Турция и ее конкуренты в Восточном Иерусалиме

Одной из заметных тем, которыми была занята израильская пресса и научно-аналитические издания в последние несколько месяцев, стало растущее турецкое присутствие в арабоязычных сообществах внутри и за пределами «Зеленой черты».

Направления стратегии

В первую очередь это заметно в секторе Газа, где с 2007 года правит палестинская арабская версия движения «Братьев-мусульман» – радикально-исламистская террористическая группировка ХАМАС, превратившая сектор в плацдарм для периодических вылазок против южных районов Израиля. Причем правящий в Анкаре режим президента Р.Т.Эрдогана, главы Партии справедливости и развития (по сути – турецкой версии все тех же «братьев»), в последние годы активно борется за статус ведущего идеологического и финансового покровителя родственных ему палестино-арабских группировок. И ту же модель отношений, неплохо вписывающуюся в принятую режимом Эрдогана  внешнеполитическую доктрину «неоосманизма», то есть регионального лидерства посредством доминирования Турции на территориях бывшей Османской Империи, Анкара пытается реализовать и на другой символически, идеологически и политически важной для нее площадке – арабских кварталах Иерусалима.

Проникновение турок в Иерусалим идет под лозунгом «борьбы за спасение от сионистов мечети Аль-Акса». Речь идет о культовом мусульманском сооружении на Храмовой горе в Иерусалиме, построенном в 705 году н. э. халифами Омейядами на фундаменте разрушенного I веке н. э. римлянами Второго иудейского Храма, и с некоторых пор имеющее статус «третьей по значению святыни ислама» (по поводу теологической корректности такого определения идут долгие дискуссии). В любом случае, именно под этим знаменем Анкара сегодня активно инвестирует в развитие институциональной и идеологической исламистской инфраструктуры в Восточном Иерусалиме. Что происходит за счет серьезной инфляции статуса традиционного религиозного и светского лидерства палестинских арабов  в Иерусалиме, и в этот вакуум, по мнению наблюдателей, и входят элементы ХАМАСа, северного крыла Исламского движения Израиля (считающегося отделением того же ХАМАСа и «Братьев-мусульман» среди арабов – граждан страны), других группировок, связанных с «Братьями-мусульманами». Но турецкое присутствие там становится особенно выпуклым.

Так, открытый в городе турецкий культурный центр предлагает арабским жителям города обширный набор курсов турецкого языка, концертов турецкой музыки и выступлений деятелей культуры (в первую очередь, в ее исламском понимании), целью которых является «приближение» жителей Восточного Иерусалима к их «культурно-религиозной метрополии» суннитского мира, каковой, надо полагать, Турция видится из Анкары. Турецкое руководство ежегодно вкладывает десятки миллионов долларов в исламское миссионерство (dawa) строительство и восстановление зданий и инфраструктуры мусульманских организаций, праздничные раздачи, а также в поддержание сетей общения местных арабов-мусульман, сфокусированные на прославление террористов и подстрекательстве к столкновениям с израильскими службами безопасности.

Растущее турецкое присутствие в городе видно хотя бы благодаря количеству турецких флагов в ресторанах, магазинах одежды и прочих торговых предприятиях его арабских кварталов.

 

 

 

 

 

 

 

 

Credit: http://jcpa.org/article/erdogans-turkey-intensifies-involvement-in-gaza-and-jerusalem/

В том же ряду, по мнению обозревателей, находятся и попытки взять контроль над городской арабской «улицей», поддерживая связи с радикалами из Исламского движения Израиля во главе с шейхом Раедом Салахом и другими фракциями местных «Братьев-мусульман», инфильтрацию в мусульманский религиозный истеблишмент в городе, в первую очередь через Высший исламский совет. А также попытки усилить свой контроль над мечетями на Храмовой горе путем поощрения турецкого «религиозного туризма» в Иерусалим и организации там протурецких демонстраций. Так, за организацию и участие различных провокаций на Храмовой горе с декабря 2017  было арестовано четверо граждан Турции. (Последним по времени стал арест 11 июня 2018 года при попытке вылета из Израиля 27-летней турецкой «туристки» Эбру Озкан, которую израильские спецслужбы обвиняют в принадлежности к террористической организации).

Наконец, Анкара активно скупает недвижимость в Восточном Иерусалиме, официально – с целью «сохранения турецкого архитектурного наследия» (а к таковым, за неимением достаточно числа объектов оттоманского периода, причисляются и сооружения периода мамлюков). Инструментами этой деятельности стали две основанные в Восточном Иерусалиме и связанные с Анкарой «неправительственные организации» Kanadil («Международный институт развития и гуманитарной помощи») и TIKA. Первая из них, согласно сообщению израильской Службы общей безопасности (ШАБАК) была закрыта распоряжением министра обороны Авигдора Либермана за вовлеченность в схемы финансирования арабского террора.

А TIKА, находящаяся под личным патронажем президента Турции Р.Т.Эрдогана, по тем же данным, служит фасадом для поддерживаемой турецким правительством исламистской организации IHH (The Humanitarian Relief Foundation), ставшей известной в Израиле благодаря участию ее боевиков в резонансной провокации по «прорыву блокады сектора Газа» судном «Мави Мармара» в 2010 году. Более того, TIKA, по свидетельству бывшего директора турецкого Управления контртеррористической деятельности, Ахмеда Саит Яала (Ahmet Sait Yayla), тесно сотрудничала и «Исламским государством» (ИГ, запрешено в России) Причем сеть представительств и офисов в странах, ранее входивших в Османскую (Оттоманскую) Империю, и иных государствах арабского мира, которой располагает TIKA, часто служит прикрытием для деятельности местных ячеек радикальной исламистской организации «Братья-мусульмане».

Конкурирующие субъекты 

 При этом в Иерусалиме турки сталкиваются и с серьезной конкуренцией со стороны группировок исламистов, соперничающих с союзником и основным каналом проникновения Турции в местные мусульманские круги – ХАМАСом, чьи позиции в восточных кварталах и исламских институциях города все еще сравнительно слабы. Парадоксальным образом, эта группировка почти не имеет популярности среди крупного и влиятельного в Иерусалиме сообщества выходцев из Хеврона (в котором ХАМАС как раз является влиятельной силой), что эксперты объясняют также и эффективностью усилий израильских спецслужб по предотвращению захвата «проповедниками» из Хеврона кафедр в мечетях на Храмовой горе.

Но главным слабым пунктом иерусалимской политики Анкары является акцентированно-антитурецкая политика ведущей силы политического ислама в городе — Партия исламского освобождения (the Islamic Liberation Party, ILP). Эта партия, основанная в 1953 году на платформе восстановления Османского халифата и противостояния контролировавшим до 1967 года Восточный Иерусалим иорданским Хашимитам, которые, согласно видению  лидеров ILP, планировали создать свой, «незаконный» халифат, и к тому же сотрудничали с «британскими крестоносцами». Но эта же платформа не мешает им сегодня считать нелегитимными и амбиции Эрдогана, пытающегося восстановить под своим руководством, как видится его критикам, некую форму Османского халифата – оставаясь при этом главой государства с квази-западной политической системой и члена НАТО. По некоторым данным, ILP иногда все же не возражает против проникновения Турции в некоторых местах и районах Иерусалима, если это приводит к ослаблению там влияния Иордании. Тем не менее, речь и в данном случае, скорее всего, идет о тактическом проведении, не меняющем общей картины.

Более того, согласно информированным источникам (на которые, в частности, ссылается эксперт по данной теме из Иерусалимского центра общественной политики Пинхас Инбари), Партия исламского освобождения (ILP) попала под влияние Ирана – исторического противника Турции. И если сегодня отношения этих региональных держав, сближающихся на базе некоторых общих интересов в Сирии и иных местах, можно скорее определить как «конкурентное партнерство», этого пока не происходит на восточно-иерусалимском городском поле. Напротив, наблюдатели не исключают, что нынешняя вербальная дискуссия между соперничающими про-турецкими организациями и ILP, фокусирующей свою деятельность вокруг мечети Аль-Акса и партийных филиалов в университетах Аль-Кудс в Абу-Дисе, Aн-Наджах в Шхеме (Наблусе), Бир-Зейт возле Рамаллы, а также в Бейт-Лехеме (Вифлееме) и Хевроне, со временем может смениться насильственными столкновениями.  С хорошим шансом свести к нулю все нынешние успехи Анкары среди арабских жителей Иерусалима.

Наконец, не следует сбрасывать со счетов и еще одного важного конкурента турок в Восточном Иерусалиме и Старом городе, которым по-прежнему остается Иордания. Ее король, в соответствии с мирным договором между Иорданией и Израилем 1994 года, официально является «покровителем святых для Ислама мест в городе», и назначает руководство и высших чиновников Вакфа (управления мусульманским культовыми, имущественными и благотворительными учреждениями), которое является единственным признанным властями Израиля органом такого рода. И, насколько можно судить, сохранение нынешнего порядка все еще находится в приоритетах израильского правительства, готового оказывать поддержку признанным им мусульманским инстанциям против сил, намеренных подорвать статус-кво.

42.88MB | MySQL:94 | 1,014sec