О пограничных спорах в Восточном Средиземноморье

Проблемы разграничения морских границ значительно обостряют военно-политическую обстановку в Восточном Средиземноморье, особенно с учетом обнаруженных в последние годы крупных месторождений газа здесь.

Из всех государств региона Египет, Кипр и Ливан подписали Конвенцию ООН по морскому праву, а Израиль, Сирия и Турция нет.  Конвенция, в частности, вводит понятие исключительной экономической зоны (200 миль от исходной линии). В случае, если расстояния между исходными линиями двух государств меньше 400 миль, либо эти площади пересекаются географически, то разграничение происходит в соответствии с двусторонними соглашениями между странами.

Соглашения в Осло 1993 года предусматривали право Палестинской национальной администрации на полномасштабные права по эксплуатации и контролю за прилегающими водами на расстоянии до 20 миль от берега. Однако после прихода к власти в секторе Газа движения ХАМАС в 2006 году Израиль стал признавать только зону в 3 мили. Это диктовалось соображениями безопасности и необходимостью перекрывать возможные потоки контрабандных вооружений, поступающих в палестинские порты. В последние годы необходимость в усилении контроля за этими водами стала ощущаться и в Египте, где вооруженная оппозиция так же использует каналы снабжения из сектора Газа. В 1999 году в 17-20 милях от берега Сектора вблизи исключительной зоны Египта British Gas Group обнаружила газовое месторождение Gaza Marine, чьи предполагаемые резервы недостаточны для экспорта за рубеж, но могут удовлетворить значительную часть потребностей Газы. Это отвечает палестинским интересам как, так и интересам Израиля, который снабжает палестинские территории электроэнергией. Исчерпывающего соглашения об установлении границ между Израилем и ПНА пока не подписано, а некоторые небольшие израильские месторождения могут оказаться предметом территориального спора.

Как очень хорошие оцениваются перспективы исключительной экономической зоны Ливана, что было подтверждено в 2013 году, когда к предлагаемым проектам проявили интерес 52 иностранные компании. Однако, в настоящее время реализация геологоразведочных проектов осуществляется крайне медленно, подписание контрактов с компаниями затягивается. Основная причина – внутренняя нестабильность в Ливане и невозможность договориться между различными внутренними политическими силами, в том числе по вопросам эксплуатации недр. Но пессимистическим настроениям потенциальных инвесторов способствует и наличие территориального спора по вопросу разграничительной линии между Израилем и Ливаном, в результате чего территории площадью 850 кв. км являются спорными. По мнению инвесторов, этот спор может со временем привести к полномасштабной войне между двумя государствами. В 2011 Бейрут и Иерусалим представили в ООН свои требования о признании границ, но пока никакого решения не выработано. Усилия по решению спора предпринимают американские дипломаты, что диктуется в том числе и интересами газовой отрасли США с целью закрепиться в регионе и выйти на европейские рынки[i]. А пассивность Ливана в освоении своего геологического потенциала может привести к тому, что перспективные рынки для экспорта газа (ЕС, Турция) могут быть потеряны Бейрутом ввиду активности Израиля и Кипра на этом направлении.

Двустороннего соглашения между Бейрутом и Дамаском о разграничении морских границ не подписано.

25 февраля 2011 года вступило в силу Соглашение о признании границ исключительной морской зоны, подписанное в 2010 году между Кипром и Израилем. Вскоре после этого с помощью компании Noble Energy (США) было открыто месторождение «Афродита», что создало возможность превращения Никосии в экспортера газа в ЕС и в Египет. Отношения Кипра и Израиля после этого стали заметно улучшаться в связи с открывшимися перспективами сотрудничества, особенно в виде совместного экспорта голубого топлива в ЕС.

Проблемой для Кипра является Турция, которая самостоятельно пытается вести геологоразведку в водах исключительной экономической зоны Кипра (по версии Турции, воды относятся к исключительной зоне Турецкой Республики Северного Кипра), в том числе с привлечением военно-морского флота для защиты компаний, реализующих разведочные проекты. Эти действия Турции подвергаются критике со стороны Европарламента, который назвал действия Анкары незаконными и призвал уважать суверенитет Кипра[ii]. Напряженные отношения с Турцией снижают привлекательность кипрских проектов.

В целом позиция Турции заключается в том, что Никосия не имеет права распоряжаться потенциалом исключительной экономической зоны Кипра без согласия народа и правительства ТСРК. А разрешение спора является частью общего политического решения проблемы Кипра, которое удовлетворит все народы, населяющие остров[iii].

Отсутствует соглашение между Иерусалимом и Каиром о разграничении исключительной экономической зоны. С одной стороны, территориальные споры могут возникнуть, особенно с учетом последних геологических открытий. Однако, до настоящего времени территориальных претензий стороны друг к другу не выдвигали, а сам Египет сегодня нуждается в поддержании нормальных и стабильных отношений с Израилем.

В 2015 году был предпринят ряд шагов, направленный на сближение Египта, Кипра и Греции. В марте и декабре лидеры стран подписали соглашения в Никосии и Каире соответственно. Предметом соглашений стало углубление общего сотрудничества, в том числе в геологоразведке,  уважение международного законодательства в области разграничения морских границ, кооперация в области безопасности и противодействия терроризму, а так же сотрудничество при исследовании и эксплуатации бассейна «Геродот» в Средиземном море. Соглашения так же содержали призыв в отношении Турции уважать территориальную целостность Кипра и не осуществлять геологоразведочных и иных проектов в его исключительной экономической зоне без согласия Никосии. Подписание соглашений было воспринято как присоединение Каира к антитурецкому альянсу в вопросах территориальных споров в Средиземноморье. Анкара не признала этих соглашений[iv].

По всей видимости, этот шаг во многом обусловлен напряженными политическими отношениями Турции и Египта и, как следствие, желанием Каира ограничить влияние Анкары в Средиземном море. В случае углубления сотрудничества в нефтегазовой сфере и расширением возможностей по выходу Кипра и Египта на европейские рынки этот альянс имеет потенциал к укреплению.

[i] http://www.naturalgaseurope.com/lebanon-pushes-resumption-us-efforts-lebanon-israel-maritime-border-dispute-24550

[ii] http://www.todayszaman.com/anasayfa_ep-condemns-turkeys-gas-search-in-cyprus-warns-of-strain-in-ties_364293.html

[iii] http://www.mfa.gov.tr/greek-cypriot_s-unilateral-activities-in-the-eastern-mediterranean.en.mfa

[iv] http://www.egyptindependent.com/news/egypt-joins-cyprus-greece-against-turkey

52.64MB | MySQL:103 | 0,438sec