Саудовская Аравия и террористическая активность этнических арабов в иранской провинции Хузестан

Недавние атаки и подрывы двух газопроводов в иранской провинции Хузестан стали делом рук движения «Движения арабской борьбы за освобождение Ахваза» (ДАБОА), которое взяло за них ответственность. Эти террористические акты вновь поставили эту группу в центр внимания. Напомним, что члены группы являются этническими арабами-суннитами, проживающими в провинции Хузестан, где расположены основные нефтегазовые месторождения Ирана. По имеющимся данным, они в равной степени поддерживают контакты и рабочие отношения с глобальным движением «Братья-мусульмане» и салафитскими группами из Кувейта. Это очень интересный дуализм, поскольку идеологически эти течения разновекторны, если не сказать враждебны. Это означает только одно — никакой конкретной идеологической начинки у ДАБОА нет, поскольку два этих движения замыкаются на разных внешних спонсоров. Первые — на Катар, вторые — на Саудовскую Аравию. Причем в последнем случае конкретно на Управление общей разведки (УОР) КСА. Следовательно, эта группа работает по заказу, определяясь только по степени финансирования от того или иного заказчика. В данном случае заказ и деньги были получены эмиссарами ДАБОА от УОР КСА во время их визита на переговоры в Тунис в декабре прошлого года. Встреча состоялась на одной из частных вилл, которая принадлежит одному из влиятельных членов королевской саудовской семьи. В общем-то, речь там шла, прежде всего, об активизации террористической и подрывной работы в Хузестане, дабы в первую очередь сорвать зарубежные инвестиции, которые сейчас бурным потоком хлынули в углеводородный сектор Ирана или, как минимум, создать для них дополнительные риски. Среди возможных целей для будущих атак стороны обсуждали и объекты в газонефтяном поле «Ядаваран» в Хузестане, который собираются осваивать совместно Национальная компания нефти Ирана и китайская Sinopec. В данном случае интересно и примечательно, что УОР КСА использует не без помощи своих кувейтских коллег возможности салафитских групп Кувейта для организации подрывной работы против Ирана (и не только) с использованием исламистского фактора. Сразу же вспоминаются взрывы в шиитских мечетях Кувейта в прошлом году, когда исполнитель саудовец, который, собственно, и доставил при явном попустительстве пограничников КСА СВУ в Кувейт, очень обоснованно подозревался в принадлежности к агентуре саудовских спецслужб. Обратим внимание на то, что саудовцы стараются не афишировать своих контактов с эмиссарами ДАБОА и выбирают для встреч территории третьих стран.

Эр-Рияд на первом этапе организации подрывной работы делали упор на исламистов-белуджей из «Джундалла» (оно же и «Движение народного сопротивления Ирана»), которые действовали в иранских провинциях Белуджистан и Систан. В свое время контакты с этой группой спецслужбы КСА установили, прежде всего, через партнерские возможности пакистанских коллег. Без негласного одобрения последних ни о какой саудовской активности против Ирана речи быть не могло по определению. И когда примерно два года назад Исламабад взял курс на сближение с Тегераном и начал проводить с иранцами совместные операции по нейтрализации активности белуджей из «Джундалла», то Эр-Рияд остался ни с чем. Осуществлять в данной ситуации какие-либо конспиративные контакты с белуджами и оказывать им финансовую поддержку означало по факту поставить под большие риски весь уровень пакистано-саудовских отношений. А они для КСА, безусловно, имеют более глобальное и принципиальное значение, чем даже подрывная деятельность против Ирана с восточного фланга. Пакистан для КСА — это возможный инструмент получения ядерных и ракетных технологий в случае начала ядерной гонки с Ираном. И в этой связи наследник наследного принца и министр обороны КСА Мухаммед бен Сальман вынужден был изменить своим правилам и очень молчаливо отреагировать на отказ Исламабад посылать свои войска в Йемен в составе аравийской коалиции. В любом случае в результате Эр-Рияд остался без основного инструмента проведения подрывной деятельности на иранском направлении. И это тогда, когда Иран таких вариантов имеет несколько: начиная от бахрейнского и заканчивая йеменским. Это диктует для Саудовской Аравии острую необходимость наличия возможности ответного удара в этом же формате действий. При этом этнические арабы в Иране долгое время оставались вне поле зрения Эр-Рияда в силу, прежде всего, опасений того, что они находятся в плотной орбите влияния Катара. Помимо нескольких дипломатических демаршей и публикаций в СМИ на тему притеснения этнического арабского меньшинства речи обычно не шло. Но все изменила трансформация позиций пакистанского руководства. В этой ситуации и было оживлено направление этнических арабов в Хузестане, что опять же было сделано при помощи Кувейта. Причем первые контакты саудовских разведчиков состоялись еще в прошлом году, но тогда речь предварительно шла об организации арабским меньшинством акций саботажа и протеста. Надо признать, без особого успеха. Теперь упор сделан на организацию локальных актов террора против нефтегазовой инфраструктуры и целей КСИР. Эта работа требует больших денег и больше организационных усилий, но условия конкурентной борьбы с Ираном диктуют свои правила игры.

62.35MB | MySQL:101 | 0,547sec