О функционировании зон деэскалации на юге Сирии

Июль ознаменовался подписанием ряда важных документов, закладывающих основу для мирного урегулирования сирийского конфликта. 7 июля было подписано совместное российско-американское соглашение при участии Иордании о создании зоны деэскалации конфликта на юго-западе Сирии, в провинциях Дераа, Сувейда и Кунейтра. 24 июля аналогичное соглашение было подписано относительно создания мирной зоны в пригородном районе Дамаска Восточная Гута, население которого составляет не менее 1,2 миллиона человек. Соглашение о создании зоны деэскалации было подписано представителями российского военного контингента в Сирии с руководителем группировки «Джейш аль-Ислам» Мухаммедом Аллюшем. Согласно данному договору, боевики из его группировки сохраняют легкое стрелковое оружие, но сдают все тяжелое вооружение. Они разминируют минные поля на своей территории и демонтируют КПП. В Восточную Гуту получает доступ сирийская правительственная администрация, но не Сирийская Арабская Армия. М.Аллюш изъявил желание, чтобы в Восточную Гуту были введены отряды египетских миротворцев по образцу 600 российских военных полицейских на севере Сирии и отряда в 400 военных полицейских в Дераа.  Таким образом, мирное урегулирование началось в районах с населением около 2,5 миллионов человек.

США, долгое время бывшие главным дестабилизатором ситуации в Сирии, пошли на договоренности о создании зоны деэскалации конфликта на юго-западе Сирии по причине глубокого беспокойства США за безопасность Израиля на северном фланге. Присутствие вооруженных формирований ливанского движения «Хизбалла» и военных советников иранского  КСИР на сирийской части Голанских высот было с большим беспокойством воспринято в Вашингтоне. В связи с этим с начала мая в столице Иордании Аммане проводились российско-американские переговоры с участием иорданцев по решению проблемы юга Сирии. В Аммане располагается штаб так называемого «Южного фронта», объединения 50 вооруженных группировок, действующих в провинциях Дераа и Кунейтра. Эти вооруженные формирования контролировали провинцию Дераа, начиная с 2014 года.  Однако летом 2016 года ситуация стала меняться. Умеренные отряды «Южного фронта» были ощутимо потеснены радикалами из «Исламского государства» (ИГ) и «Джебхат ан-Нусры» (обе организации запрещены в России).

Необходимо  отметить, что Иордания имеет первоочередной интерес в урегулировании ситуации на юге Сирии и, особенно, в провинции Дераа. Отсутствие стабильности  и продолжение военного конфликта на юге страны напрямую затрагивает иорданские интересы. Во-первых, в Аммане справедливо опасаются проникновения террористов из «Джебхат ан-Нусры» и ИГ в глубину иорданской территории. Во-вторых, с 2014 года периодически возникают вооруженные столкновения между подразделениями иорданских пограничных войск и бедуинскими племенами провинции Дераа. В-третьих, в Иордании стремятся к возобновлению официальной торговли с Сирией и через Сирию к оживлению транзитного товаропотока из Ливана. Одновременно в Аммане стремятся к ограничению потока контрабанды из Сирии.  За последние три года КПП Насиб на сирийско-иорданской границе стал одним из крупнейших перевалочных пунктов торговли наркотиками. Вот почему в Аммане приветствовали переход КПП Насиб под контроль правительства САР.

Неудивительно поэтому, что создание зоны деэскалации на юго-западе Сирии получило позитивную реакцию в Аммане. По мнению иорданского политического аналитика Орайба аль-Рантауи, создание зоны деэскалации в Дераа и Кунейтре несет как минимум два положительных результата для Иорданского Хашимитского Королевства. Во-первых, отделение умеренной вооруженной оппозиции от боевиков-экстремистов. «Умеренные» уже не смогут оправдывать свой альянс с джихадистами необходимостью борьбы против наступления сирийских правительственных сил. Во-вторых, начнется постепенное возвращение сирийских беженцев из Иордании на родину.

Вместе с тем, создание зоны деэскалации на юго-западе Сирии, не вписывающееся в астанинский мирный процесс, вызвало настороженную реакцию в Иране, а также со стороны части сирийской политической элиты. В этих кругах существуют опасения того, что создание многочисленных зон деэскалации может привести к потере страной суверенитета, а сами зоны снижения напряженности превратятся в зоны влияния различных иностранных государств. Так зоны деэскалации в Идлибе и на севере провинции Хама трансформируются в зоны влияния Турции. Зона деэскалации на юго-западе Сирии в свою очередь может перейти под влияние США или даже Израиля. Таким образом, Сирия станет страной с ограниченным суверенитетом. Здесь необходимо напомнить недавние слова Башара Асада, заявившего, что он будет оставаться президентом Сирии до тех пор, пока не будет освобождена «последняя пядь сирийской земли». Кроме того, некоторые сирийские политики, близкие к правительству Асада хотели бы разгромить всю вооруженную оппозицию вообще, что конечно нереально. Они опасаются, что деление боевиков на «хороших» и «плохих» может быть вызвано желанием Москвы создать на территории Сирии новые вооруженные структуры для борьбы против террористов, не всегда подчиняющиеся правительству. Интересно, что уже упомянутый Мухаммед Аллюш недавно выступил с обращением к группировке «Ахрар аш-Шам» и остаткам Сирийской свободной армии (ССА) с призывом создать новую армию для борьбы против террористов под международной эгидой.

Несмотря на это, многие наблюдатели, отслеживающие сирийскую ситуацию «в поле», отмечают, что создание зоны деэскалации на юго-западе Сирии в целом выгодно для Дамаска. Под контроль центрального правительства перешел КПП Насиб на границе с Иорданией. По сообщению ливанской газеты «Аль-Ахбар», российская военная полиция привлекает многочисленный вспомогательный персонал, состоящий из сторонников правительства Б.Асада. По мнению журналиста Фираса Шуфи, «Дамаск приобретает первую руку в провинции Дераа». Одновременно создание зоны деэскалации не означает полную утрату позиций движения «Хизбалла» в Сирии. По словам американского спецпредставителя по Сирии Майкла Ратни, зона деэскалации «включает в себя только провинцию Дераа, Кунейтру и юго-запад Сувейды, но не включает северную Сувейду и Каламун». Именно в последних регионах «Хизбалла» в последнее время достигла значительных успехов. После успешно проведенной недавно военной операции против «Джебхат ан-Нусры» «Хизбаллла взяла под контроль сирийские территории вдоль протяжения сирийско-ливанской границы в треугольнике Кусейр-Каламун-Забадани.

Что же побудило таких лидеров боевиков как Мухаммед Аллюш, двоюродный брат убитого в конце 2015 года Захрана Аллюша, присоединиться к мирному соглашению? Еще недавно он в своем «Твиттере» назвал Восточную Гуту «колыбелью революции в Сирии, которая никогда не подчинится тирании». Представляется, что первоочередным здесь стал внешний фактор. Российское военное вмешательство вынудило вооруженные группировки перейти от наступления к обороне и показало невозможность свержения правительства Башара Асада. Зарубежные спонсоры сирийской вооруженной оппозиции разочаровались в ее возможностях и свернули или значительно сократили финансовую помощь. Госдепартамент США официально объявил 17 июля о прекращении программы помощи сирийской вооруженной оппозиции. Одновременно резко сократилась помощь из стран Персидского залива. Этому способствовал ряд факторов. Во-первых саудовская военная агрессия в Йемене отвлекает значительное количество сил и средств. Во-вторых, конфликт между Саудовской Аравией и Катаром поставил два государства, бывшие в прошлом основными покровителями сирийских джихадистов по разные стороны баррикад. Таким образом, мирный процесс в Сирии, пусть и с большими трудностями проходит поступательно и демонстрирует положительную динамику.

28.89MB | MySQL:67 | 0,762sec