О политической ситуации в Алжире

По оценке американских аналитиков, период общей региональной турбулентности Алжир пережил сравнительно благополучно. Престарелый и больной президент страны А.Бутефлика сумел сохранить некую стабильность и в настоящее время осуществляет мероприятия по мирной передаче власти своему преемнику. Он уже несколько лет вынашивает план проведения конституционной реформы, которая бы ограничила президентскую власть и передала бы ряд ключевых полномочий премьер-министру. Смысл этой реформы лично для нас в отличие от американцев двояк, поскольку в условиях доминирования партии Фронт национального освобождения (ФНО) роль премьера как лидера победившей на выборах партии, которая может формировать правительство, по нашей оценке, предсказуема и понятна. Попытка усилить в этой связи роль председателя правительства может носить только отголоски внутрипартийной борьбы в самом руководстве страны, где на настоящий момент сформировалось несколько групп влияния. На наш взгляд, как аксиому, необходимо принять только один неоспоримый факт — А.Бутефлика, несмотря на все разговоры и прогнозы аналитиков о скором возникновении преемника и добровольном уходе «дедушки алжирской политики» на покой, останется у власти ровно столько, сколько ему отпущено физической жизни. Брат президента Саид не решается отправить своего родственника на окончательный покой, реально опасаясь того, что новые власти могут нарушить достигнутые договоренности о «нейтралитете» и гарантиях безопасности бизнес-интерсов семьи. Даже несмотря на то, что президентскому клану все-таки, в конечном счете, удалось сместить всемогущего руководителя спецслужб Алжира М.Медьена, который в свое время был основным инициатором утечек в СМИ информации о коррупционных скандалах того же Саида. Последний не доверяет никакому центру силы в политической верхушке Алжира. Их на сегодняшний день два. Это связка генерального секретаря ФНО А.Саадани и начальника Генерального штаба алжирских вооруженных сил Ахмеда Гаида Салаха, которого называют «алжирским А.Ф.ас-Сиси» и своим, в общем-то, быстрым возвышением он обязан опять же брату президента Саиду, который тем самым преследовал цель создания противовеса в силовом блоке генералу М.Медьену. Но М.Медьен ушел, а Гаид Салах остался. Некоторые эксперты в этой связи замечают, что сила и популярность армейского генерала в общем-то преувеличена. Он вряд ли сможет в одиночку без партийного аппарата ФНО взять власть. Другое дело — в связке с генеральным секретарем ФНО А.Саадани. В этой связи реформа с усилением роли премьера, которую он лоббирует, приобретает иной смысл. Предполагается, что конституционная реформа все-таки будет реализована в январе 2016 года. Себе А.Саадани прочит именно эту должность. Вторым центром силы является нынешний премьер А.Селлаль, который в последнее время заменяет президента во время заседаний кабинета министров. У него нет поддержки в военных кругах, но зато он популярен среди бизнес-элиты. И ему в большей степени, чем А.Саадани, доверяет Саид Бутефлика. Кроме отсутствия поддержки в силовых структурах, у нынешнего премьера есть очевидные провалы в экономической политике, что привело к росту социальных напряжений в южных провинциях. Но Саиду Бутефлике и нужен именно такой, не очень популярный, премьер. Тем более, что в руководство спецслужб он сумел протащить людей из президентского окружения. Это, прежде всего, новый начальник Департамента разведки и безопасности Атман Тартаг, который ранее руководил личной охраной президента. Он, кстати, в отличие от своих предыдущих коллег, которые в разное время занимали этот пост, проявляет какую-то неслыханную публичность и открытость. Это наталкивает экспертов на мысль, что его готовят в публичные политики и возможные преемники президента. При этом заметим, что силовой сегмент в виде спецслужбы вряд ли сможет стать серьезным препятствием для армии и партийных ячеек ФНО в случае, если тандем Саадани-Гаид Салах решаться пойти на силовой захват власти.

В этой связи возникает закономерный вопрос о перспективах возникновения политической турбулентности в Алжире. Единственной силой, которая способна всколыхнуть относительно спокойную ряску политического ландшафта Алжира являются исламисты. Они сейчас разобщены, часть из них благодаря усилиям все того же президентского клана инкорпорированы в систему национального бизнеса. Существует и хорошо развитый бизнес контрабанды наркотиков, мигрантов и оружия, в котором замешаны и руководители силовиков, особенно регионального уровня. Эта контрабанда осуществляется под эгидой все той же пресловутой «Аль-Каиды исламского Магриба» (АКИМ), на которую списываются все теракты, происходящие в регионе Сахеля. Эта организация уже давно не представляет собой единого целого и фрагментирована на несколько отрядов и групп. «Алжирское крыло» в основном представляет собой, условно говоря, посредников и казначеев. А всю черновую работу по захвату иностранных заложников и разделу получаемого выкупа за них делали до некоторого времени берберы и туареги. После крушения режима М.Каддафи в Ливии туареги стали претендовать на новую самостоятельную роль, в том числе и в формате создания собственного государственного образования. Мы напоминаем об этом только с одной целью: подтвердить тезис о том, что самостоятельно алжирские исламисты вряд ли смогут устроить какой-то крупный мятеж во время передачи власти в Алжире после кончины А.Бутефлики. Самый большой вызов для существующего режима — это падение мировых цен на углеводороды, что объективным образом снижает возможность гасить из финансовых «огнетушителей» возможные социальные волнения. Пока постоянным очагом таких столкновений является только юг, но в самой среднесрочной перспективе они грозят перекинуться и на иные регионы Алжира. Таким образом, рассматривать перспективы наступления периода турбулентности по нашей оценке необходимо не с точки зрения анализа исламистской вольницы, а исключительно исходя из динамики мировых цен на нефть. Предсказать эту динамику сейчас не может ни один эксперт, а значит и рассуждения о скором социальном потрясении в Алжире пока носят в большей степени гипотетический характер.

Ожидать при этом, что потрясения придут в результате катаклизмов в верхушке алжирского режима, было бы преувеличением. Несмотря на все внутренние разногласия, алжирская элита, безусловно, единодушна в стремлении сохранить нынешнее положение дел в экономике, а значит и властной организации государства. И это является надежной гарантией от погружения страны в полномасштабную гражданскую войну. То есть, грубо говоря, во властных кланах и группах алжирской элиты существует понимание той «красной черты», за которую не стоит переходить ни при каких обстоятельствах. По, крайней мере, пока.

28.92MB | MySQL:67 | 0,738sec