Планы Турции по проведению военной операции против курдов и ИГ в Сирии

21 декабря 2018 г. президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган заявил, что решение США вывести войска из Сирии заставили Турцию подождать некоторое время с проведением новой операции в этой стране. «Наши переговоры с (президентом США Дональдом) Трампом и контакты наших структур заставили нас некоторое время подождать (с операцией). Речь идёт лишь о временной отсрочке операции», — добавил он. Вместе с тем, турецкий лидер сообщил, что «Анкара будет прорабатывать новый план по уничтожению не только курдских формирований «Силы народной самообороны» (YPG), но и террористов экстремистской группировки ИГ (запрещена в РФ)». Эрдоган добавил, что Турция не претендует на территории в Сирии, но не намерена идти на уступки в вопросе обеспечения собственной безопасности. «Мы не претендуем на какие-либо сирийские территории, но мы не пойдём на уступки для обеспечения собственной национальной безопасности. Мы решительно настроены противостоять террористическим нападениями из Сирии», — сказал он. По словам Эрдогана, «Турция была вынуждена предпринять шаги по стабилизации ситуации в Сирии». Он также добавил, что «арабы, курды и туркоманы в Сирии приветствуют операции Анкары, потому что доверяют ей»[i].

Напомним, что президент США Дональд Трамп объявил 19 декабря о решении начать вывод американских войск из Сирии. Он мотивировал это тем, что победа над ИГ в Сирии одержана и что это было единственной причиной, по которой Вооружённые силы США там находились. По словам американских официальных лиц, вывод войск численностью более двух тысяч человек займет от 60 до 100 дней. При этом пресс-секретарь Минобороны США Дана Уайт подчеркнула, что кампания против ИГ не окончена, и что США «продолжат работать со своими партнерами и союзниками для разгрома ИГ». Вашингтон начал военную операцию против ИГ в Ираке в июне 2014 г., а в Сирии — в сентябре 2014 г. С тех пор США создали на территории Сирии 18 военных баз, а в преддверии заявления о выводе войск из Сирии начали строительство 4 наблюдательных пунктов на границе с Турцией. В Турции естественно выступили против строительства наблюдательных пунктов на своей границе, после чего может начаться новая военная операция ВС Турции на севере Сирии. Кстати, когда год назад стало известно, что США создают северную армию в Сирии («армию Сирийского Курдистана’»), Турция опять резко выступала против этого шага США, а потом началась военная операция «Оливковая ветвь» в районе Африна.

Ранее Эрдоган многократно высказался в похожей риторике: «Наши военные не просто так на границе. Мы можем внезапно прийти однажды ночью. Операция против сепаратистской террористической организации YPG/PKK в восточной части Евфрата в Сирии может начаться в любой момент. В Сирии продолжают свое присутствие силы, вошедшие туда под предлогом борьбы с ИГ. Мы не позволим создать коридор террора на наших границах. Мы провели три отдельные операции. В других регионах мы нарушили эти их планы. Сейчас черед востока реки Евфрат. На прошлой неделе мы объявили, что начнем военную операцию к востоку от Евфрата. Наша героическая армия завершила свои приготовления и планы. Однажды ночью мы можем внезапно прийти. В любой момент мы можем атаковать террористов», — сказал он[ii].

Напомним, что в последнее время Эрдоган несколько раз употребил это выражение: «Однажды ночью мы можем внезапно прийти и так же внезапно ударить». В частности он такое заявление сделал и 14 января – перед началом военной операции «Оливковая ветвь» в Африне. Притом Эрдоган тогда напомнил, что он об этом заявил и перед началом военной операции «Щит Евфрата» в 2016 г.[iii] Отметим, что турецкая сторона впервые это выражение использовала перед началом вторжения на Кипр в 1974 г.

25 декабря министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу заявил о намерении Анкары как можно скорее войти на территории к востоку от реки Евфрат на севере Сирии. «Если Турция говорит, что она войдёт в Сирию, то так и будет. Мы будем координировать с США вывод их войск (из Сирии). Мы намерены как можно скорее войти на восток Евфрата», — сказал он. По словам Чавушоглу, Турция «работает над тем, чтобы после ухода США в Сирии не образовался вакуум, который заполнился бы террористическими группировками». Накануне официальный представитель президента Турции Ибрагим Калын сообщил, что Анкара будет «координировать свои действия с Россией к востоку от Евфрата»[iv], а пресс-секретарь возглавляемой президентом Р.Т.Эрдоганом Партии справедливости и развития Омер Челик заявил, что делегация, в состав которую войдут, в том числе главы МИД и Минобороны Турции Мевлют Чавушоглу и Хулуси Акар, посетит Россию 29 декабря[v]. Чавушоглу также заявил, что Турция и США обсудят 8 января в Вашингтоне процесс вывода американских войск из Сирии, не уточнив уровень предстоящих переговоров в американской столице, а О.Челик сообщил, что помощник президента США по национальной безопасности Джон Болтон отправится с визитом в Турцию после Нового года и обсудит с турецкими официальными лицами ситуацию в Сирии.[vi]

Итак, вывод американских военных из Сирии резко увеличит шансы очередного вторжения ВС Турции на север страны. Ранее Эрдогану удалось почти полностью очистить весь западный берег реки Евфрат за исключением района Манбидж. В ноябре Эрдоган заявил, что террористические группировки должны покинуть сирийский Манбидж как можно скорее. Несмотря на присутствие курдов в районе Манбиджа, Эрдоган в последнее время несколько раз заявил о необходимости очистить восточный берег Евфрата. Почему?

  1. Турция уже установила свое военное присутствие в районе Манбиджа. 1 ноября 2018 г. турецкие и американские военные начали совместно патрулировать район Манбиджа на севере Сирии. Район Манбиджа не граничит с Турцией и поэтому не сможет представлять серьезную опасность для турецкой стороны. Ранее мы выразили мнение, что создается впечатление, что в Манбидже по большому счету будет решиться судьба сирийских курдов, потому что если Эрдогану удастся разместить турецкие войска в Манбидже, он будет настоятельно требовать, чтобы то же самое произошло и в Ракке и в других ключевых местах на восточном берегу Евфрата. Ведь если Турция считает YPG террористической организацией, то стоит задача выбить курдов не только из Манбиджа, но также из всех мест, которые находятся под их контролем, это около 25% территории Сирии[vii]. 28 декабря (перед отправкой статьи) стало известно, что YPG призвал Дамаск взять под контроль покинутые ими районы, чтобы защитить территорию от турецкого вторжения, и в итоге армия Сирии вошла в город Манбидж.
  2. Турция хочет увеличить свое военное присутствие на севере Турции, усилить свой голос в решении устройства послевоенной Сирии, нарастить свой вклад в борьбе против терроризма. Уже было сказано, что Турция считает YPG террористической организацией. Во время сирийского конфликта YPG (сирийские курды) сначала стали вызовом, а потом – и возможностью для Турции. Вначале Турция следила за тем, как YPG с помощью США начал побеждать ИГ и контролировать обширные территории, выжидая своего часа. И если 2014 г. можно считать годом ИГ в Сирии (а также в Ираке), а 2015 г. – годом сирийских курдов, то с 2016 г. мы наблюдаем, что каждый год становится годом Турции в Сирии, и что турецкая сторона постепенно увеличивает свое военное присутствие на севере страны. В 2016 г. турецкие военные появились в зоне Ааззаз-Джараблус, в 2017 г. – в провинции Идлиб, в 2018 г. – в районах Африна и Манбиджа. В 2019 г. турецкие военные уже могут появиться и восточнее Евфрата. Это в первую очередь будет зависеть от результатов переговоров Турции с США, Россией и Ираном, а также от действий сирийских курдов, которые как показал пример Манбиджа, а также и другие подобные прецеденты будут вынуждены согласиться на контроль сирийских властей  «в своих владении», усилит позиции России и Ирана в Сирии, и естественно президента Башара Асада. В настоящее время протяженность границы Турции с сирийскими районами, контролируемыми YPG, составляет 480 км, а площадь территории, контролируемой курдами,  составляет 45 000 кв. км. YPG может все это передать под контроль Дамаска. Турция должна поторопиться, пока между YPG и Б.Асадом не достигнутօ аналогичное соглашение о судьбе территории на восточном берегуе Евфрата. По нашему мнению, YPG прекрасно понимает, что не может удержать подконтрольные территории и попытаются договориться с Б.Асадом.
  3. Турция хочет вбить клин в районе Камышлы между сирийскими и иракскими курдами. Это была одной из приоритетных задач Анкары с начала сирийского конфликта и продолжает оставаться таковым и сейчас. Не случайно, что еще в 2011 г. турецкие СМИ сообщили, что Анкара выбрала район Камышлы для создания «буферной зоны» на севере Сирии. Отметим, что район Камышлы находятся в точке схождения сирийской, иракской и турецкой частей Курдистана, и для Анкары все еще приоритетной задачей является предотвращение объединения курдов трех стран.
  4. Экономический фактор тоже может подтокнуть Турцию к вторжению. Отметим, что YPG контролирует районы севера и востока Сирии, богатые нефтью и газом (основные нефтяные поля Сирии, без которых сирийским властям будет очень сложно). 60% сельскохозяйственных земель Сирии находятся под контролем YPG (это наиболее плодородные сельхозрайоны Сирии). YPG также контролирует самое крупное водохранилище и ГЭС на территории Сирии, 70% электроэнергии в Сирии вырабатывается ГЭС, под контролем YPG. Все это представляет интерес для Турции.
  5. В Турции находятся более 3 млн сирийских беженцев, и в случае успешной военной операции на восточном берегу Евфрата, Анкара получит возможность разместить часть этих беженцев, а также менять демографический облик региона. В последнее время, турецкие власти постоянно заявляют, что YPG меняет этническую карту Сирии, что YPG превратила в беженцев почти 1,7 млн сирийцев, большая часть которых – арабы (по расчетам турецкой стороны, почти 70% населения населенных пунктов, контролируемой YPG, составляют арабы). Таким образом, Турция сможет и избавиться от большинства (или части) сирийских беженцев, и получить верную и лояльную силу на севере Сирии. Для большинства сирийских беженцев Эрдогана можно по праву считать спасителем, поскольку он не закрыл ворота Турции во время сирийского конфликта. Турция также начала ремонтировать школы, мечети, больницы на севере Сирии. Например, в регионе взятом под контроль после операции «Щит Евфрата» Турция уже отремонтировала более 100 мечетей, 500 школ, в которых 200 000 детей преподают 6000 учителей. Все это должно усилить доверие местного населения к Турции.

6Хотя Эрдоган заявляет, что Анкара не претендует на территорию  Сирии, в реальности он не против расширения Турции. Не случайно, что в последнее время он вспомнил о Лозаннскօм мирном договоре (1923 г.), заявив о необходимости его обновления. Этот договор установил современные турецкие границы, в том числе и границу между Турцией и Сирией. Расширение Турции необходимо Эрдогану в соперничестве с М.К.Ататюрком, чтобы  оставить более глубокий след в истории турков. Благодаря усилиям Ататюрка в 1930-х годах увеличилась территория Турции за счет той же Сирии (провинция Хатай). Эрдоган может посредством сирийских беженцев, туркоманов, и других жителей северных районов страны провести референдум на севере Сирии, участники которого смогут проголосовать сначала за выход региона из состава Сирии, а потом и за вхождение в состав Турции.

[i] Erdoğan: «Önümüzdeki aylarda Suriye sahasında hem PKK/PYD unsurlarını hem de DEAŞ kalıntılarını …, Haber Türk, 21.12.2018.

[ii] Erdoğan ‘geliyoruz’ dedi teröristler panikte, Sabah, 19.12.2018.

[iii] Cumhurbaşkanı Erdoğan: Bir gece ansızın gelebiliriz, Anadolu Ajansı, 14.01.2018.

[iv] Çavuşoğlu: Türkiye Suriye’ye gireceğim derse girer, Sözcü, 25.12.2018.

[v] Çavuşoğlu, Akar, Fidan ve Kalın’dan oluşacak heyet Moskova’ya gidiyor, Haberrus, 26.12.2018.

[vi] ABD Ulusal Güvenlik Danışmanı Bolton Türkiye’ye geliyor, Star, 26.12.2018.

[vii] Габриелян Айк, Проблема установления контроля над сирийским городом Манбидж как один из ключевых факторов турецко-американских отношений, Институт Ближнего Востока, 17.03.2018.

43.22MB | MySQL:99 | 3,323sec