О ситуации в Марокко /ноябрь 2004г./

Основные события ноября в Марокко были в той или иной мере связаны с намеченным на 11 декабря в Рабате «Форумом будущего» с участием министров иностранных дел и финансов государств «большой восьмерки», включая и Россию, а также стран Ближнего и Среднего Востока от Марокко до Пакистана включительно. Израиль и Судан участвовать во встрече не будут. Этот форум замышляется его организаторами Вашингтоном и Рабатом как отправная точка в реализации американской инициативы «Большого Ближнего Востока», цель которой содействовать политическим и экономическим реформам в странах ближневосточного региона. Идея проведения такой встречи вызвала неоднозначную реакцию в арабском мире, в том числе и в Марокко.

Ну а главное событие месяца состоялось 28 ноября. В тот день десятки тысяч марокканцев сторонников леворадикальных и исламистских партий и организаций приняли участие в совместном марше протеста против «Форума будущего».

Манифестация была организована двумя общественными объединениями — «Марокканская организация против «Форума будущего» и «Группа действия в поддержку Ирака и Палестины». В первом объединении состоят четыре исламистских /легальная Партия справедливости и развития -ПСР, непризнанные «Аль-Адль валь-Ихсан», «Аль-Бадиль аль-Хадари» и «Аль-Харака мин Аджли аль-Умма»/, а также пять леворадикальных партий и организаций. Шествие проходило под лозунгами «Нет империалистическому американскому «Форуму будущего», «За солидарность с борющимся народом Ирака», «Фаллуджа сопротивляется, в то время как режимы /арабские/ спекулируют». Его участники сожгли израильский и американский флаги. Они несли несколько символических гробов, символизировавших «смерть ООН, прав человека и арабских режимов».

Шествие открыли сравнительно немногочисленные колонны левых под красными знаменами и портретами Че Гевары, затем проспект Мохаммеда У-го наводнили десятки тысяч сторонников исламистских организаций. Каждая из них следовала раздельными колоннами мужчин и женщин. В нескольких колоннах были замечены лозунги типа «Мы готовы стать шахидами».

Манифестация по главной улице столицы Проспекту Мохаммеда У-го продолжалась три часа, ровно столько, сколько было разрешено властями. Этого времени не хватило всем участникам акции пройти мимо здания парламента. Примерно за 15 минут до завершения времени, отведенного на проведение манифестации, ее участники сидя провели 5-минутную молитву и начали организованно расходиться. В этот момент на Проспекте Мохаммеда У-го находилась самая многочисленная колонна сторонников исламистской организации «Аль-Адль Валь-Ихсан», которая подтвердила репутацию самой влиятельной интегристской группы в стране и свою способность мобилизовать многотысячные массы людей .

В городе в связи с манифестацией были предприняты повышенные меры безопасности. Шествие прошло организованно и без эксцессов. По оценке официальных властей, в «манифестации солидарности с народами Палестины и Ирака» приняли участие около 25 тысяч человек. По оценкам журналистов, число участников шествия могло превысить 60 тысяч человек.

В ноябре несколько важных событий произошли на антиисламистском фронте. 10 ноября Рабату пришлось оправдываться, он «категорически» отверг высказывания еврокомиссара голландца Фрица Болькенштейна, обвинившего несколькими днями ранее Марокко в «экспорте убийц» в связи с гибелью 2 ноября кинорежиссера Тео ван Гога внучатого племянника всемирно известного художника.

Как заявил министр-делегат по иностранным делам и сотрудничеству королевства Тайеб Фаси Фихри, Болькенштейн «выразил сомнения относительно обязательств Марокко в сфере борьбы против международного терроризма». В этой связи королевство «может только категорически отвергнуть подобные высказывания», отметил он.

За несколько месяцев до гибели Тео ван Гог представил голландской публике фильм «Подчинение», посвященный проблемам семейного насилия в мусульманском обществе. После этого ему пригрозили смертью. Угрозу реализовал 26-летний бипатрид, имеющий двойное голландское и марокканское подданство.

Ф.Болькенштейн в ходе дебатов на одном из голландских телеканалов выразил мнение, что «король Марокко Мохаммед У1 должен ясно высказаться против мусульманского экстремизма» и отчетливо продемонстрировать, что оно «не хочет быть экспортером убийц». Ход мыслей Болькенштейна можно легко понять. Достаточно вспомнить интервью бывшего министра по делам вакуфов и ислама Абделькебира Алауи Мдагри еженедельнику «Телькель». В нем он, в частности, утверждал, что в Марокко движение ваххабитов в его современном виде находилось под опекой МВД страны со всеми вытекающими отсюда последствиями.

«Ваххабитский салафизм давно обосновался в Марокко: в 60-е годы Такиэддин эль-Хилали был первым улемом, который получал ежемесячную зарплату от Саудовской Аравии за пропаганду /ваххабизма/ в Марокко. У него появились сторонники, и власти начали ему препятствовать. В его защиту встала Лига улемов Марокко, которая ходатайствовала за него перед Хасаном П. Двери перед ним вновь открылись. С тех пор службы МВД начали подкармливать и защищать это движение», — утверждал экс-министр, находившийся на этом посту свыше 18 лет.

По его словам, ваххабиты содержали сеть религиозных школ, программы которых были вне контроля министерства по делам вакуфов и ислама. В качестве примера он привел попытку установления контроля над учебным процессом в «ваххабитской школе» в Марракеше. Руководство школы отказалось принять представителя министерства, а «руководитель местной службы безопасности потребовал от него оставить школу в покое».

В очень противоречивом интервью Мдагри еще несколько раз подвергал критике деятельность МВД страны в части, касающейся борьбы с исламистской агитацией. Не исключено, что таким образом он сводит счеты с этим ведомством, поскольку потерял свой пост после терактов 16 мая 2003 года в Касабланке. В то же время он признает, что всегда выступал за интеграцию исламистов в политическую жизнь страны. По его словам, в 1990 году он даже получил согласие Хасана П на постепенную трансформацию самого влиятельного исламистского движения страны «Аль-Адль валь-Ихсан» в политическую партию, но некие «третьи силы» воспрепятствовали этому.

Полемика о марокканских джихадистах постоянно присутствует на страницах местных газет. Им есть на что опираться — марокканские «следы» остались в делах о нескольких самых громких терактах последнего времени. Как писал в этой связи еженедельник «Ля Газетт» со ссылкой на «источники, близкие к досье /о марокканских исламистах/», «марокканцы были одними из первых, кто появился в Ираке». «Ранее они были среди первых, кто воевал в Афганистане. Значительное их число оказалось в России в рядах чеченских боевиков. Они были также в Боснии», — отмечала газета.

19 ноября начался судебный процесс над 46-ю активистами исламистской группировки, близкой к «Аль-Каиде». Исламисты из мекнесской ячейки группировки «Ас-Салафия аль-Джихадия» обвинялись, в частности, в «создании преступной банды с целью подготовки и совершения терактов». Они были арестованы еще в феврале с.г., причем сотрудникам сил безопасности в нескольких случаях было оказано вооруженное сопротивление.

В ноябре вновь напомнила о себе во Франции «чеченская ячейка», состоявшая главным образом из марокканцев. Тогда французская контрразведка задержала двух братьев марокканцев Хасана и Мустафу Бауши. Первый оказался причастен к похищению весной 2004 г. 1 млн евро из уличных банкоматов. Второй является руководителем ячейки ВИГ-М во Франции. К операции по похищению денег из уличных банкоматов был причастен еще один человек, установлена связь которого с «чеченской ячейкой». Последняя по состоянию на ноябрь 2004 года не отказалась от реализации своих планов использовать химическое оружие против российских объектов во Франции. По данным прессы, французская ДСТ располагает записями перехваченных телефонных разговоров братьев и «чеченской ячейки» относительно обеспечения направления вновь завербованных боевиков в Чечню. Французские спецслужбы считают, что во Франции ячейка ВИГ-М играет роль обеспечивающего звена для операций «Аль-Каиды» /предоставление денег, фальшивых документов, жилья/.

Затем последовали новые аресты. В частности, за решеткой оказался Джамель Халид, брат узника Гуантанамо Ридуана Халида. Он подозревался в том, что хранил одно время дома по крайней мере часть от похищенного миллиона.

По состоянию на ноябрь 2004г. ООН подозревала в причастности к финансированию терроризма 32 компании, связанные с мароккано-суданской семьей Хасана Насреддина. Как следует из данных расследования, проведенного марокканским еженедельником «Челлендж эбдо» /ЧЭ/, эти компании, и в первую очередь — действующий в оффшорной зоне Танжера банк «Акида Инвестмент», попали в «черный» список учреждений, подозреваемых в финансировании терроризма, в августе 2002 года. Основанием для этого послужили данные, полученные в ходе расследования неудавшейся попытки «Аль-Каиды» совершить теракт против американского посольства в Риме. Финансовые авуары этих компаний заморожены в США и странах Евросоюза.

Под «колпак» американских и итальянских спецслужб в первую очередь попал «патриарх» семьи Насреддинов Ахмед Идрис Насреддин. Он еще в 60-х годах ХХ-го века перебрался из Судана в Италию, где живет до сих пор, периодически навещая своего сына Хасана, обосновавшегося в Танжере. Последнему он передал в управление несколько компаний с общим название «Наско», которые он основал в Марокко в начале 80-х годов прошлого века.

Что касается банка «Акида», то формально он зарегистрирован в Гибралтаре в 1997 году. Однако его штаб-квартира находится в Танжере. В его названии фигурирует слово «исламский», что формально подразумевает отказ от взимания банковского процента при проведении финансовых операций. Свой «интерес» подобные финансовые учреждения, якобы соблюдающие запрет шариата на использование ростовщического процента, блюдут с помощью других механизмов. Именно «исламский» статус «Акиды» послужил в свое время основанием для отказа марокканских властей перерегистрировать банк на территории королевства. Кроме того, в марокканских банковских кругах считают, что на запрете настояло Профессиональное объединение банков Марокко, увидевшее в исламском банке опасного конкурента. Еженедельник цитировал неназванного бывшего сотрудника банка, который считает очевидной связь банка «Акида» с «Аль-Каидой» даже по названию, достаточно в первом поменять местами две первых буквы.

Несмотря на подозрения в отношении группы Насреддина в США и Европе, в Марокко его учреждения, похоже, не испытывали проблем. «Когда начались преследования группы в Европе, марокканские спецслужбы в свою очередь развернули собственное расследование о ее деятельности, но быстро потеряли к ней интерес», — утверждал безымянный экс-служащий «Акиды».

Еженедельник процитировал и представителя «Акиды» и Хасана Насреддина, который утверждал, что «ООН перепутала танжерский банк с одноименным финансовым учреждением, зарегистрированным на Багамах». Однако он ничего не смог ответить на вопрос о причинах присутствия в «черном» списке ООН компаний «Наско фуд» и «Наско текс», представленных в Италии и Марокко. Тем не менее он утверждал:»Наш адвокат работает в настоящее время в США с тем, чтобы исключить нас из «черного» списка. Мы рассчитываем не только исправить эту ошибку, но и добиться возмещения ущерба, который мы понесли из-за замораживания авуаров».

По данным ЧЭ, до ноября 2004г. ни американские, и марокканские спецслужбы не вступали в какие-либо контакты с руководством «Акиды». Что касается Хасана Насреддина, то он пользуется полной свободой перемещений.

Выходцы из Марокко — участники группировок религиозных экстремистов — оставили свои следы в нескольких громких терактах последнего времени, и в частности, в атаке против США 11 сентября 2001 года и взрывах на вокзале в Мадриде 11 марта с.г. За год, прошедший после терактов 16 мая 2003 г в Касабланке, марокканские суды выдвинули обвинения в адрес более чем 2 тысяч исламистов, вынесли свыше 900 вердиктов, в том числе 17 смертных приговоров. Только в причастности к терактам в Касабланке были обвинены 400 исламистов.

31.23MB | MySQL:67 | 1,275sec