Сотрудничество Ирана с Арменией и Грузией в сфере энергетики

Иран видит для себя большой потенциал в развитии отношений с Арменией и Грузией. В отличие от других стран постсоветского пространства, с которыми Исламская Республика развивает диалог, связи с этими двумя государствами имеют обширный историко-цивилизационный background. Эти две христианские страны имели с Ираном особые отношения на протяжении веков тесного контактирования, будучи в разные эпохи даже составными частями совместных государственных образований. Кроме того, связи Ирана с этими неисламскими государствами демонстрируют феномен отношений Исламской Республики Ирана с иноконфессиональными  странами, подпитываемый общими историческими сентиментами. Зачастую эти отношения имели конфликтогенное наполнение. Однако весь постсоветский период Тегеран пытается выстраивать с ними ровные, уважительные и доверительные отношения. Это именно то, чего не удается сделать Турции, до сих пор не избавившейся от крайне конфронтационного настроя по отношению к Армении, что максимально деструктивно влияет на ее интеграционные достижения в южнокавказском регионе. Иранская же политика в этом регионе, видоизменяясь под влиянием как внутренних, так и внешних факторов, сохраняет свою главную и непреходящую составляющую – стремление  к более динамичному и максимально всеобъемлющему и диверсифицированному диалогу.

Определяя же наиболее эффективные сферы своего сотрудничества с этими странами, Иран считает целесообразным выделить в качестве основных направлений энергетику, последовательно и целеустремленно укрепляя там свои позиции. Прошедшие более чем два десятилетия показали, что Иран хорошо представляет ситуацию в энергетической  сфере региона, успев реализовать проекты, существенно важные для народного хозяйства этих стран Южного Кавказа в плане взаимной энергетической безопасности. Тем самым он демонстрирует непреложность того факта, что стремится завязать отладить конструктивное взаимодействие по таким направлениям как поставка и транзит природного газа, помощь в проектировании, строительстве, а в необходимых случаях – и восстановлении ГЭС, функционировавших в регионе многие десятилетия во времена СССР. В этой же области Иран предлагает своим южнокавказским партнерам обручиться с альтернативной сферой традиционной энергетики – солнечными и ветряными станциями, завоевывающими популярность в самом Иране. Ирану есть что предложить партнерам: в стране уже создана промышленная инфраструктура, необходимая для строительства таких электростанций. Иран намерен широко внедрять и развивать уже апробированную им в других странах, например, в Казахстане, схему нефтезамещения. В Тегеране надеются и на реализацию в регионе Южного Кавказа иранских нефтепродуктов. Последнее направление обещает быть эффективным в Армении, где в целом применительно к энергетической отрасли складывается хорошая политическая конъюнктура. Вопросы сотрудничества в этой отрасли рассматриваются на заседаниях Межправительственной  комиссии по двустороннему сотрудничеству. Так, на одном из ее последних заседаний в Тегеране обсуждались такие вопросы как строительство  двух ГЭС на реке Аракс, прокладка 3-й линии высоковольтных передач Иран-Армения, создание нефтеперерабатывающего завода и нефтехранилища на территории Армении. В результате заседания был подписан меморандум.

Иран вполне разделяет стремление Армении к экономической стабилизации, выходу из перманентной блокады со стороны Азербайджана и Турции, в которой она оказалась почти сразу же после провозглашения  независимости. С течением времени иранское руководство все более убеждается в том, что Армения остается единственным государством региона, где прозападная составляющая внешней политики и ориентации не становится доминантной, демонстрируя в этом смысле полную предсказуемость и надежду на то, что именно Армения остается его союзником в различных перипетиях богатого на неожиданности региона. С присоединением в октябре 2013 г. Армении к Таможенному Союзу европейский вектор развития снят с повестки дня на неопределенное время. Единственная, но максимально весомая преграда реализации планов Ирана на тесное взаимодействие в энергетической сфере — конкуренция России, успевшей за годы независимости внедриться и стабильно действовать в этой нише армянской экономики.

Не пытаясь вытеснить Россию с энергетического рынка Армении и понимая, что в этой конкурентной борьбе он вряд ли может выйти победителем,  не создав помех отношениям с таким мощным партнером как Россия, разделяющим с Тегераном видение южнокавказской геополитики, Иран, как видно, пытается создать альтернативу «лобовому» столкновению на энергетическом направлении. Вполне резонно, что он видит конструктивный выход из этих «ножниц» в реализации трехсторонних проектов, в которых конкурентная составляющая отсутствует по определению. Эти проекты будут осуществлены в газовой и электроэнергетической сферах, включая сезонные обмены электроэнергией и синхронизацию работы электрических систем трех стран. Этим, естественно, не исчерпывается список энергетических объектов при иранском содействии, имеющих и двусторонний характер. Сюда можно отнести газопровод из Ирана, договоренность по созданию которого была достигнута еще в течение первого года после установления дипломатических отношений между двумя странами, однако реализовываться проект начал только в середине 2000 гг. Среди других объектов в этой области отметим сооружение совместных высоковольтных линий электропередачи (ЛЭП) и взаимный обмен электроэнергией. После строительства двух первых ЛЭП решено построить и третью. Одновременно реализуются и другие объекты, менее значительные с экономической точки зрения, так же требующие двустороннего взаимодействия.

На грузинском же направлении достижения  Ирана в энергетической сфере менее значительны. Вначале отметим, что необходимость в сотрудничестве с Ираном стимулируется испытываемыми Грузией проблемами в части энергетического обеспечения. Выработка электроэнергии установилась на уровне 8 миллиардов киловатт-часов. Учитывая незначительное количество добываемой нефти (до 100 тысяч тонн в год) и практически  полное прекращение добычи угля, страна производит всего около 18% необходимой ей энергии (в основном – гидроэнергии), остальные знергоносители (природный газ, нефть и т.д.) поступают в страну из-за рубежа. Принимая в расчет это обстоятельство, Иран достаточно серьезно намерен сотрудничать с Грузией, оценивая эту страну в качестве перспективного партнера, особенно в рамках многосторонних проектов. Подтверждением этому является высказанная Тбилиси просьба о присоединении соглашению об объединении энергосистем Ирана, России и Азербайджана. Еще в марте 1996 г. началось сотрудничество в энергетической сфере, когда иранские специалисты вместе с грузинскими  коллегами успешно реализовали проект по модернизации на Жинвали ГЭС, В актив можно записать и решение о поставках газа в Грузию, достигнутое летом 2004 г. Кроме того, в январе 2006 г. возникла необходимость в срочной поставке газа из Ирана из-за двух взрывов на юге России, выведших из строя газопровод, поставлявший газ в Грузию. Это произошло в период сильнейших зимних морозов в Грузии, что создало тяжелую ситуацию для ее жителей. Иран согласился срочно поставлять Грузии ежедневно примерно 2 миллиона кубометров газа, быстро решив проблемы цены за это топливо. Как объявил тогда президент М.Саакашвили,  его страна достигла соглашения о срочном обеспечении газом,  и с 30 января 2006 г. началась поставка иранского газа в Грузию. Переговоры с иранской стороной в Тегеране  проводил министр энергетики Грузии Н.Гилаури . Говоря о количестве газа, М.Саакашвили сказал, что его хватит и на отопление и на выработку необходимого объема электричества. «У нас есть необходимые инфраструктурные  возможности для получения иранского газа. Иран впервые за последние десятилетия поставляет нам природный газ и готов экстренно обеспечить нас необходимыми объемами». Что касается цены за поставляемый Ираном газ, то, как написало 27 января 2006 г. иранское информагентство ИРНА, она «определена на уровне 120 долларов за тысячу кубометров». При этом ИРНА отмечает, что это на 10 долларов дороже российской цены и цитирует М.Саакашвили, сказавшего: «Однако  мы полностью удовлетворены таким положением». В целом, перспективным может оказаться и проект подключения газопровода Иран-Армения к Грузии с дальнейшим выходом на Европу, однако реализация его осложнена техническими и финансовыми проблемами, решение которых может потребовать привлечения внерегиональных участников, чему Иран жестко оппонирует

Несмотря на то, что энергетическая экспансия Ирана на Южный Кавказ сопряжена с рядом реальных трудностей, можно говорить о том, что ИРИ постепенно завоевывает прочные позиции в этой сфере. Вполне объяснимо, что эта задача возведена в Иране в ранг внешнеполитической, ибо напрямую связана с прагматическими установками нынешнего иранского руководства, учитывающего складывающуюся на мировых энергетических рынках конъюнктуру в условиях нестабильности энергетических систем государств Закавказья, переживающих кризисный этап. Эта ситуация предоставила Ирану благоприятный шанс. Находясь под санкциями ООН, ЕС И США, он стремится не допустить проникновения на Южный Кавказ США, НАТО и ЕС, и пытается создать собственный механизм безопасности в разных приемлемых форматах. Понятно, что в таком контексте завоевание позиций в энергетической сфере работает на главную стратегическую задачу – серьезно закрепиться в южнокавказском регионе.

28.16MB | MySQL:67 | 0,734sec