О позициях движения «Братья-мусульмане» в Бахрейне

Военно-политическая обстановка в Бахрейне остается сложной, чему способствуют последствия кризиса межконфессиональных отношений в стране, обострение политических противоречий между государствами региона, ухудшение экономической обстановки. Перспектива преодоления конфликта и восстановления доверия в обществе представляется туманной.

Значительная часть исследований, в том числе опубликованных на сайте ИБВ, посвящена анализу политических организаций, представляющих интересы преимущественно той части населения королевства, которая исповедует ислам шиитского толка. При этом важную роль в жизни Бахрейна играют также организации, которые пользуются широкой поддержкой среди мусульман-суннитов, живущихя в королевстве. К таковым относятся Al-Asala Political Society (далее – Al-Asala) и Al-Menbar al-Islami (далее – Al-Menbar). Первое является политическим крылом At-Tarbiya al-Islamiya («Исламское образование»), консервативного движения салафитского толка. Второе представляет интересы более либерального Jamaa al-Eslah (далее – Al-Eslah), позиционирующее себя как филиал движения «Братья-мусульмане» в Бахрейне. Этой организации посвящена настоящая статья.

Проникновение активистов из движения «Братья-мусульмане» не территорию арабских стран Персидского залива началось еще в 1930-х гг. Однако, по утверждению бахрейнских источников, их первой официально созданной организацией в регионе стал так называемый Nadi at-Talibi («Клуб студентов» – арабск.), созданный в 1941 году в городе Мухаррак. В 1948 году название было заменено на Nadi al-Eslah («Клуб за реформы» — арабск.), а в 1980 году организация официально зарегистрирована под названием Jamaa al-Eslah («Сообщество за реформы» — арабск.).

Al-Eslah позиционирует себя как неправительственная организация, цели которой — способствование построению общества, приверженного исламу как наиболее авторитетному и всеобъемлющему подходу, процветанию государства, укреплению национального единства, борьба с коррупцией, расширение прав женщин, воспитание молодежи на принципах глубокого уважения религии, усиление связей общества с арабским и исламским миром, укрепление дружеских отношений с государствами Персидского залива. Основной путь – пропаганда и информирование общественности, сотрудничество с правительственными и неправительственными организациями в целях более глубокого внедрения в жизнь принципов ислама[i].

В первые десятилетия своего существования группа занималась главным образом проведением мероприятий культурной, просветительской и социальной направленности. Позднее также осуществлялись акции, направленные на поддержку Палестины (финансовая помощь при строительстве здания для Исламского университета сектора Гаа в 2005 году, направление пяти машин «скорой помощи» в Газу в 2009 году).

Значительная часть сторонников этого движения представлена мусульманами-суннитами, проживающими в королевстве. Как правило, это выходцы из городских классов, представители интеллигенции, бизнеса, государственные служащие. Важно упомянуть, что в условиях Бахрейна они занимают более привилегированное положение в обществе и более хорошо обеспечены. Ввиду этого, оппозиционные настроения менее популярны среди суннитского меньшинства по сравнению с шиитской общиной. Тем более, несмотря на лозунги о справедливости, необходимости повышения уровня жизни населения и укрепления стабильности, Al-Eslah, равно как и Al-Asala, не затрагивают тему равноправия между шиитами и суннитами, то есть, фактически поддерживают сложившуюся систему отношений между конфессиональными группами в обществе. Это существенно способствует их популярности среди мусульман-суннитов. Тоже самое касается присутствия иностранных воинских контингентов на территории страны, которое не является предметом острой критики со стороны Al-Eslah, так как способствует стабильности в королевстве, особенно перед угрозой возможного иранского вмешательства в дела страны.

Согласно ряду оценок, немало сторонников этого движения присутствует и в рядах трудовых мигрантов, особенно интеллигенции, а также так называемых «натурализованных» бахрейнцев (уроженцев других государств, которые получили бахрейнское подданство).

Что касается возможного сотрудничества Al-Eslah с оппозиционными группами, которые представляют интересы преимущественно мусульман-шиитов Бахрейна (Al-Wifaq, Amal), то оно существенно затруднено как причинами, описанными выше, так и обострением межконфессиональных противоречий после событий 2011 и последующих годов.

Эти обстоятельства во многом определили то, что, начиная с первых лет деятельности Al-Eslah, его отношения с политическим руководством страны стали особыми. Государство неоднократно использовало влияние движения для противодействия арабским националистам, активистам из числа представителей шиитской оппозиции, а также противников некоторых реформ, проводимых в королевстве. Президентом Al-Eslah является Иса ибн Мухамад аль-Халифа, член правящей в королевстве династии. По некоторым утверждениям, движение пользуется широкой поддержкой, оказываемой со стороны предприятий финансового и промышленного сектора по инициативе правительства. Сама же организация Al-Eslah на протяжении лет даже официально не позиционирует себя как оппозиционное движение. Критика политического руководства страны, как правило, сводилась либо к второстепенным вопросам (отдельные законодательные акты в области образования, подписание Международного пакта о гражданских и политических правах, более строгие ограничения на продажу алкоголя в отелях), либо не требовала смены курса (например, в 2011 году Al-Menbar критиковала правительство за недостаточную решительность в подавлении восстания[ii]). Кроме того, даже те решения руководства страны, которые противоречили интересам движения «Братья-мусульмане» и укреплению сотрудничества Бахрейна с ним, не были предметом острой критики и не стали причиной осложнения отношений между правительством и этой партией. Риторика и стратегия Al-Eslah частично отличаются от большинства других организаций, которые аффилируют себя с «Братьями-мусульманами». Это является важной особенностью, присущей Бахрейну, тогда как в некоторых иных монархиях ССАГПЗ ситуация иная.

Закономерно, что на протяжении всей истории существования Al-Eslah острых конфликтов между ним и политическим руководством страны не отмечалось. В 2002 создана политическая партия Al-Menbar, представляющая интересы Al-Eslah. На выборах в Совет представителей (нижняя палата Национального собрания Бахрейна) 2006 года ей удалось занять 7 мест, 2010 года – 2, 2014 года – 1. После выборов 2018 года представители партии в Совете представителей не присутствуют.

Начиная с 2000-х гг. многие сторонники Al-Eslah, особенно молодые люди, стали разделять политические взгляды более консервативных Al-Asal, что в значительной степени отражает общую тенденцию, характерную для некоторых других государств ССАГПЗ. Два суннитских политических блока неоднократно сотрудничали между собой по различным вопросам, в том числе координируя действия на выборах 2006 года. Однако наличие противоречий во взглядах (такие, как отношение к равноправию между мужчинами и женщинами, более строгая позиция Al-Asal в отношении имиджа Бахрейна как чрезмерно свободной и вольной по региональным меркам страны, критика военного присутствия США в Ираке в 2000-х гг.) значительно затрудняло это взаимодействие. Поэтому, хотя отношения между двумя блоками не откровенно враждебные, обе партии являются конкурентами.

Восстание в Бахрейне 2011 года, вызвавшее острый политический кризис в стране, в значительной степени было обусловлено конфессиональными противоречиями между суннитами и шиитами, проживающими в королевстве. В этой ситуации руководство страны было вынуждено опереться на поддержку более лояльной суннитской части населения и расширить сотрудничество с политическими движениями, представляющими их интересы. В той ситуации наиболее предпочтительным стал Al-Eslah, пользующийся популярностью среди значительной части как граждан страны, так и экспатриантов, но в то же время не столь нетерпеливый и более сдержанный в своей риторике по сравнению с Al-Asala. Со своей стороны, Al-Eslah осудил действия протестующих за совершаемые беспорядки и насилие, а также организовывал демонстрации в поддержку правительства, способствовал мобилизации мусульман-суннитов для противодействия оппозиционным группам и стабилизации обстановки. Правда, имеются свидетельства участников, утверждающие о принудительном направлении на подобные демонстрации. В Дохе были проведены широко освещаемые в местных СМИ встречи между руководителями партии Al-Menbar и известным богословом Юсуфом аль-Кардауи, который также осуждал антиправительственные выступления в Бахрейне.

Объективно оценить значение поддержки со стороны Al-Eslah для руководства Бахрейна в период дестабилизации обстановки непросто, так как это был только один из факторов, оказавших влияние на развитие событий. Вместе с тем, какого-то существенного укрепления позиций этого движения на политической арене страны не произошло, хотя эта ситуация была более благоприятной для его активистов.

Однако для организаций, аффилированных с «Братьями-мусульманами», обстановка в ССАГПЗ вскоре стала усложняться. После заявлений Эр-Рияда и Абу-Даби о причислении этого движения к террористическим организациям в 2014 году руководство Бахрейна оказалось в нелегком положении, так как сотрудничество с Al-Eslah в некоторой степени противоречило солидарности Манамы со своими основными партнерами из ССАГПЗ. В 2017 году во время бойкота Дохи Бахрейн занял позицию, схожую с ОАЭ и Саудовской Аравией. Тогда же министр иностранных дел Халед аль-Халифа заявил о том, что правительство считает движение «Братья-мусульмане» террористической организацией и любой человек, проявляющий симпатию на территории королевства к ним, будет предан суду за это. В тоже время, по словам министра, правительство Бахрейна рассматривает Al-Eslah и Al-Menbar как обособленные организации, не являющиеся частью глобального движения «Братья-мусульмане».

Хотя ни одного случая судебного преследования на территории королевства за проявление симпатий «Братьям-мусульманам» не описано, их упоминание в местной прессе значительно снижено, а официальное присутствие Al-Menbar в политике сокращено, хотя число сторонников по-прежнему велико.

Действия руководства Бахрейна по противодействию влиянию движения «Братья-мусульмане» зачастую объясняются солидарностью королевства с ОАЭ и Саудовской Аравией, которая, в свою очередь, обусловлена высокой зависимостью от этих монархий. При этом следует понимать, что Al-Eslah только позиционирует себя как филиал «Братьев-мусульман», но реально является проправительственной структурой, которая взаимодействует с властями десятилетиями и руководствуется в первую очередь интересами страны, а не международного движения и даже не идеологическими соображениями. Кроме того, их действия жестко контролируются правительством, которое не позволяет выходить за рамки дозволенного и проявлять себя лишь в той мере, которая соответствует интересам королевства.

При этом руководство страны, очевидно, осознает, что глубоко пускать «Братьев-мусульман» в страну нельзя. Обусловлено это не только солидарностью с наиболее близкими соседями по ССАГПЗ, но и возможными неблагоприятными последствиями для политической обстановки. Во-первых, «Братья-мусульмане», безусловно, способны оказать влияние на часть населения, состоящую из мусульман-суннитов, которые также недовольны некоторыми действиями властей и ухудшающейся экономической обстановкой в стране. Особую угрозу в этом отношении могут представлять «натурализованные» бахрейнцы, тысячи из которых служат в местных силовых структурах и при этом подвержены идеологическому влиянию «Братьев-мусульман». Во-вторых, при всех противоречиях между суннитами и шиитами в королевстве, схожие позиции у движения «Братья-мусульмане» и у шиитской оппозиции, в том числе той ее части, которая подвержена влиянию Ирана, имеются. К таковым следует отнести поддержку палестинских политических движений, противостояние Израилю, военное присутствие США в Бахрейне, недовольство сложившейся репутацией королевства в качестве чрезмерно свободной для региона страны и расширяющимся влиянием Саудовской Аравии на политику Бахрейна. Сближение суннитских и шиитских политических активистов в таком формате крайне нежелательно для политического руководства не только Бахрейна, но и соседних государств.

Кроме того, для Ирана, который имеет интересы в Бахрейне, «Братья-мусульмане» могли бы стать неким мостом для осуществления диалога с суннитской частью населения. При всей сложности реализации такого сценария, это движение наиболее подходит на эту роль по сравнению с другими суннитскими партиями.

Ввиду этого, жесткая позиция Манамы в отношении движения «Братья-мусульмане» обусловлена не только солидарностью, но и собственными политическими интересами, и пока предпосылок для ее изменения нет. Их деятельность в стране будет осуществляться под строгим контролем правительства либо пресекаться, как и в соседних ОАЭ и Саудовской Аравии.

[i] Для предоставления информации об истории Al-Eslah и его идеологических основах использовались материалы официального сайта движения http://aleslah.org/eslah_wp/

[ii] https://www.mei.edu/publications/band-muslim-brothers-exploring-bahrains-role-qatar-crisis

49.98MB | MySQL:110 | 0,844sec