Исламистская перспектива в странах «победившей демократии»

Драматические события в Египте и Турции поставили на повестку дня очень важные с точки зрения дальнейшего развития ситуации в регионе Ближнего и Среднего Востока вопросы – в каком направлении будет трансформироваться политическая система стран региона, и являемся ли мы свидетелями конца периода победного исламистского вступления во власть, который стимулировала т.н. «арабская весна».

Целый ряд политологов и экспертов наперебой рассуждают сейчас о том, что исламисты не выдержали испытания властью, и что гражданское общество в этих странах не терпит узурпации власти и т.п. Вывод из всего этого делается один – арабские  страны  обречены на поступательное движение в сторону создания демократичного государства западного образца с минимизацией влияния исламистов с постепенным их перерождением в партию центристского плана.

На фоне этой эйфории рискнем выдвинуть альтернативное мнение. То, что мы наблюдаем сейчас в Египте и Турции, а также попытки сотворить нечто подобное в Тунисе, по нашей оценке, свидетельствует об усилиях старой политико-экономической элиты взять реванш и отвоевать себе «место под солнцем» в новой системе координат. Толчком к событиям в Египте и Турции стало не стремление населения сохранить свои гражданские свободы и право на альтернативное мнение, как это пытаются сейчас представить западные аналитики, а последняя надежда старой элиты сохранить свои преференции, которые они получили в «старые, добрые времена». Собственно в той же Турции и АРЕ на эти гражданские свободы, о которых так много сейчас говорят, никто особенно и не посягал.

И дело здесь не в состоянии экономики. Этот фактор может быть и важный, но вторичный. В той же Турции исламисты сумели создать очень эффективную экономическую модель, что не спасло от катаклизмов. В том же Египте среди большинства населения также есть осознание того, что чудес на свете не бывает, и любое правительство не смогло бы за указанный период времени сделать что-то больше и лучше. Корень проблемы – в отчетливом понимании старой элитой того (что особенно ясно на примере египетской ситуации), что в самом скором времен начнется передел национального богатства, и то, что будет реквизировано у окружения Мубарака, в большей степени перейдет именно к исламистам или лицам, с ними аффилированным. Плюс, конечно, ослабление и чистка  армии и силовых структур, что мы явственно наблюдаем в Турции,  и что с огромной степенью вероятности готовил и президент Египта М.Мурси. Это общее место во всех странах, где победили на выборах исламисты. Единственным аппаратом, который способен в этих государствах серьезно и кардинально  влиять на решение правящей партии остается армия и спецслужбы, что, в общем-то, предопределено всей логикой их государственного развития в период новейшей истории. То, что премьер-министр Турции Р.Т.Эрдоган сумел за сравнительно короткий срок максимально минимизировать традиционно сильное влияние (еще со времен Ататюрка) армии,  спасло его сейчас от повторения египетского сценария. Силовики и тесно связанная с ними традиционно экономическая «старая» элита в Тунисе, Египте и Турции, естественно, недовольны политикой исламистов по уменьшению степени их влияния и созданию модели государственного устройства, когда армия занимает единственно возможное для нее в демократическом государстве место – нейтральной силовой структуры, которая обеспечивает внешнюю безопасность страны, при этом оставаясь независимой от прихода к власти той или иной политической силы.

Египетский вариант развития событий, таким образом, при всех симпатиях или антипатиях к «Братьям-мусульманам», является резким скачком назад от тех демократических завоеваний, под знаменем которых «революция» против диктатуры Х.Мубарака и совершалась. Этот сценарий уже начинает приводить к внутренним катаклизмам с серьезными жертвами в стране. При этом необходимо иметь в виду, что «братья» пока остаются в рамках формального «мирного сопротивления». Но дело даже не в этом. За исламистов («братьев» и салафитов) проголосовало большинство избирателей, принявших участие в голосовании, и от этого факта никуда не уйти. Таким образом, перед египетскими военными стоит дилемма: запретить «братьев» как движение и тогда получить стопроцентный алжирский вариант в его самой трагической фазе без всяких гарантий переломить ситуацию в свою пользу даже в среднесрочной перспективе; либо – разрешить исламистам участвовать в досрочных президентских и парламентских выборах, что вновь все вернет на круги своя. Может быть, с очень небольшой арифметической погрешностью. Военные в АРЕ просто загнали болезненный процесс превращения страны в некое подобие демократического государства в глухой тупик, из которого теперь они (имеется в виду высшее командование) могут выйти или «с щитом», или, что скорее, – «на щите». Повторим, то, что сейчас происходит в Египте – это пока только «ненасильственное сопротивление». Основные события с настоящей стрельбой там начнутся в случае запрещения политического крыла «братьев»  с целью отстранить их от участия в предстоящих выборах.

Из этого следует только один вывод. Исламистская перспектива в странах Ближнего Востока в настоящее время ведет одну из своих последних битв с представителями «старой элиты» за полное и безоговорочное преобладание во властных структурах стран «победившей революции». И эта битва может затянуться на неопределенный срок, что совершенно не отменяет  ее конечных результатов. Рискнем предсказать, что будущее развитие стран Арабского Востока на ближайшую среднесрочную перспективу будет определяться именно преобладающим влиянием «Братьев-мусульман». Как бы это не раздражало старую элиту и силовиков.

52.54MB | MySQL:102 | 0,527sec