Аграрный сектор Афганистана в поисках альтернативы наркопроизводству

С начала американской военной кампании в Афганистане в 2001 году и свержения режима талибов шел поиск оптимальной стратегии по замещению опийного мака альтернативными сельскохозяйственными культурами. Тем не менее, несмотря на предпринимаемые попытки со стороны афганского правительства при содействии международной коалиции, достичь ощутимых результатов на этом направлении пока не удается. Несмотря на первоначальные оптимистичные признаки некоторого сокращения масштабов опийного производства, оно затем вновь пошло по нарастающему вектору.

На сегодня Афганистан по-прежнему является ведущим производителем опиума в мире, обеспечивая более 90% мировых поставок опиума для производства героина. При этом, c 2015 года производство опиума вновь начало расти прогрессирующими темпами и в 2017 году может установить новый исторический рекорд. В частности, по данным афганским правительственных источников, в текущем году производство опиума может достичь 10 000 тонн, что будет вдвое выше показателей 2016 года (4700 тонн) и в 3 раза выше, чем в 2015 году (3200 тонн). При этом, официальный Кабул также подтверждает увеличение посевных площадей под опиум с 201 000 гектаров в прошлом году до 340 000 гектаров в нынешнем.

Данная тенденция фактически перечеркивает все усилия афганского правительства по восстановлению аграрного сектора, повышению его эффективности и рентабельности и, соответственно, росту привлекательности для потенциальных внешних и внутренних инвесторов, в том числе из частного сектора. Это, в свою очередь, подрывает усилия по долгосрочному развитию страны, созданию стабильных источников доходов и занятости для фермеров, без которых сложно противостоять маргинализации населения и его вовлечения в антиправительственную террористическую деятельность под флагами «Аль-Каиды», «Талибана» и «Исламского государства» (запрещены в России). Более того, по мере установления все более прочного контроля «Талибана» над производством и экспортом наркотиков, растет его финансовая независимость от властей, что еще более отдаляет возможности для вовлечения талибов в процесс общенационального примирения. Что касается других исламистских террористических группировок, в частности «Исламского государства», то они пока только набирают обороты и будут в дальнейшем более активно и регулярно использовать наркоторговлю как источник финансовых поступлений.

Таким образом, в обозримой перспективе роль наркопроизводства, несмотря на его нелегальный статус, будет только расти, замещая любые альтернативные сценарии развития аграрного сектора. По данным Управления ООН по борьбе с наркотиками и преступностью (УНП), производство опиума в 2016 году уже составляло 16% от ВВП страны, включая 2/3 от общего вклада аграрного сектора в ВВП.

В то же время официальный Кабул и заодно международная коалиция во главе с США продолжают декларировать задачу замещения наркопосевов альтернативными культурами и разрабатывают в этом контексте различные программы. Согласно статистике, с 2001 года США израсходовали несколько миллиардов долларов для переориентирования аграрного сектора с наркопроизводства на альтернативные варианты, однако больших успехов так и не добились. Указываются различные причины – слабость и коррумпированность государственных структур, включая таможню, судебные органы и полицию; успешная политика «Талибана» по завоеванию новых территорий и земель, используемых под посевы опиума и пр. Главный, однако, мотивирующий афганских фермеров фактор – очевидная финансовая выгода и прибыль, многократно превышающая доходы от производства любой альтернативной культуры. Производство 1 килограмма героина генерирует прибыль в 45 тысяч долларов США при конечном сбыте потребителям в Европе, поэтому «Талибан» сам имеет высокую материальную заинтересованность и стремление и далее контролировать весь процесс на всех его стадиях, собирая с местных фермеров и наркодилеров «налоги» и обеспечивая протекцию в поставках продукции на внешние рынки. На сегодня, по данным экспертов, до 60% всего бюджета «Талибана» финансирует производство и продажа наркотиков. При этом, в последние годы наметилась очевидная тенденция обработки и производства героина либо полуфабрикатов непосредственно в стране: как минимум 50% опия-сырца сегодня обрабатывается на месте, что повышает эффективность и продуктивность поставок, позволяя их быстро наращивать при необходимости.

С учетом вышесказанного, одним из действенных факторов замещения опиума альтернативной культурой мог бы стать упор на дорогие, рентабельные аграрные культуры, прибыль от которых могла бы отчасти компенсировать потери от наркопроизводства. Шансы имеются неплохие с учетом того, что прибыль самих фермеров от производства опиума-сырца, не подвергнутого переработке, относительно невелика и составляет 160-200 долларов за 1 килограмм. В частности, одной из таких культур мог бы быть шафран, являющийся одной из самых дорогих специй в мире стоимостью 1500 долларов США за 1 килограмм. Афганское правительство начало в 2017 году проводить адресную политику по созданию гигантских плантаций шафрана, надеясь на его привлекательность для фермеров в качестве альтернативы опийному маку. На состоявшейся в Кабуле в ноябре с.г. национальной конференции по шафрану было констатировано, что на сегодня 3,5 тысячи гектаров земель в стране выделено под культивацию шафрана, которая благодаря в том числе внедрению передовых китайских технологий достигла в 2017 году ежегодного производства объемом в 8 тонн.  Китай проявляет высокий интерес к инвестированию в производство шафрана в Афганистане для последующего его экспорта на китайский рынок.

Другой альтернативой опийному маку может стать лоббируемое британским частным предпринимателем массовое производство граната. Выдвинутая британской благотворительной организацией в 2007 году инициатива «Культивируем ради мира» (Plant for Peace) направлена на поддержку малых фермерских хозяйств, обучая их технологиям выращивания граната в качестве альтернативы опийному маку. Для поддержания устойчивого спроса на это производство, британские предприниматели перерабатывают гранаты в пудру, которая затем использовалась в качестве добавки в производство фруктовых йогуртов, производившихся и продававшихся в Великобритании. Проект оказался достаточно успешным и получил финансовую поддержку доноров, включая правительства США и Великобритании. В итоге за 10 лет реализации удалось посадить почти 2 млн гранатовых деревьев и переобучить более 22 тысяч фермеров, которые в рамках проекта перешли с культивирования опия на производство гранатов.  Впоследствии проект был диверсифицирован и ориентирован на производство других рентабельных культур – орехов и абрикосов. По оценкам международных экспертов, прибыль афганских фермеров с посевной площади размером 4 тысячи квадратных метров в результате выращивания гранатов может достигать 2 тысяч долларов, в то время как культивирование опийного мака будет приносить лишь 1300 долларов США с аналогичной площади. На перспективу ставится более стратегическая задача – увеличить культивацию гранатов в Афганистане и расширить площади под эти цели до 3.5-4.5 миллионов гектаров, обеспечивая посадку 3.5 миллионов деревьев ежегодно.

Тем не менее, предлагаемые выше инициативы по замещению опийного мака альтернативными культурами так и не стали массовыми и не смогли вытеснить опий. Главная причина видится в отсутствии устойчивого массового спроса на альтернативную продукцию, которая чтобы стать рентабельной и конкурентоспособной опийному маку, должна быть дорогостоящей. Население одной из беднейших стран мира просто не может в обозримой перспективе сформировать устойчивый спрос на такую продукцию и, соответственно, финансовых стимуляторов у местных фермеров не имеется. Для выхода этой продукции на региональные и международные рынки нужны устойчивые и функционирующие продовольственные цепочки, системы логистики и хранения, а также грамотные пиар кампании по продвижению своего экспорта. В афганских реалиях, с учетом продолжающегося конфликта, насилия и террористических угроз, риски очень высоки и ни один солидный внешний инвестор не готов к масштабным финансированиям таких проектов. Внутри же страны – будь то правительство либо частный сектор – такой инвестиционный потенциал пока отсутствует.  Помимо всего прочего – очень серьезная конкуренция со стороны поддерживаемых «Талибаном» финансовыми и военными средствами фермеров, ориентированных на опий. В отличие от производства других аграрных культур, в опийном бизнесе не нужно бороться за рынки сбыта и искать каналы и пути поставок – наркодилеры, как правило, покупают опиум прямо с полей и оплачивают его производства авансом, на год вперед, инвестируя таким образом заранее в производственные мощности и потенциал местных фермеров.

Думается, быстрого решения афганской проблемы производства наркотиков не предвидится. Более того, в последние годы раскручивается негативный тренд последующего наращивания производства, лоббируемого «Талибаном» и другими террористическими группировками, действующими в Афганистане. В глобальном масштабе, преобладающая часть потребляемого в Западной Европе и США героина производится на основе афганского опиума, все чаще внутри самого Афганистана. Лишь военно-политическое решение афганской проблемы с централизацией и концентрацией всей полноты власти у официального Кабула с последующим поэтапным переходом от опийных посевов к альтернативным рентабельным опциям, способно будет в корне переломить ситуацию. Пока же о реальной альтернативе опийному производству в Афганистане говорить не приходится.

33.2MB | MySQL:68 | 0,962sec