О предвыборной ситуации в Иране (апрель 2005 года)

Ход предвыборного процесса в ИРИ в апреле с.г. протекал достаточно ровно, без существенных встрясок, что во многом обусловлено выжидательной позицией, которую заняли основные претенденты на президентский пост от обоих противоборствующих лагерей – консерваторов и реформаторов. Пауза, как полагают местные эксперты, взята до 10 мая, то есть до даты начала официальной регистрации кандидатов. Предполагается, что именно тогда со всей ясностью определится предвыборный расклад, а президентская гонка выйдет на финишную прямую.

Пока же основные события происходили в стане консервативного лагеря, где внутреннее противостояние достигло, пожалуй, критической отметки за весь период предвыборного марафона. После провала усилий Координационного совета Сил исламской революции (этот орган был специально создан с целью определения единого кандидата от консерваторов) продолжилось дробление консервативных сил на всевозможные блоки и союзы, резко возросло семейно-клановое противостояние между консервативными лидерами. В результате этого размежевания на предвыборной арене оказалось шесть претендентов на президентский пост от различных движений консервативного лагеря радикальной и умеренной направленности, ни один из которых не собирался уступать дорогу другому.

Наиболее острые противоречия обнажились между старым поколением консервативного лагеря и так называемыми младореформаторами, представленными движением «Абадгяран» (победители двух последних в Иране выборов – в городские и местные советы в 2003 г. и в парламент в 2004 г.). Кандидаты от «младореформаторов» (мэр Тегерана М. Ахмади-Нежад, спикер парламента Г.А. Хаддад-Адель, депутат парламента А. Таваколли, бывший командующий Корпуса стражей исламской революции М. Резаи) не желали уступать место в предвыборной гонке «старшим товарищам», более раскрученным «тяжеловесам» – бывшему руководителю Организации радио и телевидения ИРИ А. Лариджани и советнику Верховного лидера ИРИ по внешнеполитическим вопросам, бывшему министру иностранных дел А.А. Велаяти.

Как полагают местные политологи, младореформаторы начинают собственную предвыборную игру, не желая идти на поводу у Координационного совета. Свидетельством этого стала официальная публикация в конце апреля так называемого политического манифеста движения «Абадгяран», который, оп сути, является его предвыборной программой в политической, социально-экономической и культурной областях. Еще большую неопределенность внесло неожиданное раскручивание с первых чисел апреля «темной лошадки» — фигуры бывшего главкома Сил охраны правопорядка М. Галибафа, который оставил пост «главного полицейского страны» ради президентской гонки. Острая предвыборная борьба не угасает и между двумя непримиримыми противниками – А.А. Велаяти и А. Лариджани, хотя шансы последнего пока расцениваются как более предпочтительные. Уверенность ему придает поддержка Координационного совета, который после выхода из его состава всех других кандидатов 20 апреля выдвинул А. Лариджани как своего «единого кандидата», несмотря на противодействие старейших консервативных лидеров умеренного толка, возражающих против столь радикальной фигуры.

Такой поворот событий, когда отсутствие консенсуса среди консерваторов создало несколько центров силы, угрожающих подрыву традиционного единства правых сил, по всей видимости, вызвал серьезное беспокойство среди клерикально-консервативной верхушки и особенно среди старейших духовных авторитетов, которые бросились «примирять» соперников и срочно искать компромиссную фигуру. Пятничный имам Тегерана аятолла Эмами-Кашани1 выступил с призывами к солидарности и единению против общего внешнего врага (США), а также к высокой избирательной и общественной активности населения. С инициативой объединения консерваторов выступил другой духовный авторитет, генеральный секретарь старейшей консервативной политической организации «Общество борющегося духовенства» — аятолла М.Р. Махдави-Кани2, который обратился с официальным письмом ко всем консервативным кандидатам с просьбой провести совместную встречу и определить единого кандидата. Как здесь отмечается, это обращение авторитетного духовного деятеля может стать последней попыткой накануне старта официальной регистрации (10 мая с.г.) сблизить позиции противников, попытаться преодолеть раскол в рядах консерваторов и выступить на выборах единым фронтом.

Последние события в консервативном лагере указывают на то, что усилия консервативных лидеров не пропали даром. В конце апреля сошел с дистанции один из младоконсерваторов — А. Таваколли3. Официальная формулировка этого шага – «сохранение единства в рядах консерваторов». Ожидается, что его примеру могут последовать и другие претенденты, в первую очередь М. Резаи и М. Ахмади-Нежад, чья популярность, согласно последним опросам, колеблется в пределах 2-3%, а шансы увеличить кредит доверия избирателей равны нулю.

В реформаторском лагере события носят более спокойный и размеренный характер. В отсутствие компромиссной фигуры оба главных кандидата в президенты от реформаторов (бывший спикер М. Кярруби и бывший министр науки и образования М. Моин) дали ясно понять, что не собираются снимать свои кандидатуры в пользу друг друга. Другие реформаторские кандидаты (руководитель Организации физического воспитания ИРИ М. Мехрализаде, депутат парламента А. Алами) имеют мизерный рейтинг и всерьез не рассматриваются. Принимая имеющиеся реалии, М. Кярруби и М. Моин активно приступили к фазе анонсирования своих предвыборных программ. При этом представляющий радикально-реформаторские силы М. Моин по всем показателям пока явно переигрывает своего оппонента, о чем свидетельствуют, в частности, опросы общественного мнения4. Это во многом объясняется грамотно построенной предвыборной платформой М. Моина, конкретизацией его программных задач, опорой на молодежь и студенчество. Кроме того, М. Моин умело использует настроения иранского общества, критикуя политику непопулярного среди избирателей президента С.М. Хатами – дескать, направление реформ было выбрано правильное, но механизмы их реализации совершенно неверные5. Он также выступает в пользу защиты прав граждан (предложение об учреждении нового поста вице-президента ИРИ по вопросам прав человека), всестороннего развития демократического государства, создания демократического правительства, отмечает важность человеческого потенциала в развитии страны, высказывается за скорейшее решение социальных проблем.

Главная интрига предвыборной гонки продолжает сохраняться: вопрос об участии в выборах одного из наиболее опытных и влиятельных иранских политиков – председателя Совета по определению целесообразности принимаемых решений А.А. Хашеми-Рафсанджани — пока остается открытым. Правда, в апреле его намерение баллотироваться приобрело значительную уверенность: А.А. Хашеми-Рафсанджани провел тесные консультации с лидерами консерваторов, включая генсека Общества борющегося духовенства аятоллу М.Р. Махдави-Кани, председателя Координационного совета А. Натег-Нури, и, по всей видимости, окончательное решение уже принял, однако медлит с его оглашением, ожидая подходящего момента. Последние заявления иранского политика о том, что в складывающихся условиях отсутствия компромисса в рядах консерваторов он готов пойти на этот «вынужденный шаг» и «выполнить свой исламский и национальный долг»6, указывают на то, что он готовит себя к выполнению этой «тяжелой и ответственной миссии». Создана и его предвыборная «группа поддержки» — «Девятая коалиция ради лучшего будущего» (конгломерат политических партий и течений умеренно-консервативного толка).

По мнению местных политологов, в условиях серьезного семейно-кланового противостояния в рядах консерваторов решение о компромиссной для всех политических сил в стране фигуре А.А. Хашеми-Рафсанджани принимается на самом верху политической элиты ИРИ, которая не желает «раскачивать лодку» и стремится выдвинуть на президентский пост такую фигуру, которую поддержат не только радикально-консервативные силы, но и умеренные консерваторы, а также часть реформаторского электората. Столь высокий вотум доверия со стороны избирателей к будущему президенту страны необходим иранскому руководству прежде всего для демонстрации перед мировым сообществом, с одной стороны, национального единства и консенсуса, а с другой – легитимности демократических процессов в ИРИ. Воспринимая выборы президента как серьезное внешнее испытание исламского режима в Иране, политическая элита страны желает максимально обезопасить себя от возможных провокаций и исключить вероятность вмешательства США и Запада во внутренние дела ИРИ под предлогом несоблюдения демократическим процедур. Именно поэтому для Тегерана столь важна «чистая победа» на выборах одного из кандидатов, и в этом смысле фигура А.А. Рафсанджани представляется иранскому руководству наиболее приемлемой. Дело в том, что сегодня наиболее востребованной и привлекательной для иранского избирателя является нейтральная позиция между двумя политическими лагерями – реформаторов и консерваторов, умелое лавирование между ними. Отсюда – высокий рейтинг А.А. Рафсанджани, которого готово поддержать 23% населения. В похожем ключе действует другой консервативный кандидат – М. Галибаф, фигура которого в апреле была очень искусно раскручена. Он также не относит себя ни к правым, ни к левым, стремясь получить максимальную поддержку среди избирателей как консервативного, так и либерального толка. В случае срыва планов по выдвижению А.А. Рафсанджани, возможно, именно М. Галибафу будет отведена роль компромиссной фигуры.

С другой стороны, единственной на сегодня реальной альтернативой указанным планам может стать фигура радикально-консервативного толка, а именно — А. Лариджани. С учетом существенной радикализации иранского общества за последние два года, что связано с провалами социально-экономической политики правительства С.М. Хатами, которые привели к значительному ухудшению положения населения, такая перспектива не лишена оснований. Не случайно последние парламентские выборы остались за «младоконсерваторами», которые в случае объединения с А. Лариджани получают значительный козырь в борьбе за президентский пост. Похоже, что А. Лариджани готовится стать реальным конкурентом А.А. Хашеми-Рафсанджани: он пока единственный из всех кандидатов-консерваторов ясно дал понять, что не снимет свою кандидатуру в пользу последнего.

Другая вероятная перспектива – победа кандидата от реформаторов – пока серьезно не рассматривается. Но и здесь следует отметить, что предвыборная тактика реформаторских сил приносит свои плоды. Если на старте предвыборного марафона их никто не рассматривал всерьез, то сейчас положение несколько изменилось. За апрель значительные обороты набрал М. Моин, который по большинству социологических опросов уверенно входит в тройку лидеров наряду с А.А. Хашеми-Рафсанджани и А. Лариджани. Однако, как считают местные эксперты, «выше головы М. Моину не прыгнуть»7 и большего ему вряд ли удастся добиться.

51.9MB | MySQL:101 | 0,452sec