О турецкой стратегии на иракском направлении

Анкара в настоящее время старается выработать единственно верную стратегию на иракском направлении. Цель — поиск необходимого баланса между сдерживанием растущей активности и боеготовности отрядов «Рабочей партии Курдистана» (РПК) в Ираке и полномасштабным участием Турции в усилиях международной коалиции под руководством Вашингтона по нейтрализации угрозы «Исламского государства» (ИГ). Главным архитектором этой политики, которую можно охарактеризовать как «попытку усидеть на двух стульях», является нынешний руководитель турецкой спецслужбы МИТ Хакан Фидан, который несмотря на свои дружеские отношения с президентом Турции Р.Т.Эрдоганом, так и не смог получить столь вожделенное для него кресло министра иностранных дел в новом правительстве. 29 августа с.г. на этот пост назначен М.Чавушоглу. По некоторым данным, Р.Т.Эрдоган лично просил Х.Фидана остаться на посту главы МИТ до выхода на более-менее ясные перспективы в отношении двух ключевых проблем для национальной безопасности страны: РПК и «Исламское государство»  вкупе с сирийским досье.

Нельзя сказать, что Х.Фидан добился какого-то грандиозного прогресса на этих направлениях в прошедший период своего руководства МИТ. Поначалу широко разрекламированное «поступательное движение» в процессе переговоров о перемирии с РПК и вывод отрядов курдов с турецкой территории затормозился, а затем и вообще был заморожен. Даже сейчас, когда руководство РПК концентрирует свои отряды на иракском фронте за счет членов партии из Ирана и Сирии, турецкий «филиал» остается на своих местах. Такой итог долгих переговоров свидетельствует о том, что Анкара явно не выполнила взятых на себя в формате достижения компромисса с РПК обязательств, главным из которых было освобождение ее лидера А.Оджалана. Из этого следует, что главе МИТ предстоит начинать здесь все сначала. В настоящее время он ведет активные секретные переговоры с лидерами РПК в отношении условий предоставления курдам широкой автономии, а с другой — всячески пытается поставить барьеры на пути снабжения отрядов РПК вооружением и боеприпасами, которые направляются в Иракский Курдистан при содействии ЦРУ США, ДЖСЕ Франции и БНД ФРГ. В рамках решения этой задачи мобилизовано большинство сотрудников МИТ, осуществляющих мониторинг поступления и распределения поступающего вооружения. Офицеры МИТ значительно расширили свое присутствие в Эрбиле и стараются «дотянуться» (как через агентуру, так и посредством направления оперативных работников под различными легендами) до районов, которые сейчас контролируют боевики РПК. Это прежде всего Киркук, где располагаются основные тренировочные лагеря организации; горы вокруг города Кандиль; провинция Дохук. Кроме того, восточнее Багдада в районе Диялы сейчас располагаются боевики из иранского филиала РПК организации PJAK. В этой деятельности сотрудники МИТ опираются на прямую поддержку руководителя спецслужбы Иракского Курдистана Масрура Барзани и его сотрудников. Налажен также канал обмена разведданными между двумя этими службами по досье «Исламского государства», а также активности РПК.

Одновременно Анкара в настоящее время старается определить контуры своего участия в антитеррористической коалиции под эгидой Вашингтона. 10 сентября с.г. эта тема обсуждалась на совещании с участием Х.Фидана, премьер-министра А.Давутоглу и высшего армейского командования. Было принято решение пока ограничиваться, по возможности, оказанием исключительно логистического содействия в переброске оружия и боеприпасов через базу Инджирлик в Турции. Соответственно, достигнуто согласие об усилении разведывательной активности за целями ИГ в Иракском Курдистане, что возложено на МИТ, и в Сирии, что поручено в основном военным. Интересно, что «за скобками» обсуждения остались факты того, что МИТ на протяжении довольно продолжительного времени снабжал «Исламское государство Ирака и Леванта» (ИГИЛ) вооружением через полугосударственную фактически турецкую компанию MKE. Делалось это якобы для того, чтобы создать противовес в исламистском сегменте сирийского сопротивления просаудовской «Джабхат ан-нусра». Еще одна явная неудача МИТ в Сирии –  попытка создания «курдского Талибана» из освобожденных боевиков РПК, которая полностью провалилась, а также переброска в курдские районы Сирии боевиков Масуда Барзани из Иракского Курдистана с целью создания лояльного этому лидеру и Турции анклава.

В Ираке же боевики ИГ перешли, как мы и предсказывали, к позиционной обороне. Они готовятся к широкомасштабному наступлению на свои позиции в октябре с.г. Как предполагается, недавно созданная разведка ИГ  активно работает и располагает хорошо организованной агентурной сетью в Багдаде. Отмечено, что боевики ИГ в настоящее время активно сооружают бункера и системы тоннелей на территориях своей ответственности, используя опыт палестинского ХАМАСа, полученный в Сирии. Соответствующее скопление строительной техники и материалов отмечено как внутри, так и по окружности Мосула, а также в сирийской провинции Ракка, которую контролируют боевики ИГ. Исходя из этого, можно сделать вывод о том, что руководство ИГ располагает информацией о наступлении на их позиции сразу на двух фронтах. Около 30 000  бойцов ИГ скрытно рассредоточились среди местного населения в «суннитском треугольнике», явно создавая соответствующую базу для партизанской войны. Кроме того, отряды ИГ начали кампанию по уничтожению и нейтрализации своих основных конкурентов в исламистском сегменте сопротивления Сирии, явно расчищая себе площадку перед решающими боями. Так, в частности были предприняты попытки убийства в Идлибе Ахмеда Иссы Закарии, который возглавляет джихадистскую группировку «Бригады Сукур аль-Шам» («Соколы Леванта»), а также взрыв в штаб-квартире другой группировки «Ахрар аль-Шам». Обе эти группы считаются просаудовскими. Таким образом, общее направление стратегии ИГ в настоящее время строится примерно на этих направлениях.

43.94MB | MySQL:92 | 1,005sec