Саудовско-турецкие переговоры на высшем уровне на фоне поражений «Исламского государства»

Конец нынешнего года стал неудачным для «Исламского государства» (ИГ) с военной точки зрения, которое потерпело несколько чувствительных военных поражений. Это, прежде всего, взятие курдами Синджара, иракскими правительственными силами административной столицы провинции Анбар г.Рамади и несколько поражений в Северной Сирии. Активизировались курдские ополченцы, которым удалось захватить плотину «Тишрин» на Евфрате. Сторонники ИГ отступили, даже не предприняв попытку подорвать это ирригационное сооружение, что лишний раз подтверждает наш предыдущий вывод о том, что ИГ не будет взрывать подобного рода стратегические объекты, исходя при этом не из вопросов своего миролюбия, а из простых соображений сохранения своей популярности среди местного мирного населения. Впереди освобождение г.Ракка, и в данном случае есть все основания полагать, что больших проблем с этим у наступающих курдских ополченцев возникнуть не должно. Единственным принципиальным моментом остается единство замысла и координация действий в составе так называемых Сирийских демократических сил, которые, собственно, эту операцию и собирается осуществлять. Недавнее пребывание командиров курдской Партии демократического союза (ПДС) в Москве, видимо, имело свои конкретно осязаемые последствия — российская авиация по оценке местных наблюдателей начала предметно наносить удары по позициям ИГ вокруг Ракки, расчищая тем самым путь наступающим. Участие в данном процессе американцев, похоже, остается пассивным. Сирийская армия же в свою очередь продолжает медленное и планомерное наступление на позиции вооруженной оппозиции, прежде всего вокруг разблокированной базы ВВС «Квейрис». 29 декабря правительственные силы вернули под свой контроль город Махин в 25 км от стратегической автострады М5. Безусловным принципиальным условием всех этих побед является участие боевой авиации России и сил американской коалиции. Мы и ранее сообщали и будем утверждать это и далее, что если рассматривать исключительно военный аспект операции против ИГ, то главным условием успеха является преимущество в воздухе и тяжелой технике. В этой ситуации любое осмысленное организованное сопротивление с военной точки зрения не имеет смысла и обречено на провал. Преимущество российской тактики над американской, в данном случае, объясняется крайне просто: российская авиагруппа работает в тесном взаимодействии с наземными войсками сирийской армии, что позволяет концентрировать воздушные удары в нужном месте и в нужное время. Американцы работают фактически «вслепую» без соответствующей рекогносцировки на земле. У них просто отсутствует сухопутный компонент. Сторонники ИГ также завязли в боях с группировкой повстанцев в районе Мераа, где наступление и контратаки чередовали друг друга. Но главное в этой ситуации то, что против ИГ выступили местные племенные ополчения. При этом ИГ способно и на отдельные всплески своей наступательной активности, что характерно прежде всего для провинции Дейр эз-Зор. В этой ситуации следует ожидать от противника фланговых отвлекающих ударов, что он использовал на регулярной основе в прошлом. В общем-то, констатируем очевидное — с военной точки зрения разгром ИГ не представляет из себя какой-то неразрешимой задачи. ИГ — это по сути своей иррегулярное формирование, которое испытывает объективные сложности не только с текучкой кадров, но и тыловым обеспечением, и что очень важно — со связью. Деятельность на два фронта на разрозненных участках требует хорошей системы связи. То, что есть у руководства ИГ — это в лучшем случае устаревшие системы армейских полевых раций или мобильные телефоны. Естественно, что все переговоры полевых командиров становятся легкой добычей для системы радиоразведки, которая всегда была сильной стороной сирийской армии.

На этом фоне интересны последние новости из Эр-Рияда, где король Сальман принимал турецкого президента Р.Т.Эрдогана. Как сообщают СМИ, власти Саудовской Аравии и Турции 29 декабря договорились создать совет по стратегическому сотрудничеству между двумя странами. Об этом объявил глава МИД королевства Адель аль-Джубейр по итогам встречи лидеров двух стран. «Этот совет будет способствовать качественному скачку саудовско-турецких отношений», — сказал дипломат. По его словам, эта тема была одной из наиболее обсуждаемых в ходе встречи Реджепа Тайипа Эрдогана и короля Сальмана. Помимо этого турецкий президент и саудовский монарх затронули проблему сирийского урегулирования. Речь в частности зашла о прошедшей В Эр-Рияде в декабре встрече так называемой «умеренной оппозиции». А.аль-Джубейр назвал это событие историческим и добавил, что «его результаты очевидны». Министр пояснил, что речь идет о судьбе президента Сирии Башара Асада, который, по мнению двух стран, должен покинуть пост. Р.Т.Эрдоган и король Сальман помимо прочего коснулись вопросов, связанных с деятельностью исламской военной коалиции для борьбы с терроризмом. Помимо Саудовской Аравии и Турции в нее вошли Иордания, ОАЭ, Пакистан, Бахрейн, Тунис, Судан, Сомали, Палестина, Катар, Кувейт, Ливан, Ливия, Малайзия, Египет, Нигерия, Йемен. Анкара, со своей стороны, согласилась «внести посильный вклад в деятельность этой коалиции». Тем не менее, готовность непосредственного военного участия турецкая сторона пока не продемонстрировала. Обратим внимание на последний момент. Как мы и предполагали ранее, Анкара не торопится становиться центральной военной силой в создаваемой под эгидой КСА «исламской коалиции». С самого начала очень сомнительным выглядел тезис о том, что турецкое руководство согласится с ведущей ролью Эр-Рияда в этом вопросе. Напомним, что в стратегическом плане геополитические интересы Эр-Рияда и Анкары кардинальным образом расходятся. В Эр-Рияде открыто ставят на салафитов и категорически не приемлют политической гегемонии «Братьев-мусульман», поддержку которым открыто оказывает Анкара. На прошедших переговорах стороны также не смогли достигнуть договоренности о кардинальном улучшении турецко-египетских отношений. В этом случае альянсу между Анкарой и Дохой был бы нанесен непоправимый ущерб. Между тем Каир в планах Эр-Рияда также играет крайне важную роль, в том числе и в рамках вновь создаваемой военной «исламской коалиции». Турцию в большей степени волнует активность курдов, которые имеют намерение при содействии российской авиации перейти Евфрат и установить контроль над стратегическим городом Африн. Р.Т.Эрдоган во время встречи с королем Салманом поклялся «не допустить этого». Эр-Рияд в свою очередь мало волнует вопрос независимости курдов и в этой связи он не собирается помогать своим турецким союзникам на этом направлении. И вообще озвучивать курдскую проблематику в ЛАГ и ОИК. Такая позиция Анкару раздражает. Кроме того, безусловно, что на том же сирийском направлении экономические интересы КСА и Турции вступают в конкуренцию между собой. Саудовское руководство в свою очередь не вполне доверяет турецким коллегам, имея в виду крепнущий катарско-турецкий альянс. Между тем, территория Турции, как безальтернативная логистическая база для материально-технического снабжения лояльных себе группировок, является для Эр-Рияда пока самым главным аргументом в пользу сохранения сотрудничества с Анкарой, несмотря на все стратегические разногласия. Но говорить о каком-то новом наполнении уже существующих взаимоотношений между Анкарой и Эр-Риядом по итогам последнего саммита мы бы не рискнули, несмотря на все победные публичные реляции «высоких сторон».

28.91MB | MySQL:67 | 0,802sec