О соглашении между правительством Афганистана и ИПА

29 сентября 2016 г. МИД Пакистана приветствовал мирное соглашение между правительством Исламской Республики Афганистан и Исламской партией Афганистана (ИПА),  подчеркивая отсутствие военного решения конфликта в соседней стране. Одновременно в заявлении подчеркивалось важность политического  урегулирования путем переговоров в рамках внутриафганского и  руководимого афганцами мирного процесса, что, по мнению Исламабада, является залогом установления прочного мира и стабильности в Афганистане. Подобное соглашение, по мнению Исламабада, является примером для других афганских повстанческих группировок в вопросе присоединения к мирному процессу.

Провал переговоров представителей президента Афганистана Ашрафа Гани с движением «Талибан»  в июле 2015 г. подтолкнул   Кабул к поиску альтернативного варианта и одновременно альтернативной кандидатуры из числа  вооруженной  оппозиции. Как и при президенте Хамиде Карзая, так и при его сменщике Ашрафе Гани требования к боевикам остались прежними:   признание конституции Афганистана и отказ от вооруженной борьбы.

Со своей стороны афганские талибы на протяжении последних пятнадцати лет выдвигает одно непременное условие  Кабулу для начала переговоров — вывод всех иностранных войск с территории Афганистана. Ни бывший президент Х.Карзай, ни действующий А.Гани не соглашались с требованием талибов в силу ряда причин.

При поиске альтернативной фигуры Кабул руководствовался несколькими критериями: этнический пуштун, лояльность к  действующей власти в Кабуле и поддержка в центре. Такой кандидатурой стал Гульбеддин Хекматьяр (родом из пуштунского племени гильзаев ) и его Исламская партия Афганистана.

Суннитское  вооруженное сопротивление в Афганистане зародилось в 1978 г. после  Апрельской революции, в результате которой был свергнул тогдашний президент Мохаммад Дауд. Как пишут пакистанские источники, первоначально вооруженное сопротивление  было оформлено как Движение мусульманской молодежи (ДММ). Вскоре раскол  ДММ привел к формированию нескольких самостоятельно действовавших  группировок моджахедов, одну из которых – Исламскую партию Афганистана (ИПА) или  «Хизб-и-Ислами»  возглавил Г.Хекматияр.   Вторую группировку, но с аналогичным названием,  руководил Маулави Юнус Кахис, третью – «Джамаат-и-Ислами»   (одноименная с пакистанской праворелигиозной партией), профессор  Б.Раббани.   Была еще и четвертая крупная группировка моджахедов, возглавляемая   профессором    Абдуллой Расулом Сайяфом. Согласно пакистанским СМИ она финансировалась Саудовской Аравией, отличалась консервативными взглядами и придерживалась   идеологию вахаббизма.

В пакистанских СМИ Г.Хекматияра называют «…лидером эпохи сопротивления против Советов». Многие в Афганистане и Пакистане рассматривают соглашение 2016 г. с ИПА как второе возвращение Г.Хекматияра на родину, в Кабул.    Первое состоялось в 1993-1994 гг. после падения в 1992 г. режима Наджибуллы. В то время оппозиционные Кабулу силы предложили лидеру ИПА пост премьер-министра в коалиции группировок моджахедов. Военное руководство Пакистана также поддерживало  Г. Хекматияра.

В 1994 г. после ряда неудач  Исламабад потерял интерес к Г.Хекматияру и начал рассматривать другие кандидатуры на лидерство в Кабуле, одновременно разрабатывая проект под названием движение «Талибан». После разгрома своего последнего бастиона к востоку от Кабула в результате продвижения талибов, Г.Хекматияр бежал; позднее скрывался в восточной провинции Кунар, «наслаждался гостеприимством Ирана» или, как писали пакистанские СМИ жил в Пешаваре.

В настоящее время Г.Хекматияр едва ли не единственный, кто остался в живых  из бывших видных полевых командиров в Афганистане. Большинство бывших моджахедов с начала 2000-х годов перешли на службу к властям Кабула, другие присоединились к вооруженной борьбе афганских талибов.

Что означает соглашение 2016 г. для Г.Хекматиара?  С одной стороны, это позволяет выйти из тени лидеру ИПА после десятилетнего подполья и продолжить политическую карьеру на родине. Он повторяет путь лидеров других группировок моджахедов, таких как   Абдулла Расул Сайяф, Себгатулла Муджаддеди и Пир Сайед Ахмад Гилани.

В соответствии соглашением  Г.Хекматьяр получает иммунитет за «все последние политические и военные акты». Соглашение также обязывает афганское правительство добиваться удаления его имени из подготовленных США списков глобальных террористов и черного списка ООН.

Подобный иммунитет и «прощение» прошлых военных «грехов» предоставит (согласно материалам пакистанской прессы) бывшему моджахеду возможность присоединиться к политическому мейнстриму в Афганистане, а также восстановить и реорганизовать его военно-политическую базу в нескольких районах Афганистана. Это будет иметь большое значение для ИПА, которая на протяжении десятилетий была  разделена на несколько фракций.  Подобная раздробленность резко снижала жизнеспособность, эффективность ее действий.

В Афганистане также высказывается оптимизм,  что ИПА возможно станет единственной организованной политической силой в стране.    Если Г.Хекматияр решит присоединиться к мейнстриму, это будет способствовать  воссоединению различных фракций в  почти все из которых в настоящее время пользуются политическими льготами и привилегиями в Кабуле.

Хумаюн Джарир — его зять, Кутбуддин Хилал  — его заместитель и близкие помощники: Джума Хан Хамдард, Маулави Сарфараз, Халид Фарук,  Вахидулла Сабавуун и Фарук Вардак являются частью переговорного процесса в Афганистане.

В действительности, как пишут пакистанские СМИ,  ИПА является зарегистрированной партией в Афганистане, которую возглавляет Абдул Хади Аргандива , один из бывших заместителей Г.Хекматияра. Партия имеет 35 представителей в парламенте Афганистана.

Кази Амин Вагад, еще один из бывших заместителей Г.Хекматияра, в настоящее время    является членом Высшего совета мира Афганистана. Как и его командир, он провел большую часть своей жизни в Пешаваре.

Таким образом, в значительной степени ИПА в настоящее время является частью нынешней афганской политической структуры. Многие выражают надежду, что ее лидер откажется от своей милитаристский мечты и  станет играть более прагматичную роль в Афганистане.

Для афганского президента А.Гани, перспектива участия Г.Хекматияра в мирном процессе означает восстановление своих пошатнувшихся политических позиций, укрепление своего имиджа как миротворца.

40.75MB | MySQL:66 | 1,180sec