О факторах влияющих на американо-турецкие отношения

США пора вывозить ядерное оружие с турецкой территории, поскольку отношения с Турцией достигли низшей отметки. Такое мнение высказал в среду 30 октября американский эксперт, экс-заместитель помощника госсекретаря США в администрации президента Джорджа Буша-младшего Стивен Пайфер на страницах журнала «Нэшнл интерест». «Отношения США и Турции достигли дна. В прошлом месяце один сенатор-республиканец предложил приостановить членство Турции в НАТО, а госсекретарь США Майкл Помпео допустил использование силы против своенравного союзника, — говорится в публикации. — В связи с этими обстоятельствами ядерным вооружениям США больше нечего делать в Турции, пора вернуть их домой. Турция — это не [подходящее] место для хранения американского ядерного оружия».  «Рациональность держать ядерное оружие на турецкой базе Инджирлик с каждым днем становится все более сомнительной. Пришло время вернуть наши ВВС домой», — подчеркивает дипломат. В этой связи сразу заметим, что ссылки эксперта на угрозы в адрес Анкары со стороны госсекретаря США М.Помпео в общем-то имеют мало практического смысла. Он произносит свои опровергающие друг друга заявления со скоростью пулемета, явно не успевая за быстро меняющимся настроением своего шефа. Поэтому за основу нынешней позиции Вашингтона в отношении Анкары все-таки надо полагать последнее по времени заявление Помпео. США не обладают информацией, подтверждающей акты геноцида со стороны войск Турции в отношении курдов на севере Сирии. Об этом заявил в среду в интервью телеканалу «Фокс ньюс» госсекретарь Майкл Помпео. Ему был задан вопрос, в курсе ли он сообщений об актах геноцида в отношении сирийских курдов в рамках военной операции Турции «Источник мира». «Поступающие нам донесения расходятся с этим», — ответил Помпео. «Мы будем продолжать отслеживать ситуацию. Руководство Турции взяло на себя реальные обязательства перед вице-президентом США Майклом Пенсом и мною, мы намереваемся обеспечивать выполнение ими взятых на себя обязательств», — заверил госсекректарь США.  Отношения между Вашингтоном и Анкарой обострились после начатой Турцией 9 октября операцией «Источник мира» на севере Сирии. Глава Белого дома Дональд Трамп даже пригрозил обрушить турецкую экономику, 14 октября были введены санкции. 17 октября стороны договорились о прекращении огня на северо-востоке Сирии, после чего Трамп 23 октября отменил рестрикции, но оставил за собой право восстановить меры и увеличить пошлины на турецкие товары, если Анкара не выполнит свои обязательства.  Новый виток напряженности произошел во вторник, когда Палата представителей Конгресса США одобрила законопроект о санкциях против Турции и ее финансового сектора в связи с операцией в Сирии и покупкой российских зенитных ракетных систем (ЗРС) С-400. В тот же день нижняя палата Конгресса почти единогласно приняла резолюцию о признании геноцид армян в Османской империи в 1915 году: 405 «за» при 11 «против».     Действия парламентариев США вызвали ожидаемо резкую реакцию со стороны Анкары. Администрация президента и Министерство иностранных дел Турции выступили с заявлениями, в которых обвинили конгрессменов в «политической близорукости» и возложили на них ответственность за неизбежное ухудшение турецко-американских отношений. В МИД Турции был вызван посол США.  Ранее резолюция с призывом принять санкции против Турции в связи с ее военной операцией в Сирии была принята Европарламентом. В ответ президент Турции Р.Т.Эрдоган в очередной раз пригрозил открыть границу с ЕС для сирийских беженцев, находящихся на турецкой территории. В этой связи сразу отметим, что связывать в одну логическую цепочку действия Трампа и Конгресса США в корне неправильно. Трамп своими пропагандистскими заявлениями сдерживал прыть Анкары в рамках ее наступательной операции с точки зрения создания оптимальных условий для вывода американских войск из северных районов. Случайное попадание турецкого снаряда рядом с американским блок-постом и ранение двух американских военнослужащих только сильно стимулировало такие заявления. При этом конечной целью американского президента было не наказание Анкары, и тем более — разрыв с ней всех отношений. Прагматик до мозга костей Трамп в данном случае играл в долгую, то есть «кнутом и пряником» создавал базу для нормализации отношений с Анкарой прежде всего в рамках восстановления стратегических отношений и отрыва в конечном счете ее из российской орбиты. Создавать какие-то серьезные барьеры на пути распространения иранской экспансии в регионе без Турции (и заодно без его главного регионального союзника Катара) в общем-то является неблагодарным делом. И ровно все его первично введенные санкции носили предельно символический характер, и были тут же отменены после визита в Турцию Пенса. Если совсем грубо, то Трамп создал оптимальную базу для визита в Турцию Р.Т.Эрдогана и достижения в его рамках прорывных решений на этом направлении. Мы уже говорили, что это был бы самый негативный для интересов Москвы сценарий развития ситуации, который в состоянии похоронить в конечном счете не только сам Астанинский формат (а это прерогатива всей дипломатической активности Москвы, и даже первое заседание Конституционного комитета на днях в большей степени в качестве своего главного итога имел всю ту же информационную нагрузку «жизнеспособности Астаны»), но и вообще внятную динамику на пути мирного решения сирийского кризиса. Теперь этот визит вроде бы под вопросом. Президент Турции Р.Т.Эрдоган заявил, что пока не принял окончательного решения по поводу своего визита в США, намеченного на 13 ноября. Об этом в среду 29 октября сообщило Анатолийское агентство. По его данным, турецкий лидер заявил, что визит в Соединенные Штаты остается под вопросом. В этой связи рискнем предположить, что такой визит все-таки состоится, несмотря на все старания демократов. Последних в данном случае надо рассматривать как палочку-выручалочку для Москвы, представители Демократической партии в рамках своей личной ненависти к Трампу делают очевидные глупости с точки зрения национальных интересов США и играют на интерес России.  Фактически принятый конгрессменами законопроекты направлены не только и не столько против Турции, сколько против президента   США. В том числе и в рамках таких шагов пожертвовать отношениями с Анкарой, которая до сих пор являлась в восточном Средиземноморье ключевым партнером Вашингтона в рамках НАТО. Призывы к выводу ядерного оружия с турецкой базы, что активно вбрасывается сейчас в информационное пространство США, это как раз первый принципиальный шаг к такому выходу Турции из альянса. При этом в итоге в долгосрочной перспективе проиграет прежде всего Вашингтон, прежде всего с точки зрения автоматического еще большего прогресса в отношениях Анкары с Москвой. И соответственно — существенного облегчения жизни России с точки зрения диалога с Турцией по вопросу дальнейшее послевоенного обустройства той же Сирии. К сожалению, стоит отметить, что все эти потуги демократов видимо в конечном счете останутся только декларативными попытками.
Одобренный американскими законодателями документ обязывает президента США Дональда Трампа «ввести санкции против определенных должностных лиц, связанных с вторжением [в Сирию], включая министра национальной обороны Турции». Он также предусматривает финансовые санкции в отношении крупного турецкого государственного банка Halkbank («Халкбанк») и «любых других финансовых учреждений, которые, по сведениям Госдепартамента, умышленно содействовали значительным сделкам с участием турецких вооруженных сил или оборонной промышленности Турции, причастных к вторжению». Согласно законопроекту, американское внешнеполитическое ведомство, Министерство финансов и разведка должны предоставить подробную информацию об активах, инвестициях, деловых интересах и доходах президента Турции и членов его семьи. Вашингтонская администрация должна передать Конгрессу «отчет о последствиях вторжения [Турции в Сирию] для национальной безопасности» США.   Кроме того, американским властям запрещено «предоставлять правительству Турции товары, услуги и технологии оборонного назначения», если они могут быть использованы в операции в Сирии, которую Анкара организовала, чтобы очистить приграничные районы от курдских вооруженных формирований, признанных в Турции террористическими.    Законодатели также обязали вашингтонскую администрацию в связи с покупкой Анкарой систем С-400 применить рестрикции, которые предусмотрены принятым в США в 2017 году законом CAATSA. Этот нормативно-правовой акт предполагает, в частности, введение правительством США санкций в отношении тех государств, которые заключают с Россией крупные контракты на закупку у нее оружия и военной техники. «Покупка Турцией российских ЗРС С-400 <…> должна считаться значительной сделкой, описанной в соответствующем пункте [CAATSA]», — отмечается в законопроекте. В связи с этим не позднее чем через 30 дней после принятия данной инициативы президент «должен ввести пять или более санкционных мер», указанных в соответствующем пункте CAATSA, в отношении правительства Турции. Рискнем предположить, что этот законопроект будет либо заблокирован республиканским большинством при рассмотрении в Сенате или лично Трампом, что он сделает скорее всего по итогам визита турецкого президента в США. При этом резолюция о признании геноцида армян не требует одобрения Сената и президента. С учетом предсказуемой негативно реакции Анкары проекты документа о признании геноцида армян вносились в Конгресс годами и даже десятилетиями, но до голосования по ним так ни разу и не дошло.  На сей раз проект документа, пылившийся в Палате представителей с января нынешнего года, был поставлен на голосование и принят почти единогласно. Очевидно, поддержавшие резолюцию республиканцы сочли, что документ, представляющий собой, по сути, политическую декларацию и не влекущий за собой юридических последствий, не принесет большого вреда. Это логично: Анкара все время стремилась в ЕС, а там вопрос с признанием геноцида уже давно решен. Турки отреагировали предсказуемо и в основном по дипломатическим каналам. Посол США в Анкаре Дэвид Саттерфилд был вызван в МИД Турции «в связи с решением Палаты представителей Конгресса США по событиям 1915 года, в котором отсутствует какая-либо историческая и правовая база». Турецкое внешнеполитическое ведомство выступило также с официальным заявлением, в котором говорится: «Проект санкций, которые направлены против наших должностных лиц и вооруженных сил, несовместим с основами сотрудничества наших стран в рамках НАТО и противоречит договоренностям по Сирии, достигнутым с администрацией США 17 октября». МИД Турции призвал США принять необходимые меры, чтобы «предотвратить дальнейшее ухудшение отношений» между Анкарой и Вашингтоном. Официальный представитель президента Турции Ибрагим Калын назвал резолюцию о признании геноцида армян «одним из постыдных примеров политизации истории». По его мнению, Соединенным Штатам следует «сначала посмотреть на свою историю, на кровавое прошлое поддерживаемых Америкой террористических организаций Рабочая партия Курдистана и АСАЛА». В общем-то оговорки про НАТО во всех заявлениях турецких официальных лиц не случайны. Анкара ни при каких обстоятельствах не хочет выходить из альянса, и американцы не хотят ее из НАТО изгонять. И в этой связи тема закупки российских ПВО становится для Анкары вопросом торга и по этому вопросу тоже. Если совсем линейно, то совершенно ненужная для турок система ПВО (если не считать удовлетворения амбиций по вопросу наличия такой системы у антагониста в лице Греции) используется ими прежде всего с точки зрения повышения своих переговорных козырей с американцами по всему комплексу двусторонних отношений, и, прежде всего, — по вопросу заключения нового торгового соглашения. Американская администрация пока не может убедить турецкие власти отказаться от приобретенных у России зенитных ракетных систем С-400, несмотря на все усилия Вашингтона в данной области. Это признал выдвинутый президентом США Дональдом Трампом на должность американского посла в Москве Джон Салливан. Он выступил на слушаниях в комитете по иностранным делам Сената Конгресса США, посвященных рассмотрению его кандидатуры. «Мы еще не достигли этой точки, не убедили турок как союзников по НАТО в необходимости ликвидировать уже нанесенный ими ущерб посредством отказа от этих систем до того, как те достигнут полной боевой готовности и начнут «красить» летательные аппараты (то есть использоваться для обнаружения целей — прим. ТАСС)», — заявил Салливан. В настоящее время он занимает пост первого заместителя госсекретаря США. В сентябре 2017 года Россия сообщила о заключенном с Турцией контракте на поставку С-400, его стоимость составляет 2,5 млрд долларов. Анкара получит полковой комплект (два дивизиона). Контракт подразумевает частичную передачу технологий производства турецкой стороне. Первые поставки начались 12 июля. Но при этом турки категорически отказались обсуждать в реальном поле вопросы закупки российских военных самолетов в ущерб сделки по F-16. Они явно оставляют поле для маневра.
По мнению руководителя Центра Ближнего и Среднего Востока Российского института стратегических исследования (РИСИ) Владимира Фитина, Турция, возможно, ограничится резкими заявлениями, но не станет прибегать к действительно серьезным политическим шагам, как, например, отмена запланированного на ноябрь визита Эрдогана в США. «МИД Турции, естественно, выразил протест, как он обычно это делает. Но, учитывая большую заинтересованность в сохранении отношений как с турецкой, так и с американской стороны, не думаю, что принятие резолюции [о признании геноцида армян] сильно повлияет на стратегический характер отношений», — сказал эксперт ТАСС. Согласимся с этой оценкой: действия Трампа по выводу сил США из критически важных для турок районов Сирии дали Анкаре очень обнадеживающий сигнал. Но дело даже в ином: после того, как Анкара вышла на договоренности с Москвой по вопросу вывода курдов и совместном патрулировании; после того как запустился пока с чисто формальной точки зрения Конституционный комитет, Турция будет искать альтернативную точку опоры в регионе. Это очевидная и давно известная практика Р.Т.Эрдогана: он всегда ищет баланс отношений между двумя полюсами силы в лице Москвы и Вашингтона. И то, что с американцами, несмотря на все усилия и сигналы со стороны турецкого президента, это долгое время выходило со спорным эффектом, вина не Р.Т.Эрдогана. На этот раз настроение к взаимному сближению у Р.Т.Эрдогана и Д.Трампа взаимное, и это плохо. Рискнем констатировать, что расхождения по вопросу геноцида армян вряд ли этому смогут помешать.
В этой связи отметим, что реакция Брюсселя на все эти события в принципе являются зеркальным отношением позиции Вашингтона. Турецкая военная операция в Сирии, которая дала американским законодателям повод для подготовки санкций, была негативно встречена и европейскими партнерами Анкары. Лидеры стран Евросоюза на регулярной встрече в Брюсселе назвали операцию «угрожающей европейской безопасности», однако не стали вводить оружейное эмбарго против партнера по НАТО, хотя отдельные государства ЕС все же приняли решение прекратить выдачу лицензий и продажу вооружений Турции. Вслед за этим Европарламент принял резолюцию, в которой осудил действия Анкары и призвал «ввести ряд целенаправленных санкций и визовых запретов в отношении турецких должностных лиц, ответственных за нарушения прав человека, а также рассмотреть вопрос о принятии целенаправленных экономических мер против Турции».  Резолюция Европарламента не носит юридически обязывающего характера, тем не менее турецкий лидер достаточно резко отреагировал на нее, вновь пригрозив открыть границы для сотен тысяч сирийских беженцев. В этой связи констатируем, что вся эта реакция носит предельно дипломатический и не чему не обязывающий характер.
В этой связи констатируем, что делать определенные выводы о динамике развития ситуации в Сирии в контексте состояния турецко-американских отношений можно будет только по итогам визита Р.Т.Эрдогана в США. Если он состоится конечно. Такая опция была для Москвы оптимальным сценарием. В противном случае в случае прорыва на этих переговорах нам стоит ожидать постепенного затухания прогресса между Анкарой и Москвой по вопросу сирийского досье. Это будет следовать из того простого факта, что сохранение режима Асада у власти в том или ином качестве (и заодно российских военных баз на сирийской территории) одинаково не принимается ни Вашингтоном, ни Анкарой. И по этому вопросу не надо обманываться. Это означает только то, что все проекты мирного урегулирования в Сирии теперь получат дополнительного союзника в лице Турции. Как только турки смогут реализовать своей проект по возвращению сирийских беженцев, они начнут с все большим энтузиазмом требовать учета их голосов в рамках предстоящих выборов. Как и всех тех миллионов сирийских беженцев, которые живут и будут проживать за пределами Сирии. И для этой кампании им нужна поддержка Вашингтона.

55.85MB | MySQL:105 | 0,395sec