Об очередных заявлениях президента Турции Р.Т.Эрдогана накануне его африканского турне

Африка занимает особое место во внешней политике Турции как в политическом плане, так и с точки зрения развития торгово-экономических связей с регионом.

Северная Африка для современной Турции – это, своего рода, как «ближнее зарубежье» для России. Понимая под этим выражением зону стратегических интересов, в основе которой – историческая память о проживании в одном государстве. В данном случае, историческая память о проживании множества регионов и народов в одном государстве – в Османской Империи. Понятно, что возрождение этой памяти и идентичности для турецкого народа – это одна из ключевых задач, которую перед собой ставит современное турецкое руководство. В первую очередь, президент страны – Р.Т.Эрдоган, регулярно твердящий об «османском чинаре, в тени которого собралось и счастливо жило множество народов на Балканах, в Северной Африке и на Ближнем Востоке».

В части той же Ливии, турецкую историческую память «всколыхнули» известные события в Восточном Средиземноморье. Тогда турецкое руководство, а с его подачи и турецкие СМИ, и заговорили о том, что в Ливии, как раз, проживают тюркские племена (преобладают в Триполи), которые нуждаются в защите от «геноцида», который над ними навис. Общая численность этих членов племен (число племен, по турецким сведениям, — 13) составляет около 1 млн человек, при общем населении около 6,5 млн человек. Что предполагает даже не моральное право, а моральное обязательство Турции вмешаться в ход конфликта в Ливии. Впрочем, это не снимает того вопроса, почему вопрос ливийских тюрок заинтересовал Турцию лишь только сейчас, а не 9 лет назад, когда начиналась гражданская война в Ливии и когда сносили её правителя – М.Каддафи.

Африка южнее Сахары – это перспективное направление для разворотливых турецких экспортёров, которые демонстрируют пример того, как можно успешно работать с африканским континентом, невзирая на все трудности, зарабатывая при этом деньги. По части своего умения строить работу в Африке, единственно, пожалуй, кому турки уступают – это китайцам. Опять же, не будем забывать того, что в Африке южнее Сахары есть целый ряд стран, население которых исповедует ислам. К таким странам, в частности, относятся Нигерия, Сомали и Эритрея.

Турки буквально «нахрапом» идут в Африку, используя в качестве локомотива или, скорее уж – ледокола, авиакомпанию «Турецкие авиалинии» и турецкое агентство мягкой силы TIKA (Турецкое агентство по сотрудничеству и координации). Кроме того, самым активным образом на Африку «надвигается» Фонд «Маариф» (в переводе: «Образование»), который замещает собой школы Фетхуллаха Гюлена, перехватывая у них помещения и наработки в сфере начального и среднего образования. После того, как гюленовская Конфедерация промышленников TUSKON, активно работающая в Африке, была разогнана, мало говорится о том, как турецкий бизнес институциализирует свою работу в Африке. Кроме многочисленных турецко-африканских деловых советов при Совете по внешнеэкономическим отношениям (DEIK), существуют еще две крупнейших турецких деловых ассоциации оппозиционная, прозападная Турецкая ассоциация промышленников и предпринимателей (TÜSİAD) и оппозиционная Ассоциация независимых промышленников и предпринимателей (MÜSİAD). Эти Ассоциации ведут самую активную международную деятельность, в том числе, и по африканскому направлению.

Так что, неудивительно, что президент Турции Р.Т.Эрдоган регулярно отправляется в различные турне по Африке. Это отражает его активную президентскую позицию, которая была им не раз выражена оборотом «потеющий президент» — то есть, президент, который много путешествует и предпочитает решать вопросы на своем, высшем уровне. А «не разводить» бюрократию.

В очередное африканское турне президент Р.Т.Эрдоган отправился 27 января с.г. Первым пунктом его назначения стал Алжир – достаточно логичный выбор с учетом того, что в Северной Африке Турция пытается найти себе партнеров по вопросу энергоносителей Восточного Средиземноморья.

Ключом решения вопроса для Турции стала Ливия и обеспечение политического выживания правительству национального согласия (ПНС) в Триполи. В этом смысле, Алжир является одним из потенциальных кандидатов на роль турецкого партнёра в борьбе Турции с так называемым «газовым консорциумом» в составе Израиля, Египта, Республики Кипр, а также Греции.

Итак, накануне своей поездки в Африку, Р.Т.Эрдоган выступил с целым рядом заявлений, в центре которых, разумеется, находилась Ливия и, как его турецкое руководство окрестило, «военный барон» Халифа Хафтар.

Итак, о чем же президент Р.Т.Эрдоган сообщил прессе, перед своим отбытием в Африку, из стамбульского аэропорта им. Ататюрка?

Президент Р.Т.Эрдоган отметил, что накануне между ним и канцлером Германии А.Меркель состоялся разговор, в котором обсуждалось текущее развитие ситуации в Ливии.

Процитируем то, как об этом разговоре сообщает турецкий президент: «Во-первых, Хафтар – путчист. Я спросил у канцлера Меркель, почему путчисту Хафтару подставляется плечо, почему ему оказывается помощь. Я сказал: «Посмотрите, вы ведете себя неправильно». И она сама с этим согласилась. Этот путчист, которого избаловали, к сожалению, является причиной раскола Ливии и постоянной причиной нарушения режима прекращения огня. Хафтар не оказал поддержки подготовленному Московскому процессу. Хотя уважаемый Путин и сказал (мне): «Я решу вопрос с Хафтаром, а ты тоже реши (вопрос с главой правительства национального согласия Ф.Сарраджем – В.К.)». Спасибо уважаемому Сарраджу, за то, что он не подвел нас и сделал то, о чем мы его просили. Он этому следовал и в Москве, и в Берлине, однако, Хафтар не сделал этого ни в Москве, ни в Берлине. (Х. Хафтар) прямо-таки сбежал из Москвы. Приехал в Берлин и спрятался там в гостинице. Теперь понятно, что представляет из себя Хафтар, как с точки зрения своей идентичности, так и личности. И невозможно верить в великодушие такого человека в вопросе режима прекращения огня».

Отдельный вопрос, который в Турции обсуждается постоянно – это участие российской частной военной компании (ЧВК) «Вагнер» в гражданской войне в Ливии. Надо отметить, что ЧВК «Вагнер» стало одним из имен собственных в турецком обиходе, наряду с теми же «русскими хакерами», которые «могущественны и вездесущи».

Вот, что на тему «Вагнера» заявил президент Турции Р.Т.Эрдоган: «Рядом с ним (то есть, с Х. Хафтаром – В.К.) присутствует Вагнер. Конечно же, Вагнер оказывает ему поддержку. И эта поддержка является причиной его уверенности в себе. Поэтому он и использует все имеющиеся у него возможности для продолжения своих атак. Однако, конечно же, он не сможет добиться успеха в этом вопросе. Сейчас начинается процесс оказания военной поддержки в формате 5+5».

Как напоминают турецкие обозреватели, в ходе Берлинского саммита 19 января 2020 года было принято решение о формировании международной военной комиссии для политического урегулирования конфликта в формате «5 плюс 5» членов.

Другим вопросом, которого президент Р.Т.Эрдоган неизменно касается в ходе своих внешнеполитических заявлений является последняя зона деэскалации в Сирии – Идлиб и обстановка вокруг нее.

Напомним, что турецкое руководство выражает крайнее недовольство тем давлением, которое оказывает «режим в Дамаске» на «умеренную сирийскую оппозицию». Разумеется, при этом когда-то прямо, когда-то косвенно турками говорится о том, что за спиной Дамаска стоит Москва и, следовательно, Россия несет ответственность за ту гуманитарную обстановку, которая в регионе складывается.

То же информационное агентство «Анадолу» нередко выкладывает на своем сайте фотографии из серии и с подписями «разрушенная в результате российских ударов больница». Та информация, что с территории Идлиба наносятся регулярные удары по российским военным базам и по российским военнослужащим и, вообще говоря, что было между Россией и Турцией Сочинское соглашение (согласно которому из Идлиба должны были, при лидирующей роли Турции, выйти и быть разоружены радикальные исламисты – В.К.) и оно турками не выполняется, об это турецкая сторона предпочитает не говорить. Впрочем, помнит о российской части обязательств – как по Идлибу, так и по региону вдоль турецко-сирийской границы.

Так что, турки много говорят о том, что в Идлибе назревает гуманитарная катастрофа, в результате которой вот-вот начнется массовый исход местных жителей в сторону Турции и, после нее, уже и в Европу. Фактор беженцев неизменно влияет на европейских политиков, которым жизненно важно избежать даже малейшей угрозы их притока – для сохранения своих рейтингов. Главным из этих политиков, пекущимся о своем рейтинге и пытающимся выражать солидарную европейскую позицию, является канцлер Германии А.Меркель.

Понятно, что сохранение зоны деэскалации в Идлибе является для Турции и для «умеренной сирийской  оппозиции» важнейшим переговорным козырем в диалоге с Дамаском. Лишенную территории сирийскую оппозицию Дамаск просто может не слушать. Отсюда и резкие заявления турецкого руководства касательно ситуации в Идлибе, которую требуется обуздать, а зону деэскалации сохранить.

Процитируем последние заявления Р.Т.Эрдогана по Идлибу: «К сожалению, режим (официальный Дамаск – В.К.) продолжает свои предательские шаги. До сих пор он убивает свое собственное население бомбежками. Невозможно не замечать эту бесчувственность режима. Своими постоянными обращениями к уважаемому Путину и контактами назначенных нами друзей («друзьями» Р.Т. Эрдоган постоянно называет своих подчиненных, которым поручен тот или иной вопрос – В.К.) с их визави, мы пытаемся взять под свою защиту гражданское население. В настоящее время, продолжается зимний сезон. Мы запланировали и начали строительство в районе нашей границы, глубь Сирии на 30-40 километров, не просто палаточного лагеря, а города и квартир». Как указал турецкий президент, они рассчитывают обеспечить беженцев жильем площадью, хотя бы в 25-30 метров квадратных на человека для того, чтобы пережить зимний сезон. Немало в эти дни говорится о том, что стороной, которая профинансирует реализацию этого проекта станет Германия.

Как указывает самое тиражное турецкое издание «Хюрриет», в результате атак последних трех дней со стороны Сирии, Ирана и России, число перемещенных лиц из Идлиба уже составило около 31,6 тыс. человек.

Заметим, что пока между Россией и Турцией шел интенсивный диалог по Ливии (под его знаком прошёл, практически, весь январь месяц – В.К.) разговоры об Идлибе и гуманитарной катастрофе сошли на нет. Понятно, что на другой исход рассчитывала Турция, когда обратилась к России с просьбой поддержать режим прекращения огня в Ливии между Ф.Сарраджем и Х.Хафтаром. Рассчитывая на положительный исход в Ливии, Турция, как представляется, несколько «притушила» голоса турецких СМИ о «гуманитарной катастрофе в Идлибе и о роли в ней России».

Как только переговоры по Ливии зашли в тупик, вновь, на первый план в турецких СМИ вышла последняя зона деэскалации в провинции Идлиб. Такая ситуация напоминает схему сообщающихся сосудов, где игра между Россией и Турцией ведется вокруг двух вопросов – Сирии и Ливии.

При этом, как мы писали не раз, ясно, что Россия не является сколь-нибудь главным игроком в Ливии. В отличие от Сирии, где позиция нашей страны четко оформлена в поддержку официального Дамаска, в Ливии Россия – демонстрирует равноудаленность с известным предпочтением в сторону Х.Хафтара. Но не является при этом его спонсором и стороной, которая может не просто влиять на решения Хафтара, но и определять их. Как в случае с тем же Башаром Асадом. Хотя и он, справедливости ради, надо отметить не является «куклой Кремля», а тоже пытается вести свою собственную игру.

Однако, турецкое руководство это не слишком заботит – его целью является отколоть Россию от фельдмаршала Х.Хафтара и убедить выступить на стороне «международно признанного» правительства национального согласия Ф.Сарраджа. Таким образом, Турция рассчитывает хоть как-то выровнять тот стратегический дисбаланс, который наблюдается в регионе Восточного Средиземноморья, в свою пользу. Турция с Россией, с правительством национального согласия Ливии и, допустим, с Алжиром – это уже комбинация, которую турецкое руководство может разыгрывать.

Однако, по итогам трех раундов российско-турецких переговоров в январе месяце 2020 года (8 января – Стамбул, 13 января – Москва, 19 января – Берлин), процесс выглядит оказавшимся в тупике. И Турция пытается его разблокировать. В том числе, это – один из основных пунктов повестки дня для президента Турции Р.Т.Эрдогана в ходе его африканского турне.

Однако, какие же ещё вопросы Р.Т.Эрдоган обсуждает в Африке? – Речь, разумеется, идет об экономическом сотрудничестве между Турцией и странами африканского континента.

Процитируем турецкого лидера: «В апреле месяце этого года мы хотим принять на своей территории третий по счету Саммит Турция – Африка. Наши контакты с Африканским союзом, с целью определить дату мероприятия, продолжаются. Мы надеемся, что на второй неделе февраля мы определим точную дату мероприятия… Мы посетили 27 африканских стран. Мы увеличим эту цифру до 28 после визита в Гамбию, в которую мы едем впервые».

Говоря в общем о торгово-экономических отношениях между Турцией и Африкой, президент Р.Т.Эрдоган выразился следующим образом: «Наша взаимная торговля с Африкой достигла 16 млрд долларов. Мы её увеличим до 50 млрд долларов. Торговлю с нашим вторым по размеру партнером в Африке – Алжиром — мы планируем увеличить с 4 до 5 млрд долларов. Мы быстро предпримем шаги с Алжиром в вопросе соглашения о свободной торговле. Для нашей страны Алжир – это страна, которая занимает 8-е место с точки зрения выполняемых нами подрядных работ. Общий объем инвестиций наших компаний в Алжир превышает сумму в 3,5 млрд долларов. Эти проекты дают рабочие места 10 тысячам наших алжирских братьев.

Итак, подводя черту под заявлениями президента Р.Т Эрдогана, отметим, что 2020-й год Турция начинает с дипломатии в Восточном Средиземноморье и с африканской дипломатии. Очевидно, что Африка сегодня для Турции является одним из главных направлений внешней политики, торговой и гуманитарной дипломатии. По всем этим направлениям, включая оказание гуманитарной помощи странам третьего мира Турция занимает в Африке одну из лидирующих позиций. К настоящему времени Турция закрепилась на континенте в сферах выполнения подрядных работ, логистики, торговли, инвестиций, а также реализации проектов социальной ответственности и оказания гуманитарной помощи. Следует ожидать, что эти успехи будут конвертированы для страны и в политические дивиденды.

55.89MB | MySQL:106 | 0,484sec