Об отношениях США с Ираком на фоне обострившегося американо-иранского противостояния

Администрация президента США Дональда Трампа ведет подготовку к сокращению военной помощи Ираку в размере 250 млн долларов на случай вынужденного вывода американских войск из этой страны. Об этом сообщила  15 января в своей электронной версии газета «Уолл-стрит джорнэл» со ссылкой на попавшую в ее распоряжение переписку по электронной почте между Госдепартаментом и Министерством обороны Соединенных Штатов.  Согласно публикации, профильный отдел внешнеполитического ведомства США работает над тем, чтобы не выделять Ираку все 250 млн долларов военной помощи, одобренной Конгрессом на текущий финансовый год (начался 1 октября 2019 года). При этом Госдепартамент планирует выяснить у административно-бюджетного управления Белого дома, возможно ли отозвать запрос на предоставление на те же цели еще 100 млн долларов в 2021 финансовом году «ввиду нынешней ситуации» в Ираке. «Это не отменяет возможность того, что Конгресс снова рассмотрит вопрос о выделении помощи в случае изменения положения в Ираке», — цитирует газета одно из посланий по электронной почте. По данным газеты, администрация США пока не приняла окончательное решение по данному вопросу. Сотрудникам ведомств поручено проработать, какие финансовые средства, предназначенные Багдаду, можно сократить, удержать или перенаправить на иные цели в случае вывода американских войск из Ирака. Обстановка на Ближнем Востоке резко обострилась после осуществленного в ночь на 3 января ракетного удара США в районе багдадского аэропорта, в результате которого погиб командующий силами специального назначения «Аль-Кудс» Корпуса стражей исламской революции (элитные части ВС Ирана) Касем Сулеймани. В ответ Тегеран в ночь на 8 января нанес ракетный удар по двум объектам в Ираке, которые использовали американские военные: базе Айн-эль-Асад и аэропорту Эрбиля. Действия американцев, наносящих с 29 декабря удары по шиитским группировкам в Ираке, вызвали критику иракских властей. 5 января парламент Ирака принял резолюцию с требованием полного вывода из страны всех иностранных войск. Трамп отказался это делать, пригрозив Ираку «беспрецедентными санкциями».  Власти Ирака в случае, если окажутся перед выбором, кому отдать предпочтение, ради своей собственной безопасности примут сторону Ирана, а не США. Такое мнение выразил 15 января руководитель экспертной группы «Иракская инициатива» (Iraq Initiative) в вашингтонском Атлантическом совете Аббас Казем. «Оно (голосование в парламенте Ирака о выводе иностранных воинских контингентов — здесь и далее прим. ТАСС) продемонстрировало два аспекта: один из них заключается в том, что, если Ираку придется выбирать между Ираном и Соединенными Штатами, он выберет Иран. Не потому, что они (иракцы) любят Иран больше, а поскольку это будет для них безопаснее», — сказал специалист, выступая в Институте Ближнего Востока в Вашингтоне. «Второй аспект, который продемонстрировало это голосование, заключается в том, что у США нет преданных друзей. Преданные друзья придут и проголосуют против, а не просто возьмут и исчезнут», — добавил он, говоря суннитах и курдах, бойкотировавших голосование по резолюции иракских парламентариев. Эксперт отметил, что тем самым они фактически дали этому решению зеленый свет. «Они делегировали свое право выразить мнение тем, кто присутствовал на голосовании», — подчеркнул Казем. По его словам, США не смогут заставить Ирак согласиться на сохранение присутствия американских войск под угрозой санкций. «Я не согласен с президентом [США Дональдом Трампом], когда он говорит о «санкциях, каких они никогда раньше не видели». Жители Ирака видели такие санкции, что никто уже не сможет сделать им хуже», — убежден специалист. «Это были худшие санкции, которые вводились в отношении какой-либо страны. Даже Соединенные Штаты не смогут ввести еще более жесткие санкции против Ирака2, — считает он.   В этой связи согласимся с экспертом лишь частично: Багдад не будет отдавать никому предпочтение, он будет маневрировать между двумя этими центрами силы, причем на словах придерживаться традиционной гневной риторики, но на практике не делать ровно ничего для того, чтобы реально добиться вывода американских войск. Багдад даже начнет переговоры с США на эту тему, дабы успокоить страсти у себя дома, но эти переговоры ни к чему конкретному не приведут.  А сам этот момент Багдада использует для того, чтобы постараться добиться еще больше  привилегий у США с точки зрения все того же ВТС и продления исключений из антииранских санкций.  На прошлой неделе президент Ирака Бархам Салех призвал не допустить военной конфронтации в регионе и не втягивать соотечественников в новую войну. При этом в октябре 2019 года в интервью новостному порталу «Аксиос» он рассказал о неуверенности в Соединенных Штатах как в союзнике и не исключил возможную готовность перенастроить отношения Ирака с другими государствами, в том числе с Россией и Ираном. Президент также добавил, что у него вызывает беспокойство ситуация в отношениях между Вашингтоном и Тегераном. По мнению Салеха, Багдад не может позволить себе отдать предпочтение той или иной стороне в подобном конфликте. Ничего кардинального перестроить Багдада по многим техническим причинам не сможет, но  заставить  американцев понервничать он в состоянии.  Помощник президента США по национальной безопасности Роберт О’Брайен назвал резолюцию иракских парламентариев «не имеющей обязательной силы», объяснив это тем, что она была принята группой законодателей исключительно из числа шиитов, а сунниты и курды бойкотировали ее. Он утверждал, что США в перспективе хотели бы вывести свои войска из Ирака, но лишь на тех условиях, которые считают приемлемыми.

В этой связи американские эксперты полагают, что Вашингтон ужесточит применение своих существующих санкций в отношении Ирана и иранских доверенных лиц в Ираке, что означает, что все больше компаний, банков и частных лиц перестанут  соблюдать американские требования. Соединенные Штаты, вероятно, расширят свои санкции за пределы только поддерживаемых Ираном ополченцев в Ираке, чтобы напрямую нацелиться на проиранских политиков. США могут ввести ограниченные экономические санкции против Багдада, но только в том случае, если они будет вынуждены вывести свои войска из Ирака. Соединенные Штаты будут рассматривать  любые экономические санкции таким образом, чтобы нанести ущерб экономическому будущему Ирака, а не нанести немедленный значительный экономический ущерб — последний из которых будет иметь место только в том случае, если американские войска понесут значительные потери при выводе войск. Для компаний, действующих в Ираке, угрозы физической безопасности — будь то возможный военный конфликт между Соединенными Штатами и Ираном, насилие боевиков или возрождающееся «Исламское государство» (ИГ, запрещено в России) — не единственное, о чем им нужно беспокоиться. Это теперь еще и угроза введения санкций против Ирака и замораживание иракских нефтяных финансов на счетах американских банков. Если Багдад вынудит  американские войска уйти, последствия, прямо говоря, будут неприятными. Учитывая, что в такой ситуации двусторонние дипломатические отношения неизбежно пойдут на спад, Соединенные Штаты, скорее всего, введут в отношении Ирака карательные санкции. И даже если такие меры не будут приняты, кампания США по максимальному давлению на Иран, безусловно, приведет к ухудшению ситуации и в Ираке.

Ниже приведены некоторые действия — некоторые из них более вероятны, чем другие,  которые Соединенные Штаты могли бы предпринять против Ирака в ходе их более масштабной конфронтации  с Ираном. 10 января Соединенные Штаты объявили о новых санкциях в отношении металлургического, строительного, горнодобывающего и текстильного секторов Ирана; кроме этого, Вашингтон мало что может сделать в рамках  усиления экономического давления на Иран. Соответственно, следующая волна давления, скорее всего, будет направлена на ужесточение существующих санкций в отношении Ирана, что может привести к гораздо более тщательному изучению значительных экономических связей Ирака с Ираном. В этой связи все больше иракских компаний и финансовых институтов, работающих с Ираном, вероятно, станут объектом американских санкций, а это означает, что они могут потерять доступ к международной финансовой системе. В конечном счете, намерение Соединенных Штатов состоит не столько в том, чтобы заставить иракские компании и банки занять более жесткую позицию в отношении Ирана, сколько в том, чтобы заставить иракские фирмы разорвать свои собственные связи с восточным соседом в своих собственных экономических интересах и интересах безопасности. До сих пор Соединенные Штаты не применяли свои санкции в отношении Ирака в полной мере из-за опасений относительно экономических и политических последствий. Вашингтон, однако, может попытаться повлиять на решения Багдада, приняв меры по исключениям из санкций, которые позволят Ираку продолжать покупать иранскую электроэнергию и природный газ для производства электроэнергии. С учетом того, что исключения должны закончиться в следующем месяце, Соединенные Штаты могут угрожать прекратить их или возобновить только при определенных условиях. В этой связи отметим, что Ирак не сможет отказаться от закупок иранской электроэнергии без рисков новых масштабных протестов, и он будет это делать вне зависимости от американских санкций.

За последний год Соединенные Штаты существенно усилили свои санкции в отношении поддерживаемых Ираном боевиков в Ираке. 3 января Вашингтон объявил, что что он вводит новые санкции в отношении лидера «Асаиб Ахль аль-Хак» Кайса аль-Хазали, хотя, вероятно, вскоре такие меры будут распространены  на другие подобные группы и их лидеров. В то же время Соединенные Штаты могли бы юридически обозначить большее число групп и образований в качестве иностранных террористических организаций, еще более ограничив их деятельность и создав больше правовых оснований для нанесения ударов беспилотными летательными аппаратами. После этого Соединенные Штаты могут рассмотреть вопрос о введении санкций в отношении иракских политических образований, связанных с Ираном — — линия действий, которая станет гораздо более вероятной, если американские войска будут вынуждены покинуть Ирак. Неудивительно, что целями, скорее всего, будут те, кто настаивает на высылке Соединенных Штатов, включая Хади аль-Амири, главу политического блока «Фатх», одного из крупнейших в парламенте Ирака, и ополчения организации «Бадр». Как бы то ни было, госсекретарь США Майк Помпео обвинил Х.аль-Амири в том, что он является иранским доверенным лицом после его появления на протестах у посольства США в Багдаде в декабре прошлого года. Эти шаги Вашингтона однозначно стимулируют ответные действиям против Соединенных Штатов. В принципе ответом иракских шиитских групп в этой ситуации и в настоящее время будет политика постоянного поддавливания США с точки зрения перманентных обстрелов американских военных баз в Ираке. Причем в данном случае совершенно неважно, попадут ли эти ракеты в цель. В данном случае важно другое — постоянное нервирование американских военных созданием соответствующей атмосферы, что заставит их фактически сидеть в обороне на своих базах. Как показывает Афганистан, это очень действенная тактика. В этой связи попытка США уйти в тень, а всю тяжесть нанесения ударов по шиитским группам в Ираке перевалить на Израиль, является очень лимитированной по качеству и последствиям политикой.

Экономические санкции против Ирака возможны, но вероятны только в том случае, если Багдад продолжит реально подталкивать американские войска к уходу. Одна из первых вещей, которую Вашингтон может сократить, — это финансовая поддержка Багдада. Соединенные Штаты поддерживают Ирак по целому ряду направлений, предоставляя иностранную помощь, помощь в области безопасности и другие виды помощи. Вашингтон выделил $ 451 млн на помощь Ираку в 2019 финансовом году и до сих пор выделил $165,89 млн на помощь в 2020 финансовом году (хотя окончательная цифра, вероятно, будет намного больше при нормальных обстоятельствах). Ограничением действий Белого дома, однако, является Конгресс, который может принять закон об ограничении полномочий  Трампа на этом направлении. Другой вариант — ограниченные финансовые санкции, в рамках которых Соединенные Штаты могли бы имитировать свои меры против Багдада, вводя ограничения в отношении иракского правительства или препятствуя иракским государственным компаниям привлекать долговые обязательства. В этом случае Вашингтон не будет стремиться немедленно уморить голодом иракское правительство, а скорее начнет раскачивать его долгосрочную экономическую стабильность. Такой шаг резко контрастировал бы с нынешними мерами Соединенных Штатов против Ирана и Венесуэлы, которые призваны нанести немедленный, значительный ущерб. Вашингтон мог бы также рассматривать секторальные санкции как часть ограниченной санкционной кампании против Ирака, нацеленной на главный экспортный продукт Ирака — нефть и газ. Первоначально Соединенные Штаты, скорее всего, только введут санкции, которые ограничат участие американских компаний и организаций в проектах в Ираке. Опять же, это будет калькой нынешних санкций против России, в которых Соединенные Штаты нацелены на российскую арктическую, глубоководную и сланцевую добычу. При этом Соединенные Штаты не будут стремится быстро убрать иракскую нефть с рынка, а скорее будут препятствовать  ее долгосрочному экспортному расширению. Санкции, скорее всего, будут касаться только американских компаний, но учитывая важность США для мировой финансовой системы и центральную роль Америки в мировой нефтегазовой отрасли, это будет наносить ущерб всем иностранным компаниям, желающим инвестировать в нефтяной сектор Ирака и его рост. В этой связи надо отметить следующее: любые серьезные санкции США против нефтяного сектора Ирака, включая замораживание его авуаров в американских банках, является самым маловероятным сценарием. Ирак наряду с КСА и Россией является единственным инструментом реального замещения выпадающей иранской нефти, введение санкций таким образом сразу же вызовет рост мировых цен и повышение розничных цен на бензин в самих США. Такой вариант перед выборами фактически исключен. То же самое касается замораживания иракских авуаров. По сообщениям, Соединенные Штаты уже угрожали заморозить доступ Ирака к счету иракского Центрального банка в Нью-Йоркской федеральной резервной системе, ранее сделав это один раз в 2015 году. Подобный шаг повлияет на способность Ирака торговать долларами США и потребует от него более творческого подхода к приему платежей за нефть. Но даже в этом случае Соединенные Штаты, скорее всего, заморозят такой доступ лишь на короткий период времени в случае более значительного разрыва отношений. В любом случае повторим: рынок без иракской нефти обойтись не сможет, а это означает, что эту нефть начнут закупать за евро.

Ирак, кроме того, рассматривает возможность покупки российской военной техники на фоне опасений, что страна станет полем битвы между Соединенными Штатами и Ираном, поскольку Россия предложила продать стране ракеты класса «земля-воздух» С-400. Это, однако, может привести к принятию США мер в рамках закона «О противодействии американским противникам посредством санкций» (CAATSA), но Ирак вряд ли сделает такую покупку до тех пор, пока Соединенные Штаты не выйдут из Ирака. Вопрос о том, распространят ли Соединенные Штаты секторальные санкции на Курдистан, зависит от поддержки — или отсутствия таковой — курдами иракских сил против США. Курдские депутаты иракского парламента, например, резко выступили против его  резолюции, которая требовала от федерального правительства отозвать свое приглашение американским войскам остаться в стране. Вполне возможно, что вместо общих санкций против всего Ирака Соединенные Штаты могли бы просто сосредоточиться на организациях, связанных с Тегераном. Например, США. может наложить санкции на новые сделки с Министерством нефти Ирака и некоторыми государственными нефтяными компаниями, такими как Basra Oil Co., при этом  обходя курдское нефтяное Министерство.

В этой связи необходимо констатировать, что Вашингтон, несмотря на всю свою риторику (иногда очень глупую, например, угрозы получить с Багдада 35 млрд долларов за расходы по строительству военных баз в Ираке; любой встречный иск в мировой арбитраж за разрушение иракской инфраструктуры и жертвы во время американской интервенции на порядки будут больше)  в общем-то очень лимитирован в своих реальных шагах в рамках оказания серьезного экономического давления на Ирак. Причина — опасность расшатать таким образом мировой нефтяной рынок с всеми негативными последствиями с точки зрения электоральных рисков уже для самого Трампа. А вот противопоставить что-то внятное постоянным обстрелам и подрывам американских сил в самом Ираке Пентагон по большому счету не может.

60.72MB | MySQL:101 | 0,481sec