Об экономических отношениях Катара и ОАЭ

Несмотря на кризис в двусторонних отношениях после событий 2017 года, экономическое сотрудничество ОАЭ и Катара продолжается, хотя его официальные показатели были существенно уменьшены. Дальнейшие перспективы неоднозначны.

В 2016 году министр экономики ОАЭ Ахмед бен Джассим Аль Тани упоминал, что объем двусторонней торговли между двумя государствами по итогам 2015 года достигал 7,2 млрд долл. США[i]. Он же заявлял, что по состоянию на февраль 2016 года около 4 200 катарских предпринимателей и организаций осуществляли деятельность на территории ОАЭ, зарегистрировано 1 074 компании с совместным капиталом[ii]. Представители катарского бизнеса зачастую использовали территорию ОАЭ для заведения деловых контактов с иностранными партнерами, чему способствовал высокий уровень развития торгового, финансового сектора в Абу-Даби и особенно в Дубае. Многие катарские чиновники, в том числе упомянутый Ахмед Аль Тани, получали образование в ОАЭ.

Точные данные о стоимостных показателях экспорта и импорта до 2017 года отсутствуют. Основу экспорта из Катара в ОАЭ составлял и продолжает составлять природный газ, а также, в менее значимых объемах, полиэтилен, продукция сталелитейной промышленности, алюминий. Импорт из соседней страны был представлен широким ассортиментом готовой промышленной продукции, продуктами питания, транспортными средствами.

Долю ОАЭ в структуре импорта Катара можно было оценить минимум в 15 – 17 % (без учета реэкспорта товаров из ОАЭ через Саудовскую Аравию), а в структуре экспорта 5 – 6 %. Абу-Даби был и остается крупнейшим торговым партнером Дохи среди государств-членов ССАГПЗ. При этом характер экономических отношений между двумя странами обуславливал наличие взаимной зависимости друг от друга.

Как мы упомянули выше, ОАЭ осуществляют закупки энергоносителей из Катара, хотя в их недрах тоже содержатся относительно крупные запасы природного газа. Сайт EIA отмечает, что ввиду высокого содержания серы «голубое топливо», добываемое на эмиратских месторождениях, требует дополнительных трудоемких процедур и затрат[iii], а ежегодный рост потребления энергии, оцениваемый правительством страны в 5 – 6%[iv], обуславливает дальнейший рост спроса на этот вид топлива. При этом доля газа в общем производстве электроэнергии, согласно прогнозам правительства ОАЭ, должна составить 76 % к 2021 году (в настоящее время показатель превышает 80%)[v], однако объемы его потребления скорее всего, будут расти. По мнению аналитиков EIA, несмотря на все усилия, удовлетворить внутренние потребности за счет собственного производства природного газа ОАЭ в обозримой перспективе не смогут. Импорт «голубого топлива» из соседнего Катара начал осуществляться еще в 2000-х гг. с использованием газотранспортной инфраструктуры, функционирующей в рамках интегрированного проекта Dolphin, который позволяет доставлять топливо не только в Абу-Даби, но и во все остальные эмираты (рис. 1). Владельцами инфраструктуры являются Mubadala Investment Corporation (51 %, ОАЭ), Occidental Petroleum Corporation (24,5 %, США) и Total (24, 5 %, Франция)[vi].

Рис. 1 Схема газотранспортной инфраструктуры, функционирующей в рамках проекта Dolphin

Особо отметим, что дипломатический кризис лета 2017 года не повлиял на сотрудничество в сфере транспортировки природного газа: генеральный директор Qatar Petroleum Саад Шарида аль-Кааби в сентябре 2018 года заявил, что катарская сторона намерена выполнять свои обязательства в рамках контракта до его истечения в 2032 году[vii]. Возможно, нежелание Дохи осложнять этот аспект двустороннего сотрудничество было обусловлено вовлеченностью в данный проект представителей американского и европейского бизнеса, которые крайне негативно относятся к негативному влиянию политических осложнений на достигнутые договоренности. В настоящее время катарские чиновники указывают это как аргумент в пользу того, что Доха соблюдает принципы и требования ВТО, не применяя мер административного воздействия на двустороннее экономическое сотрудничество.

Зависимость ОАЭ от Катара в вопросе энергетической безопасности остается существенной: по утверждению EIA, импорт с помощью этой инфраструктуры позволяет удовлетворять более 25% внутреннего спроса на газ (некоторые иные источники указывают 30%) и производить до 50% потребляемого в стране электричества. Дальнейшее увеличение объемов транспортировки по трубопроводу Dolphin маловероятно ввиду технических характеристик. Однако это единственный аспект, на который официально не повлиял кризис в двусторонних отношениях между двумя странами. Ежегодные стоимостные показатели экспорта из Катара в ОАЭ теперь составляют примерно 1,5 млрд дол. США (данные 2018 года).

Что касается катарского импорта, то относительно крупная доля ОАЭ достигалась за счет реэкспортных возможностей Дубая. Благодаря развитому логистическому сектору и налаженным торговым связям торговые компании использовали порт Джебель Али, где партии товаров с крупных судов перегружались на небольшие транспортные средства и морем направлялись в Катар. Вместе с Саудовской Аравией ОАЭ формировали до 60% импорта в общей структуре эмирата (40 — 45 % и 15 — 20% соответственно). Однако показатель ОАЭ в реальности мог быть существенно выше, так как часть эмиратских товаров попадала в Катар с использованием логистических маршрутов (автомобильные дороги) через территорию королевства. Точная статистика такого реэкспорта отсутствует.

В 2017 году со стороны Абу-Даби был введен запрет на обслуживание грузов катарского происхождения в портах ОАЭ, однако в 2019 году формулировка была изменена на ограничение в обслуживании судов, которые ходят под катарским флагом[viii].

Как известно, руководство Катара приняло меры по быстрой замене направлений импорта, включая активизацию контактов с Турцией, Ираном, Пакистаном. В 2018 году существенно увеличились показатели импорта из Султаната Оман (более 500 млн долл. США) и Кувейта (более 200 млн дол. США).

Согласно некоторым источникам, экспорт из ОАЭ в Катар сократился почти до нулевого значения в 2018 году. Конечно, подобная тенденция вызывает недовольство многих представителей бизнес-сообщества Дубая и Абу-Даби. Тем более, подготовка к чемпионату мира по футболу продолжается, а это означает наличие крупного рынка сбыта, в котором заинтересованы реэкспортеры из ОАЭ.

Правительство Катара в 2018 году заявляло, что продукция, поступающая из всех государств, объявивших блокаду, должна проходить процедуры таможенного и иного контроля при ввозе в страну с максимальной строгостью, а министерство экономики выступило с официальным призывом прекратить бизнес контакты с Египтом, ОАЭ, Саудовской Аравией и Бахрейном[ix]. Хотя в формулировках правительства не содержалось непосредственного требования о запрете на ведение торговой деятельности, в ОАЭ это было воспринято именно так.

В январе 2019 года со стороны Абу-Даби была даже направлена жалоба в ВТО на имевшие место (по мнению руководства ОАЭ) меры административного воздействия со стороны Дохи на двустороннее экономическое сотрудничество, что нарушает принципы международной торговли и влечет за собой несоблюдение обязательств со стороны Катара как члена этой организации. Однако катарские чиновники отвергают эти обвинения, указывая на наличие соответствующих негласных запретов на двустороннюю торговлю со стороны эмиратских властей. Интересно, что в августе ОАЭ отозвали этот документ, мотивируя свое решение достижением договоренностей с катарской стороной[x]. Добавим, что подобный инцидент не единственный: обе стороны в последние годы регулярно направляют жалобы в различные инстанции с взаимными обвинениями. Информация о возобновлении официальных показателей торговли между ОАЭ и Катаром в 2019 году отсутствует.

Вместе с тем, несмотря на бодрые заверения правительства Катара о полной ликвидации негативных последствий дипломатического кризиса 2017 года для экономики страны за счет диверсификации импортных поставок, развития портовой инфраструктуры, расширения собственной производственной базы, значение ОАЭ для Дохи не следует недооценивать. Дубай является огромным логистическим хабом, аналогов которого в регионе пока нет. К примеру, некоторые логистические компании указывают на сложность работы непосредственно с катарскими покупателями: с учетом ограниченного рынка сбыта перевозка небольших партий грузов на далекие расстояния в направлении Катара является мало рентабельной, тогда как при взаимодействии с ОАЭ подобные схемы были хорошо отработаны. Принятые катарским правительством меры были способны компенсировать потери от торговых связей с этой страной, но они были возможны лишь в условиях  и безвозмездных инвестиций со стороны государства. В долгосрочной перспективе применение этих мер будет связано с серьезными расходами. Кроме того, в ОАЭ широко развита туристическая отрасль, которую планирует развивать Катар, финансовый и торговый сектор, страна является важным центром для заведения бизнес контактов. Все эти услуги востребованы для представителей эмиратского бизнеса. Осмелимся предположить, что для такой небольшой страны с низко диверсифицированным уровнем развития экономики решить многие проблемы без ОАЭ будет непросто.

Некоторые СМИ указывают, что в реальности двусторонняя торговля продолжается, причем активно, так как налаженные бизнес связи между Дубаем и Катаром достаточно прочны. Но перевозчики вынуждены специально заходить в порты третьих стран (Кувейт, Оман, Ирак) с одной единственной целью – обозначить «неэмиратское» происхождение товаров[xi]. Такие абсолютно ненужные с экономической точки зрения действия влекут за собой рост цен на логистику, а конечным плательщиком за это являются потребители.

Таким образом, взаимная заинтересованность в поддержке и развитии двусторонних отношений Катара и ОАЭ имеется. Для Абу-Даби Доха важна как крупный поставщик природного газа, спрос на который будет увеличиваться в последние годы. Для Катара, в свою очередь, ОАЭ (в первую очередь Дубай) важны для удовлетворения потребностей в логистических и некоторых других услугах. Политические противоречия между руководством двух государств пока не перевесили важность экономических аспектов взаимовыгодного сотрудничества.

[i] https://www.thepeninsulaqatar.com/article/26/02/2016/Qatar-UAE-trade-volume-hits-QR26.1bn

[ii] Там же

[iii] https://www.eia.gov/beta/international/analysis.php?iso=ARE

[iv] https://government.ae/en/information-and-services/environment-and-energy/water-and-energy/energy-#targetText=The%20UAE%20aims%20to%20achieve,generating%20power%20through%20renewable%20energy.&targetText=According%20to%20Business%20Monitor%20International,consumption%20of%205.6%20per%20cent.

[v] Там же

[vi] http://www.qatar-gulfnews.com/why-uae-needs-qatar-qatar-supplies-35-of-united-arab-emirates-energy-needs-every-day-2/

[vii] https://www.middleeastmonitor.com/20180927-despite-blockade-qatar-to-supply-uae-with-natural-gas-until-2032/

[viii] https://www.aljazeera.com/news/2019/02/uae-eases-qatar-shipping-ban-continuing-gulf-dispute-190220152356122.html

[ix] https://www.reuters.com/article/us-gulf-qatar-goods/qatar-bans-goods-from-uae-saudi-as-embargo-anniversary-approaches-idUSKCN1IS06V

[x] https://www.france24.com/en/20190808-uae-pulls-wto-trade-complaint-against-qatar

[xi] https://www.reuters.com/article/us-gulf-qatar-emirates/uae-eases-qatar-shipping-ban-amid-continuing-dispute-idUSKCN1Q91T7

52.52MB | MySQL:109 | 0,350sec