О военно-техническом сотрудничестве Туниса с Турцией

Уходящий премьер-министр Туниса Юсеф Шахед 8 ноября тайно ратифицировал указом соглашение о военном сотрудничестве, подписанное Беджи Каидом эс-Себси и Реджепом Тайипом Эрдоганом, когда последний посетил Тунис в декабре 2017 года. Соглашение, третье в области ВТС между двумя странами с 2015 года, должно стимулировать двустороннее военное сотрудничество и позволить турецкому «Эксимбанку» финансировать закупки Тунисом турецкой военной техники. Кредитная линия, прилагаемая к соглашению, которая составляет не менее 200 млн долларов, должна пойти, в частности, на покупку вооруженных беспилотных летательных аппаратов. Три четверти из них предназначены для армии Туниса, а остальные — для Министерства внутренних дел. Первое соглашение о финансировании было подписано исламистским правительством Хамади Джебали в 2012 году и дополнено двумя соглашениями о финансовом и военном сотрудничестве, которые были тайно подписаны в Анкаре в 2015 и 2016 годах при поддержке эс-Себси. Ряд турецких поставщиков уже воспользовались этими соглашениями. Производитель бронетранспортеров BMC, который контролируется Ethem Sançak (связан с семьей Эрдогана), продал Тунису более 100 противоминных транспортных средств с защитой от засад (MRAP) Kirpi, некоторые из которых оснащены системами ночного и дневного наблюдения Aselsan Falconeye-MW. Его конкурент Nurol Makina также поставил по меньшей мере 70 автомобилей Ejder Yalcin MRAP, в то время как Otokar поставила свои полноприводные автомобили Cobra. Помимо этого6 в рамках этих соглашений турецкие компании поставили в Тунис бронежилеты и шлемы. Если учесть тот факт, что спикер тунисского парламента и патриарх исламистской партии «Ан-Нахда» Р.Ганнуши является ярым сторонником развития отношений с Анкарой в области военно-технического сотрудничества, то сложно ожидать, что приведенный им фактически в кресло премьер-министра Хабиб Джемли этот курс поменяет. Таким образом перед Турций открываются новые перспективы входа на тунисский оружейный рынок.
При этом государственный конгломерат Turkish Aerospace Industries (TAI) и его конкурент из частного сектора Baykar Makina уже несколько месяцев ведут борьбу за этот контракт: первые заявки были поданы тунисскому правительству еще в июне с.г. TAI предлагает свой среднемагистральный беспилотный летательный аппарат Anka, самая последняя версия которого, Anka-S, может быть оснащена управляемыми ракетами. Baykar Makina предлагает свой вооруженный беспилотник Bayraktar TB-2, несколько из которых используются сейчас на ливийском фронте для поддержки сил правительства национального согласия (ПНС) Фаиза Сараджа. Управляемые турецкими военными операторами, они доказали свою эффективность в боях против Ливийской национальной армии (ЛНА) Халифы Хафтара, даже несмотря на то, что на сегодня большинство из них уже уничтожено авиацией ЛНА. У Baykar Makina есть одно важное конкурентное преимущество: у нее есть прямая линия с турецким президентом. Группа, которая изначально специализировалась в области производства автомобилей, принадлежит инженеру Оздемиру Байрактару, сын которого Сельчук Байрактар (является главным техническим директором группы и отвечает за ее оборонное подразделение) женат на дочери и политическом советнике главы турецкого государства Сумейе Эрдоган. Именно благодаря во многом этому обстоятельству компания в последние несколько лет быстро поднялась на видное место в турецкой авиационной промышленности, получив несколько крупных контрактов от турецкого правительства. Проект Bayraktar TB2, мощности которого сопоставимы с американским беспилотником Reaper, начал разрабатываться в 2009 году при финансовой поддержке SSM, отраслевого департамента Министерства обороны Турции. Изначально Baykar Makina сотрудничала с двигателестроительным конгломератом Kale Group. Турецкий партнер Pratt & Whitney, дочерней компании United Technologies США, и британского Rolls-Royce, Kale был настроен стать главным местным партнером для обслуживания F-35 для турецких вооруженных сил, что сейчас в силу известных обстоятельств находится под большим вопросом. Первоначально разработанный как простой тактический наблюдательный беспилотник, Bayraktar TB2 может нести оружие, и с 2015 года он был развернут в Сирии для проведения атак против боевиков из Рабочей партии Курдистана. Турецкие вооруженные силы имеют флот из более чем 60 Bayraktar TB2, еще десяток дронов такого типа находится на вооружении турецкой полиции. Катар, союзник Турции, уже заказал 6 беспилотных летательных аппаратов для своего центра разведки и наблюдения (РСК), возглавляемого Халидом бен Ахмадом аль-Кувари. Некоторые из них были поставлены в начале этого года. Незадолго до окончания срока полномочий президента Петра Порошенко в апреле Украина также заказала 12 «Bayraktar TB2», но в настоящее время нет уверенности в том, что этот контакт будет выполнен. Интересно, что несколько лет назад ОАЭ также вели переговоры о приобретении БПЛА Anka , построенного турецкой авиастроительной промышленностью (TAI), которая исторически была ближе к турецкой армии, чем Эрдоган, и является мажоритарной собственностью турецкого фонда Вооруженных вил. Но переговоры с ОАЭ были остановлены, когда Саудовская Аравия, ОАЭ, Египет и Бахрейн разорвали дипломатические связи с Катаром и ввели сухопутную, морскую и воздушную блокаду против него в июне 2017 года. После этого ОАЭ сделали ставку на кооперацию с китайцами в рамках оснащения версии китайского дрона Loong, построенного Chengdu Aircraft Industry Group (CAIG), эмиратскими инструментами разведки и наблюдения (ISR).
На сегодня тунисская армия имеет только американские беспилотники наблюдения ScanEagle производства Boeing, которые поставлялись в Тунис с 2011 года. При этом Вашингтон не желает поставлять атакующие беспилотники, на которые рассчитывают тунисские военные. Еще одним сдерживающим американские поставки моментом является недостаточные финансовые возможности Туниса для закупки такого рода оборудования, а кредит на эти цели американцы давать отказываются. На этом фоне исламистская партия «Ан-Нахда», которая является ключевой силой на политической арене Туниса, всячески способствовала широкому стратегическому союзу с Турцией, что поддерживал и бывший президент Беджи Каид эс-Себси.

52.77MB | MySQL:107 | 0,439sec