Об отношении США и Израиля к военному присутствию Ирана в Сирии

Соединенные Штаты добиваются свертывания военного присутствия, а не политического влияния Ирана в соседней Сирии. С таким утверждением выступил в понедельник 17 декабря в Атлантическом совете в Вашингтоне спецпредставитель США по Сирии Джеймс Джеффри. «Мы считаем, что Иран должен уйти оттуда. И когда мы говорим «Иран», мы имеем в виду иранские сухопутные силы», — сказал про Сирию сотрудник внешнеполитического ведомства США. При этом он не ставил под сомнение политическое влияние Тегерана на Дамаск и не сигнализировал о том, что Вашингтон выступает за ограничение такового. «У Ирана будет дипломатическое влияние в Сирии. Оно существует много десятилетий и теперь усилится, так как изменился относительный баланс сил между режимом [президента Сирии Башара] Асада и Ираном», — отметил Джеффри. «Однако иранские войска, и особенно средства проецирования военной мощи, такие как ракеты и защищающие их средства противовоздушной обороны, сейчас являются угрозой Израилю, в связи с чем Израиль наносит по ним удары. Потенциально они представляют угрозу и для нас (США — прим. ТАСС), наших союзников и партнеров, таких как Иордания и Турция», — добавил американский дипломат. Отметим, что высказывания представителя Госдепа несколько смягчены по сравнению с тем, что он говорил две недели назад во время слушаний в комитете Палаты представителей Конгресса по иностранным делам. «Эта администрация привержена окончательному разгрому ИГ («Исламское государство». Запрещено в России) -авт.), в том числе на всей территории Сирии», — тогда сказал он. «Соединенные Штаты и все наши властные структуры привержены полному выводу всех сил под командованием Ирана со всей территории Сирии и необратимому политическому процессу, а также изменению природы поведения сирийского правительства, поскольку без таких изменений мы не увидим окончания этого конфликта», — отметил Джеффри. «Речь идет не о смене режима. Мы говорим не о личностях, а о политике данного режима», — пояснил дипломат. При этом Джеффри уточнил, что вывод иранских подразделений из Сирии не является военной целью США, однако Вашингтон расценивает Тегеран как угрозу для Израиля, Иордании и Турции на сирийской территории (очень трогательная забота о безопасности Турции и Иордании; остается только спросить на эту тему у официальных лиц в Анкаре и Аммане: до сих пор иорданцы больше боялись своих собственных суннитских радикалов и бедуинов, а турки без проблем ведут консультации с иранцами в астанинском формате – авт.). Он также утверждал, что это должно стать частью политического процесса в САР. В этой связи отметим, что трансформация по американским лекалам означает в том числе и политический уход Тегерана из Сирии (как впрочем, и России). Поэтому ссылка американского дипломата на «иранские сухопутные силы» не выдерживает никакой критики, поскольку таковых там практически нет. Есть советники, есть спецподразделения «Аль-Кудс» КСИР, есть вооруженные формирования иранских, афганских и, что главное, ливанских шиитов. Именно последние являются «наконечником копья» во время основных наступательных операций правительственных сил, но никак не иранские регулярные войска. Тегеран не планирует создавать военные базы в Сирии, поскольку это не отвечает его интересам. Об этом во вторник 4 декабря в интервью агентству ИРНА заявил официальный представитель вооруженных сил Ирана бригадный генерал Абольфазль Шекарчи. «Тегеран совсем не нуждается в военной базе на территории Сирии. Она лишь станет целью для нападения [вражеских сил]», — заявил Шекарчи. Генерал подчеркнул, что информация об участии иранских войск в сирийском конфликте распространяется противниками Тегерана. «В стране нет прямого присутствия наших сил», — отметил он. По его словам, «Иран находится на территории Сирии и Ирака по запросу правительства и народа этих стран и оказывает только экспертную поддержку». «Присутствие иранских советников на территории этих стран абсолютно законно», — добавил он. Власти Исламской Республики Иран официально поддерживают правительство Башара Асада с начала вооруженного конфликта в Сирии в 2011 году. По официальной версии, иранские силы присутствуют на территории страны только в качестве военных советников. Добавим, что в данном конкретном случае официальные и неофициальные данные полностью совпадают. В Сирии нет регулярных иранских сил, и не было никогда, даже в самый тревожный для режима Асада период гражданской войны, когда исламисты приближались к Дамаску и фактически уже вошли в него. Оговорка иранского генерала про базы также примечательны: это безусловно отсылка к основному аргументу израильско-американских усилий в рамках нивелирования иранского военного присутствия в Сирии. То есть, установка иранцами своих ракет в Сирии в рамках ответа на возможный удар израильтян и американцев непосредственно по самому Ирану. Но такой сценарий сейчас практически исключен, поскольку не устраивает ни одну из сторон. Кроме того, в Сирии более, чем надежным гарантом от реализации такого сценария, является российское присутствие и влияние Москвы на Дамаск и Тегеран. Уход советнического корпуса иранцев из Сирии на повестке дня сейчас не стоит, и об этом очень четко не раз заявляли в Дамаске. Но суть иранского присутствия не в этом. Иран уже давно реализует на практике «ливанскую модель» своего присутствия в той или иной стране. И главным ее архитектором является все тот же командующий «Аль-Кудс» КСИР генерал К.Сулеймани, который собственно уже создал вооруженные шиитские милиции из числа местного населения в том же Ираке, Афганистане и теперь не с меньшим успехом делает это в Сирии. Суть такой схемы крайнее проста: создаются в основном моноконфессиональные вооруженные шиитские милиции, которые собственно и берут на себя не только роль основного военного гаранта безопасности своей общины, но и со временем инкорпорируют в кадровый состав национальных армий и превращаются в политические партии, которые активно участвуют в политической жизни страны. В Ираке уже существует пример успешной реализации такой схемы в лице «Аль-Хашед аш-Шааби», то же самое уже давно и по факту существует в Ливне в лице «Хизбаллы», и есть все предпосылки для реализации такой же схемы в Сирии и Афганистане. При этом отметим, что такая схема установления своего влияния лимитировано одним важным фактором — наличием в той или иной стране достаточного количества шиитов. Это основной момент для успеха такой стратегии, даже несмотря на то, что в тех же Ираке или Сирии в состав вооруженных милиций входят и представители иных конфессий. Но их число не принципиально. Другой вопрос — это политические альянсы тех партий, который являются по сути политическими крыльями таких милиций, и пример того же Ливана и Ирака свидетельствует нам о том, что блоки с частью суннитской элиты не являются случайностью. Другими словами, создается системообразующая политическая надстройка шиитских интересов с опорой на реальную военную силу. В этой связи иранцам просто нет большой нужды держать в той или иной стране свои регулярные вооруженные силы. И противопоставить такой схеме установления своего влияния американцам нечего.
К тому же израильский премьер-министр Б.Нетаньхяу несколько подпортил тезис Джефри о нарастании иранских регулярных вооруженные сил в Сирии. Премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху заявил в четверг 13 декабря, что в результате деятельности еврейского государства иранское военное присутствие в Сирии сократилось на 24%. Соответствующее заявление он сделал, выступая перед иностранными послами на месте проведения операции «Северный щит» у границы с Ливаном, где, как утверждают израильские военные, обнаружен прорытый боевиками «Хизбаллы» тоннель.  «Результатом наших усилий стало то, что иранские силы в Сирии сократились на десятки процентов, по меньшей мере на 24%, а в результате американских санкций на такое же количество сократились бюджеты, направляемые на это присутствие», — слова премьера распространила его канцелярия. Пиарщикам израильского премьера надо поставить на вид. Прежде всего потому, что приведен точный процент «сокращения» (не говорим уже о том, что оказывается иранское присутствия сокращается, а не наращивается) Это означает по факту, что израильтяне точно знают общее количество иранских военных в Сирии. Ну тогда в чем проблема, и почему эта цифра не озвучена? Ведь необходимо доказать массовое количество иранских военных в стране. Просто потому, что ни одна разведка мира не сможет с точностью «до штыка» привести количество иранцев в Сирии. За исключением только российской, наверное. Да и то это количество не является константой: иранские советники уезжают, на их место приходят те же ливанцы. Вообще надо отметить, что именно ливанцы играют основную роль советников во многих горячих точках там, где есть иранский интерес. Это и Йемен, и Сирия, и в ситуации вокруг Бахрейна. И иранских советников там минимум, они играют только роль временных контролеров, и не более. Понятно, что израильскому премьеру сейчас надо максимум пиара, но тогда где тема наличия иранских ракет у той же «Хизбаллы»? Израильская сторона в свое время заявила об этом, но тема своего закономерного развития не получила. При этом ливанская территория ничем не уступает сирийской с точки зрения потенциальной опасности ракетных запусков. Американская разведка считает, что Иран наращивает тайные поставки по воздуху ливанской шиитской группировке «Хизбалла» продвинутого оборудования для производства высокоточных ракет. С таким утверждением выступил в 20 октября телеканал «Фокс ньюс». По данным его источников, один иранский грузовой самолет с компонентами системы GPS приземлился в Ливане три дня назад. Рейс авиакомпании Qeshm Fars Air («Кешм Фарс эйр») QFZ-9950 отбыл в неизвестном направлении из Тегерана во вторник. Этот самолет удалось снова засечь в тот же день при приземлении в Дамаске, а потом при вылете в Бейрут. В среду борт отбыл из Бейрута в Доху и на следующий день вернулся в столицу Ирана. «Фокс ньюс» напоминает о том, что премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху в своей речи 27 сентября на Генассамблее ООН утверждал, что при содействии Ирана «Хизбалла» создает в районе международного аэропорта Бейрута, а также на стадионе Ахед и в пригороде Узай подпольные предприятия по усовершенствованию ракет типа «земля-земля». И. о. министра иностранных дел Ливана Джебран Басиль ранее встретился с аккредитованными в стране послами зарубежных стран и отверг утверждения израильского премьера о наличии складов с ракетами, принадлежащих «Хизбалла», в районе международного аэропорта Бейрута. Он предложил им совершить поезду в район аэропорта, чтобы наглядно продемонстрировать «несоответствие действительности утверждений Израиля, о том, что якобы там находятся ракеты». Это абсолютно правильно, потому что никто ракеты и вообще оружие в районе аэропорта не складирует. Оно вывозится и размещается в долине Бекаа на базах «Хизбалла». Там же размещаются и заводы по производству этих ракет. Если еще точнее, то, согласно нашим источникам, «Хизбалла» уже построила, как минимум, два завода по производству ракет и боеприпасов в Ливане для поддержки своих военных усилий в Сирии. Первый завод, расположенный недалеко от Хермеля, в восточной части долины Бекаа, производит ракеты типа «Аль-Фатех 110». На юге, между Сайдой и Тиром, в районе Захрани, построена дублирующая линия по производству ракет и боеприпасов. И в этой связи опять же возникает вопрос к торжествующим реляциям израильского премьера: какой смысл иранцам держать свои ракетные установки в Сирии, нарываясь на соответствующие международные риски, если есть Ливан?

52.17MB | MySQL:103 | 0,613sec