Комментарии SETAV: чрезвычайное положение и экономика Турции

В последние дни проправительственный Фонд (Вакуф) политических, экономических и социальных исследований, SETAV, опубликовал несколько материалов, где он дал оценку положению турецкой экономики в непростой для страны период чрезвычайного положения. Сразу отметим, что известный своей четкой проправительственной ориентацией Фонд по определению не мог оказаться в списке из 104-х запрещенных в стране фондов. И понятно, что невзирая на «мертвый» летний сезон, когда какие-либо конференции и круглые столы не проводятся, Фонду пришлось выступить с целым рядом оперативно подготовленных публикаций, что называется «на злобу дня».

Итак, с какими оценками касательно текущего состояния и перспектив турецкой экономики выступил SETAV, опубликовавший на момент написания данной статьи два материала под следующими заголовками:

  1. Попытка переворота 15 июля и турецкая экономика,
  2. Почему попытка переворота не повлияла на турецкую экономику.

Уже из названий следует базовый тезис SETAV о слабой корреляции между экономикой Турции и случившейся в стране попыткой государственного переворота. Как минимум, спорный даже с обывательской точки зрения, не говоря о тех, кто знаком подробнее с реальным положением дел изнутри. Тем более, интересно какую базу «подбивает» Фонд под свою неоднозначную позицию.

Перечислим основные положения.

  1. На протяжении турецкой истории страна переживала целый ряд переворотов, которые неизменно оказывали негативное влияние на экономику. Авторы проводят логическую связь между попыткой переворота 15 июля и возникшей политической нестабильностью и тем, что душевой ВВП, находящийся на уровне 9 200 долл., не вырастет, как было продекларировано руководством страны, до 20 000 долларов ( разумеется, нереализуемость планов-2023 стала понятна не вчера, а уже несколько лет назад, однако, «переворот все спишет»- авт.).
  2. Центральный банк принял ряд эффективных мер, которые предотвратили панику на турецкой бирже и фондовом рынке (включая снижение процентных ставок, повышение лимитов для банков и улучшение условий использования, увеличение сроков потребительского кредитования с 36 до 48 месяцев и т.д.). Авторы приводят таблицу, призванную продемонстрировать то, что негативные последствия на бирже «действительно были, но они самоликвидировались».

Обратимся к цифрам:

  • Национальный индекс-100 на стамбульской бирже в день переворота 15 июля находился на отметке в 82,825. К 21 июля, как указано в таблице, он упал до 72,255. Авторы говорят о снижении негативных тенденций и это действительно так, скажем к 27 июля показатель достиг отметки в 75,076. Однако, говорить о том, что падение – отыграно, как минимум, преждевременно.
  • Курсы лиры к доллару и к евро 15 июля составляли 2,89 и 3,21 соответственно. К 21 июля стоимость национальной валюты упала до 3,07 и 3,38. 27 июля лира «собралась с силами» до 3,04 и 3,34, но рост этот пока несколько символический. Поскольку 3,0 – психологическая отметка для стоимости американской валюты.
  1. С заявлениями, призванными успокоить внешнюю и внутреннюю бизнес-среду, выступили все турецкие официальные лица, включая президента Р.Т.Эрдогана, премьер-министра Б.Йылдырыма и помощника премьера М.Шимшека, а также представители частного сектора – Союза палат и бирж Турции (ТОВВ) и Междлиса турецких экспортеров (TIM).

Общий посыл этих выступлений можно свести к формуле:

а) в Турции проводится здоровая экономическая политика, экономические реформы будут продолжены, а принимаемые в критический для страны момент меры будут очень «friendly» для рынков.

б) Турция из процесса выйдет с окрепшими демократическими институтами и рыночной экономикой, а также с более привлекательной инвестиционной средой.

в) Введенный режим чрезвычайного положения не является военным положением и не повлияет на повседневную жизнь граждан, включая работу и досуг. Ситуация в Турции не будет отличаться от Франции, Германии и Бельгии, переживших террористические атаки.

  1. Нельзя было в документе обойти вниманием факт незамедлительного, после попытки переворота, снижения кредитных рейтингов Турции со стороны ведущих мировых рейтинговых агентств, включая Standard&Poor’s, Moody’s и Fitch и прочих, сопровождающегося обеспокоенной риторикой и негативными прогнозами на перспективу. И опять же авторы отмечают своевременные, успокаивающие заявления турецкого руководства, в которых оно, помимо всего прочего, подчеркивает несправедливость и поспешность снижения турецких индексов.

Приводится пример и Brexit, который привел к падению на Лондонской бирже и негативным последствиям для британской валюты. И невзирая на то, что турецкая экономика столкнулась с куда как большими рисками, она продемонстрировала и бОльшую устойчивость (!), чем британская. Не стоит забывать, как говорят авторы, что турецкая экономика в прошлом году росла темпами, превышающими 4% в год, что, особенно по нынешней ситуации стагнирования мировой экономики, отражает весьма и весьма динамичное развитие.

Конечно же, выступления турецкого руководства с трибуны, демонстрирующие устойчивость власти в стране и приверженность политическим и экономическим преобразованиям, имеют значение для настроений на бирже, которые по определению весьма переменчивы.

Однако, выражаясь просто и называя вещи своими именами, долгосрочные инвесторы, все без исключения, – «трусы». Никто, если он не спекулянт, не понесет деньги в страну, если он не будет на 200% уверен в том, что его капитал будет в безопасности и принесет запланированную отдачу. А в мире идет настолько большая «драка» за привлечение ПИИ (прямых иностранных инвестиций), что любое негативное событие, даже не масштаба переворота, моментально отбрасывает страну в конец длинной очереди за деньгами.

И речь идет не только о зарубежных вложениях, но и о частных инвестициях внутри страны. Мало того, что частный сектор Турции перекредитован, так ему ещё авторы документа предлагают «упрямо, невзирая на переворот» и дальше инвестировать в экономику страны и в долгосрочные проекты. Причем эти призывы звучат скорее идеологическими, нежели рациональными: бизнесменам Анатолии предлагают вспомнить, что они «сколотили» свой капитал благодаря «демократической среде» в течение истекших 10-15 лет, а, следовательно, настойчивость частного сектора сейчас будет играть критическую роль для экономики страны.

Возможно, кто-то и найдет эти призывы не лишенными логики, но практика первых дней после попытки переворота показала, что турецкий частный бизнес «застыл» в ожидании: ранее начатые инвестиции тормозятся, а перспективные проекты отложены до лучших времен. Конечно, история успеха турецкой экономики истекшего десятилетия и список реализованных мега-проектов не могут не впечатлять, но все прекрасно понимают, что тот период закончился, а начавшийся новый отрезок пути пока больших надежд не вселяет. Так что, нет никакой уверенности, что призыв Фонда политических, экономических и социальных исследований к государству и частному сектору «сплотиться» будет на этом этапе развития услышан крупными серьезными игроками как в Турции, так и за её пределами.

43.89MB | MySQL:92 | 1,051sec