Обзор альманаха «Турция в 2017 году» издания Фонда политических, экономических и социологических исследований (Анкара). Часть 18

Продолжаем разбор упомянутого в заголовке Альманаха, в частности, — раздела «Внешняя политика», посвященного отношениям между Турецкой Республикой и Исламской Республикой Иран. От себя добавим, отношений – не менее противоречивых, чем отношения между Россией и Турцией, замешанных как на тесном сотрудничестве, так и на довольно плотном противостоянии, причем в целом ряде регионов.

Впрочем, как пишет Альманах, сейчас сформирован и проходит проверку на жизнеспособность событиями в Сирии альянс трех региональных лидеров России, Турции и Ирана. Другим вопросом, работающим объективно на сближение Турции и Ирана, являются события в Иракском Курдистане, а точнее попытка автономии к дальнейшему обособлению через проведение референдума о независимости. Надо ли говорить о том, что она была крайне негативно встречена не только в Турции, но и в Иране.

Как пишут авторы документа, важнейшим результатом первой встречи региональной тройки в Астане, формате являющимся развитием Женевы, стало провозглашение ряда областей Сирии зонами деэскалации. Следующая важная встреча, на которую указывает Альманах, состоялась 3 мая в городе Сочи между президентами В.Путиным и Р.Т.Эрдоганом. А в сентябре месяце проходила уже 6-я (!) по счету встреча в формате Астаны, где было принято решение о направление каждой стороной по 500 наблюдателей в провинцию Идлиб.

Год завершался встречей 22 ноября между тремя странами на высшем уровне в Сочи, по итогам которой было сделано совместное заявление. Ключевым предстоящим событием в рамках мирного процесса должно было стать проведение Конгресса сирийского национального диалога, ключевых участников которых предстояло определить трем странам.

В отдельный подраздел Альманаха вынесен референдум в Иракском Курдистане, на который и Турция и Иран откликнулись резко и дали сразу понять, что не будут его молчаливыми наблюдателями.

Накануне референдума, запланированного на 25 сентября, а именно, 14 сентября состоялся телефонный разговор между главами Генеральных штабов двух стран – Хулуси Акаром (Турция) и Мохаммадом Багери (Иран). Как было объявлено, обсуждались варианты предотвращения проведения референдума и варианты военного сотрудничества между двумя странами. Также стороны демонстрировали единство мнений в плане оценки предстоящего голосования – как представляющему прямую угрозу национальной безопасности Турции и Ирана.

21 сентября встречались уже главы внешнеполитических ведомств трех стран – Ирака, Турции и Ирана, по итогам чего было сделано заявление. Суть которого сводится к тому, что заявленный референдум «не принесет пользы курдам, а также единству Ирака».

Буквально за один день до референдума состоялся телефонный разговор между президентами Р.Т.Эрдоганом и Х.Роухани. В ходе разговора была подчеркнута приверженность территориальной целостности Ирака, а также обсуждались те проблемы, которые повлечет за собой проведение референдума о независимости Иракского Курдистана.

Как бы то ни было, невзирая на все оказанное противодействие, референдум состоялся, как и было запланировано, 25 сентября. За ним последовало заявление из Анкары о том, что он не имеет юридической силы. Вслед за референдумом состоялась встреча между министром обороны ИРИ Амиром Хатами и послом Турции в Иране Рызой Хаканом Текином. Как было сообщено, на встрече обсуждались вопросы сотрудничества в военной сфере, а также те меры, которые следует принять с тем, чтобы исключить негативные последствия, порожденные референдумом. Одной из мер, предпринятых сторонами стало закрытие своего воздушного пространства для полетов в Иракский Курдистан, что было сделано Ираном 24 сентября, а Турцией – 16 октября.

Следующий подраздел про турецко-иранские отношения озаглавлен как «Визиты на высшем уровне». Альманах начинает довольно бодро, указывая на то, что с 15 августа 1979 года, когда в Иране произошла Исламская революция, и вплоть до наших дней отношения между двумя странами пережили «невиданный подъем». Не будем перечислять всех контактов, состоявшихся в 2017 году между двумя сторонами. Совершенно очевидно, при этом, что контакты эти носили очевидно выраженный военно-политический оттенок, с учетом как сирийской, так и курдской проблематики.

Продолжает Альманах разделом, озаглавленным «Экономические отношения». Как пишет документ, тема путей развития торгово-экономических отношений обсуждалась в ходе телефонного разговора между президентами Турции и Ирана 24 мая 2017 года. Одна из заявленных целей – увеличение оборота взаимной торговли до 30 млрд долл. с нынешних 10 млрд долл.

Вообще, турецкое руководство поступает в таких случаях на редкость незамысловато: просто множит на 3 текущую цифру товарооборота, ни мало не заботясь о практическом наполнении, которое должны выдумать исполнители. Аналогичным образом, сейчас болит голова у российских и турецких бюрократов как превратить нынешние 30 млрд долл. (из которых большая часть – энергоносители, чье потребление не может вырасти за несколько лет кратно) за «пятилетку» в 100 млрд. Всем понятно, что это – попросту невозможно, но горизонт планирования никто не отменял.

43.84MB | MySQL:89 | 1,018sec