О конференции «Российско-турецкие отношения: формируя образ будущего». Часть 8

22-23 ноября с.г. в Анкаре состоялась Конференция под названием «Российско-турецкие отношения: формируя образ будущего». Продолжаем анализировать выступление на Конференции спикера самого высокого ранга с турецкой стороны — пресс-секретаря президента Турции Ибрагима Калына, который является не просто рупором президента Р.Т.Эрдогана, но и одним из ведущих, в настоящее время, турецких мыслителей в области истории, настоящего и будущего Турции и тюркского мира.

В своей речи И.Калын, буквально за полчаса, ответил на все или большинство ключевых вопросов, касающихся современной внешней политики Турции. Напомним, что в предыдущей публикации мы остановились на том, что Турция диверсифицирует источники закупок вооружений и боеприпасов и большое внимание уделяет развитию ВС страны, но исключительно с мирными, оборонительными целями.

От вопросов ВС и ОПК И.Калын переходит к другим сферам российско-турецкого сотрудничества, упомянув доклады предыдущих выступающих, в частности, затрагивающие вопросы энергетики. Он характеризует российско-турецкое сотрудничество в сфере энергетики, которое обеспечивает диверсификацию источников энергии и формирование заново энергетической карты мира, как «историческое». В частности, по словам турецкого пресс-секретаря, «Турецкий поток» — это не просто проект, который направлен на доставку российского газа в Европу. Это — проект, который вносит свою лепту в создание новых маршрутов доставки энергоносителей на мировой энергетической карте. Однако, сама Турция этим не ограничивается: пресс-секретарь напоминает про реализацию Турцией проектов TAP и TANAP, которые подразумевают поставку в Европу азербайджанского газа.

С этой точки зрения, Турция, которая не является обладательницей собственных месторождений природного газа и нефти, становится важной энергетической артерией. В этом статусе Турции отводится «критическая и центральная роль» с учётом всех тех проектов, в которых она принимает участие, включая газопроводы «Голубой поток», «Турецкий поток», TAP и TANAP и проч. Здесь И.Калын практически полностью цитирует речь президента РФ В.Путина 19 ноября с.г., на церемонии завершения строительства морского участка «Турецкого потока». Пресс-секретарь И.Калын говорит о том, что предпринимаемые со стороны Турции шаги не направлены «против какой-либо третьей стороны или альянса» (той стороной, которая потенциально наибольшим образом проигрывает от «Турецкого потока», является Украина (а с ней, не будем забывать и про Румынию с Болгарией); вряд ли, Украину успокаивают заверения российского и турецкого руководств о том, что предпринимаемые шаги не направлены против неё, когда экономика проекта – красноречивей любых слов – И.С.).

Более того, Турция и дальше, по словам И.Калына, собирается проводить эту политику, исходя из своих национальных интересов. И, с учетом своего взгляда на Россию, как на «надежного друга» и «партнёра», лишь только будет свои действия «усиливать». Конкретным примером успешного сотрудничества между двумя странами И. Калын назвал Сирию.

Как напомнил турецкий пресс-секретарь, когда женевский процесс начал терять свою жизнеспособность и перестал приводить к результатам, возникла инициатива президентов Турции, России и Ирана – астанинский процесс, который стал платформой, вносящей лепту в женевский процесс: «Мы должны заявить, что в настоящее время астанинская платформа стала главной, приводящей к результату на месте и влекущей за собой конкретные результаты». Хорошим примером работы этой платформы, И. Калын назвал режим прекращения огня в Идлибе, в рамках протокола, подписанного Россией и Турцией. То есть, то что не смогло быть достигнуто в рамках переговоров в Женеве, а также другими группами стран, сделали Россия и Турция и «на них с уважением смотрит весь мир». В противном случае (то есть, в случае военной операции в Идлибе), по словам И.Калына, подверглось бы атаке бы приблизительно 3-3,5 млн человек, из которых, возможно, половина стала бы беженцами. Соответственно, этот гуманитарный кризис самым негативным образом повлиял бы и на Турцию и на европейские страны. Результатом же «интенсивной дипломатии» между президентами Турции и России стало «спасение десятков тысяч жизней». Оттого, российско-турецкое сотрудничество должно оцениваться в рамках большой международной картины.

Но, как отмечает И.Калын, на этом процесс не заканчивается: очевидно, большую важность на этом этапе имеет формирование конституционной комиссии: «по этому вопросу продолжаются активная работа и активные встречи с нашими российскими коллегами». При этом, И.Калын подчеркивает то, что сирийский народ должен сам быть в состоянии, независимо, определять свое политическое будущее. А сирийский президент  Башар Асад, по его словам, давно утратил статус политика, который может обеспечивать реализацию этого переходного политического процесса: «Сирийское будущее должен определять сам сирийский народ, исходя из принципов демократического плюрализма, независимо и равноправно… Эта возможность должна быть им предоставлена. По нашему мнению, Асад является препятствием для этого процесса. Следовательно, мы на эту тему общаемся со своими российскими коллегами и продолжаем встречаться, однако, знаем, какую в ответ они занимают позицию». Но, как заверил И.Калын, невзирая на все трудности, Турция будет, совместно с Россией, продолжать свои усилия, направленные на поиск путей политического урегулирования в Сирии.

52.59MB | MySQL:104 | 0,316sec