О нефтегазовой отрасли Ирака в начале 2018 года

Производство сжиженного газа в Ираке составило 6125 тонн в сутки, заявил 7 февраля министр нефти Джабар аль-Луэйби. По поводу выхода на этот показатель иракскому премьер-министру Х.аль-Абади была направлена соответствующая телеграмма, в которой говорится, что «приверженность сотрудников отрасли своей профессии, их самоотверженный труд, днем и ночью, позволили сократить запланированное время для выхода на такой уровень производства с года до месяца. Это привносит новое качество в национальный экспорт и создает предпосылки для входа Ирака в клуб государств – экспортеров газа».

Знаменательное событие совпало по времени с возвращением одного из иностранных операторов, ангольской компании «Сонангол» на ее концессии, на месторождениях «Ниджма» и «Кияра», расположенные в провинции Найнава (Ниневия).

Сам министр нефти собирается с деловым визитом в Великобританию.  Напомним, что в декабре прошлого года, британская BP была назначена оператором на месторождениях Киркука. Тем самым, британцы, возвращаются в свою давнюю нефтяную вотчину и, очевидно, что в деле есть определенные нюансы, потребовавшие выезда Д.аль-Луэйби в Лондон и встреч с торговым представителем Соединенного Королевства, баронессой Николсон и рядом других высокопоставленных лиц.

Почти наверняка речь зайдет и об инвестициях, ведь успехи Ирака в реализации инвестиционных программ, тот же рост производства сжиженного газа почти на 40%, очевидны. Тем более, что вышедшей их Европейского союза, Великобритании нужно реализовываться на новых рынках и бывшие доминионы как нельзя лучше подходят для этой цели.

«Беспрецедентный», по оценке министра, результат переработки т. н. попутного газа, поступающего на поверхность вместе с нефтью (почти весь, добываемый в Ираке газ, связан с нефтью), составивший в январе 80% на проекте «Газ Басры», в цифрах означает производство, в общей сложности, 900 млн куб. футов газа. Это стало возможным благодаря росту производства газа в Басре и в соседней провинции Мисан, где ежесуточно добывается 230 млн куб. футов «голубого топлива».

В 2017 году из Ирака на экспорт было поставлено 29 партий газового конденсата (678 тысяч куб. м), 51 партия сжиженного газа (144 тысячи метрических тонн). Поставщиком выступала газовая компания Басры, и весь газ отгружался из порта Хор-Зубейр, расположенного севернее Умм-Касра. К слову, экспортная газовая инфраструктура страны будет нуждаться в самой серьезной модернизации. Если назначенная на 2020 год задача – полное прекращение сжигания попутного газа будет выполнена, — а до сих пор министр нефти Ирака не давал повода усомниться в его компетенции, то получаемый газ надо будет куда-то девать. Одним Хор-Зубейром обойтись не удастся и, очевидно, одним из крупных инвестиционных проектов станет что-то связанное с хранением и транспортировкой газа. Разумеется, значительная часть газа пойдет в нефтехимическое производство. Этим уже занимаются «Шелл» и американская «Орион», приступившая к добыче газа на крупном нефтяном месторождении «Нахр бин Омар».

«Нахр бин Омар» разрабатывается нефтяной компанией Басры и на нем производится 40 тысяч баррелей нефти и 25 млн куб. футов газа в сутки. «Орион» возведет комплексы по аккумулированию, очистке и переработке газа

В последнее время активно муссируются слухи об интересе, проявленному Саудовской Аравией к инвестированию в месторождение «Икяс» – одно из огромных разведанных газовых месторождений в провинции Анбар. Ранее, работы на нем вела южнокорейская компания «Когаз», свернувшая деятельность в 2012 году из за террористической угрозы.

«Икяс» был открыт в 1981 году, но не разрабатывался и был отнесен к т.н. «Фонду будущих поколений» (вот такой был плохой режим Саддама Хусейна, заботившийся о будущем страны. Мы что-то не припоминаем подобных инициатив со стороны нынешних демократических правителей Ирака). Расположенное на западе провинции месторождение занимает территорию 50 Х 18 километров, и его запасы газа оцениваются в 9.8 трилн куб. м газа и неустановленное, но очень большое количество нефти. На месторождении имеется 9 эксплуатационных, в настоящее время законсервированных скважин. Не исключено, что саудовцы выкупят у корейцев их права на «Икяс».

Здесь следует напомнить, что большая часть крупнейшей страны провинции Анбара – то есть всего Западного Ирака, а также значительные районы провинций Салах эд-Дин и Ниневия не исследованы на наличие нефти и газа. Ранее, в этом просто не было необходимости, да и территории это пустынные и малонаселенные. По некоторым прогнозам, там хранятся такие запасы нефти и газа, которые превзойдут и саудовские, и кувейтские, и иранские.

Возвращаясь к решению ангольского нефтяного оператора, компании «Сонангол» вернуться к работе на северных месторождениях «Ниджма» и «Кияра», то напомним, что она получила в 2009 году 75% доли на них (25% принадлежит Северной нефтяной компании Ирака, — «дочке» Министерства нефти страны). В 2012 г. деятельность оператора так же, как и у корейцев, на «Икясе», была прекращена из-за захвата террористами ИГ («Исламское государство», запрещено в РФ) северных районов страны. Ресурсы месторождений превышают миллиард баррелей.

Возобновление работ стало возможным после общей стабилизации ситуации и установления контроля над Ниневией и Киркуком.

По словам исполнительного директора «Сонангол», Гаспара Мартенса, компания отдает себе отчет в определенных рисках, существующих в районах проведения работ, однако «намерена выполнить все, взятые на себя обязательства по добыче нефти».

Что касается визита Д.аль-Луэйби в Лондон, то примечательным обстоятельством становится публикация в Financial Times, посвященная темпам восстановления северного нефтяного кластера Ирака и сотрудничеству Багдада с Ираном в нефтяной сфере. В статье подробно рассматривается организация клиринговых поставок нефти из Киркука в Керманшах, причина и следствия такого решения и перспективы нефтяного альянса между двумя странами. Особое внимание в материале обращено на планы строительства трубопровода из Киркука в Иран. По мнению авторов, это делается не просто для того, чтобы нарастить экспорт, часть которого осуществляется наливным транспортом, а для того, чтобы если понадобится, иметь возможность остановить экспорт на турецкий Джейхан. Например, по политическим соображениям. Учитывая экспрессивность и экспансивность нынешней турецкой внешней политики, имеющей свои виды на Северный Ирак, вполне здравое рассуждение. Если учесть, что British Petroleum некогда начинала свою деятельность в Иране, а ныне вернулась в Северный Ирак, можно сделать вывод о наличии в Великобритании определенных планов на производство и реализацию нефти и газа в этом регионе, или, как минимум, значительному росту внимания к этой проблематике. Это существенное обстоятельство, если принять во внимание то, что Великобритания в Ираке держится в тени США и ведет себя неприметно.

British Petroleum нельзя отнести к союзным компаниям для Chevron и Exxon Mobile и усиление британского присутствия в нефтяной промышленности Ирака не могло не обсуждаться и согласовываться с американцами. Возможно, с учетом нефтехимического и газового блока у BP, возможно по простому совпадению, она будет работать с киркуской нефтью. Плюс, рядом находятся значительные неисследованные районы. Во всяком случае, большая нефть, это не только большие деньги, это всегда большая политика. С этой точки зрения, местоположение Киркука трудно переоценить.

43.95MB | MySQL:87 | 0,718sec