Иранский порт Чабахар как объект интереса региональных игроков. Часть 1

Решение администрации президента США Дональда Трампа вывести войска из Афганистана не было принято в результате улучшения обстановки в стране. Экономические перспективы остаются безрадостными после десятилетий гражданской войны и продолжающейся борьбы за власть между афганским правительством и движением «Талибан» (запрещено в РФ). Однако надежду в преодоление трудной ситуации вселяет другое решение администрации Д.Трампа: в ноябре 2018 года госсекретарь Майк Помпео объявил, что экономическая деятельность, связанная с развитием иранского порта Чабахар, будет освобождена от некоторых санкций из принятого в январе 2013 года Акта о свободе и ядерном нераспространении Ирана (IFCA). Чабахар – единственный порт Ирана, имеющий выход в Индийский океан, однако Тегеран только недавно начал полностью использовать его потенциал. Порт особенно перспективен как средство доступа к Индийскому океану не имеющего выхода к морю Афганистана. Иран и Индия – две страны, финансирующие этот масштабный проект. Правительство США сохранило молчаливое одобрение инвестиций двух стран в Чабахар. При этом следует помнить, что, стремясь уменьшить американское военное бремя в Афганистане, администрация Трампа обязуется оказывать полную поддержку региональных инвестиций в афганскую экономику. Порт Чабахар, расположенный у Оманского залива в юго-восточной провинции Ирана Систан и Белуджистан, является жизненно важным каналом, в котором Афганистан нуждается для активизации своего торгового потенциала. Обе страны стремятся создать мультимодальную систему, которая будет более эффективно соединять Кабул с портом и, в свою очередь, уменьшит его зависимость от Пакистана. Ожидается, что данная мера значительно повысит  афганский торговый потенциал, так как Пакистан в настоящее время не позволяет Индии осуществлять транзит через свою территорию, что является серьезным препятствием для торговли между Афганистаном и Индией.

Без Чабахара Афганистан будет зависеть от другого крупного иранского  портового города Бендер-Аббаса, через который осуществляются 70% морских перевозок страны. Однако расположенный в Персидском заливе Бендер-Аббас не имеет прямого доступа к Индийскому океану. Товар сначала должен проходить через порты в Объединенных Арабских Эмиратах, чтобы быть перегруженным на меньшие суда. Усиление напряженности в отношениях между Ираном и соседними странами Персидского залива периодически ставят эту договоренность под угрозу. Кроме того, уязвимой точкой также является Ормузский пролив – полоса воды длиной около 90 морских миль (167 км), соединяющая Персидский залив с океаном. Несмотря на очевидное стратегическое преимущество порта Чабахар, политическое напряжение создало многочисленные препятствия на пути его развития. Иран озвучил свои первоначальные планы по созданию торгового хаба еще в 1973 году, когда монарх страны Реза Шах объявил об инвестициях в этот проект объемом в 8 млрд долларов. Однако из-за нефтяного кризиса ОПЕК 1970-х годов этот план был приостановлен. После ирано-иракской войны уже Исламская Республика Иран вновь заинтересовалась снижением своей зависимости от других стран Персидского залива и возобновила реализацию плана развития порта. В 1990-х годах Иран нанял индийские компании для руководства проектом, но усиление санкций со стороны США сделало возможным лишь его частичную реализацию. В 2012 году после первоначальной отмены санкций в рамках Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) Индия инвестировала в Чабахар 500 млрд долларов. На протяжении десятилетий перспективы порта то и дело были неопределенными, но с момента восстановления санкций в ноябре 2018 года стало понятно, что Соединенные Штаты имеют решающее влияние на будущее Чабахара. Будучи близким союзником США, Индия особенно внимательно относится к поддержанию хороших отношений с Вашингтоном. Тесные отношения Индии с Соединенными Штатами и Израилем делают ее необычным союзником Ирана, но одновременно и идеальным игроком, способным контролировать экономическое партнерство между Ираном и Афганистаном. Поддержка правительством США длительного военного присутствия в Афганистане сокращается, по этой причине поддержка успеха порта Чабахар как средства сокращения американской помощи Афганистану в пользу его экономического развития, регионального сотрудничества и увеличения инвестиций – мера, в которой Вашингтон непосредственно заинтересован. Перспективы стабильности Афганистана, в свою очередь, будут зависеть от расширения его экономических возможностей. В то же время следует вспомнить о взаимоотношениях между Афганистаном и Пакистаном и отметить, что предполагаемая поддержка Исламабадом талибов делает его неприемлемым союзником Кабула, а напряженность в отношениях между Пакистаном и Индией мешает Афганистану наращивать торговлю с Индией – региональным экономическим центром и надежным союзником. Пакистан ввел прямой запрет на доступ Индии к своим сухопутным торговым путям в надежде побудить Афганистан уделять приоритетное внимание пакистанскому импорту и ограничить сотрудничество Кабула с Нью-Дели. На пике между 2014 и 2015 годами объем торговли Афганистана с Пакистаном составил 2,7 млрд долларов США, но чрезмерные требования к документации в пакистанских портах, а также непредсказуемое закрытие пограничных пунктов Чаман и Торхам заставили правительство Афганистана пересмотреть свои приоритеты. В конечном счете, ряд жестких правил имел обратные последствия, и объем торговли с Пакистаном упал до 500 млн долларов в 2018 году, когда Афганистан отдал приоритет иранским портам в Бендер-Аббасе и в Чабахаре, через которые в настоящее время проходит 80% грузопотоков Афганистана.

57.13MB | MySQL:97 | 0,475sec