именно благодаря законам и — на их основе — тщательному отслеживанию «к счастью, на немецкой земле сорваны все попытки исламских террористов». Органы безопасности в Германии неизменно держат на контроле фундаменталистский исламский терроризм, вынуждая экстремистов ощущать это постоянное давление.

Четвертый. 11 сентября 2001 г. превратилось в точку отсчета изменившегося мира, когда война объявлена не одной или нескольким странам, а всему цивилизованному миру. Терроризм стал явлением политического тестирования, поскольку серия терактов, которая разразилась в последние годы в странах Европы, Азии и Африки, стала экзаменом для гражданских обществ, проверкой координации национальных и международных усилий, оценкой эффективности как многостороннего сотрудничества, так и принятых законов в борьбе с исламским террором.

Использованы данные сайтов Die Welt, Deutsche Welle, THE EUROPEAN MAGAZINE, Bundeszentrale fuer politische Bildung, Deutschlandradio, Der Tagesspeigel, WELT ONLINE, SPIEGEL ONLINE. AG Friedensforschung, NDR, tagesschau.de, AG Friedensforschung

62.54MB | MySQL:101 | 0,476sec