Об активности Франции в Ливии

Гибель трех офицеров спецназа DGSE Service Action  Франции вновь поставила вопрос о формате участия Парижа в полувоенных операциях в Ливии, и вообще в принципе об активности французской разведки DGSE в этой стране.  Понятно. что французы в данном случае стараются действовать широким фронтом, поскольку целесообразно рассматривать операцию «Серваль» на севере Мали и события в Ливии как «сообщающиеся сосуды». Недавнее резкое обострение ситуации на севере Мали в общем-то французской разведкой предсказывалось, но совершенно по иному поводу. Она полагала, что обострение наступит после того, как на юг Ливии, а затем и в зону Сахеля переберутся разгромленные в Сирте отряды «Исламского государства» (ИГ, запрещено в России). Но, как выяснилось, туареги атакуют правительственные войска и патрули французских войск, исходя из собственных резонов. Предполагается, что в Ливии французы действуют в тесной координации с американцами и британцами, и все их усилия направлены исключительно на разгром ИГ. При этом французы действуют в Киренаике в альянсе с силами генерала Х.Хафтара, а англосаксы в Триполитании и поддерживают мисуратовские бригады, которые уже три месяца с разной степенью интенсивности штурмуют оплот сторонников в Сирте. В реальности же выходит, что западные страны, формально объединенные единым замыслом, фактически решают свои собственные задачи, разбив страну соответствующим образом на «зоны влияния». Причем с опорой на местные силы , которые являются жесткими антагонистами друг другу. В Киренаике Париж тесно координирует свои действия не со своими союзниками по НАТО, а прежде всего с ОАЭ и АРЕ. При этом французы берут на себя технические вопросы обеспечения операции, а египтяне, и особенно эмиратовцы — ее финансирование. Каир также отвечает и за снабжение отрядов Х.Хафтара оружием и авиаподдержку.  Офицером по связи выступает  посол Ливии в ОАЭ Ареф Али Найед. Таким образом, Париж в данном случае очень ясно артикулировал свою принципиальную поддержку связке АРЕ-ОАЭ. А последние являются принципиальными спонсорами Палаты представителей в Тобруке и лично генерала Х.Хафтара. Помимо это активность DGSE в последнее время отмечена и в расположении клана Зинтан, что уже выходит за рамки собственно Киренаики. Руководство этого клана поддерживает устойчивые связи с французской разведслужбой фактически с начала «ливийской революции» и никогда их не прерывало. Достаточно вспомнить, как выходец из этого клана и бывший премьер-министр страны А.Зинтан пытался договорится с Парижем об организации на ливийской территории военной базы для участия в операции «Серваль» на севере Мали. Тогда эти попытки были сорваны триполитанцами и мисуратовцами, а самому премьеру пришлось бежать в Европу. Связь с французами поддерживается через  нескольких бывших военных летчиков ВВС Ливии, которые являются выходцами из этого клана, и в свое время обучались во Франции в рамках программы по закупке «Миражей». Эксперты отмечают, что эти контакты в значительной степени интенсифицировались в последнее время. Это может свидетельствовать о том, что Париж активно обрабатывает шейхов клана Зинтан на предмет открытия ими «второго фронта» уже в Триполитании при организации альянса с генералом Х.Хафтаром. Если такой сценарий гипотетически реализуется, то положение и мисуратовцев, и бенгазийцев может серьезно  осложнится.   Опорой французской разведки в Феццане на юге Ливии является племенной клан в Себхе Сейф аль-Наср из племенной группы Оле Слеман. Он традиционно имеет очень хорошие связи с Парижем. В период пребывания здесь французской администрации с 1943 по 1956 гг. этот клан считался основной опорой французов в этом регионе и был активно задействован в борьбе против алжирских партизан. Эти контакты теперь оживлены, в том числе и по линии частных охранных французских компаний, в которых очень много бывших и действующих «под прикрытием» сотрудников DGSE.

Таким образом, вырисовывается некий план Парижа, который в общем-то предусматривает создание альянса лояльных себе сил во всех трех традиционных частях Ливии с перспективой установления контроля над основными районами добычи и транспортировки углеводородов. Учтены ошибки прошлого, когда Париж пытался работать исключительно через того или иного политического деятеля или группу. Теперь все выглядит солиднее: создан не просто альянс с местными силами, но и их зарубежными спонсорами в лице АРЕ и ОАЭ, а также задействован  приличный для Франции воинский контингент численностью  более двухсот военнослужащих. И это при условии, что Париж старается минимизировать свое непосредственное военное участие в других «горячих точках» в т.ч. в Сирии и Ираке. И даже после резонансных терактов отказывается это делать. Все это свидетельствует о том, что основной зоной притяжения стратегических интересов для Парижа по-прежнему остается зона Средиземноморья, а если еще шире — Франция всеми силами пытается сохранить зону своего традиционного влияния в регионе «франкофонной Африки» и не допустить ее погружения в период турбулентности. Которую, кстати, сами французы своими действиями по поддержке свержения режима М.Каддафи и создали. Отметим, что при этом Париж входит в жесткий и похоже непримиримый клинч с планом ООН по формированию правительства национального согласия Ф.Сараджа. «Национального единства» не получилось, поскольку в кабинете министров и военном совет присутствуют в основном представители триполитанских и мисуратовских кланов, которые являются ярыми антагонистами Тобрука. Это делает этот инструмент для Парижа абсолютно бесполезным, и он сделает все возможное, чтобы его либо ликвидировать, либо дезавуировать в международном поле. Интересно, что такая позиция Парижа уже сказалась на его контактах в области военно-технического сотрудничества с КСА. Эр-Рияд наоборот ставит на правительство Ф,Сараджа, и действия французов по его ликвидации или минимизации его влияния  рассматривает как выпад в свою сторону.

43.88MB | MySQL:87 | 0,732sec