Российские и американские эксперты о текущем состоянии отношений между США и Ираном

Американо-иранские отношения будут и дальше обострятся, но открытого противостояния не предвидится, так как стороны не заинтересованы в нем. Такое мнение выразил 24 апреля директор по научной работе международного дискуссионного клуба «Валдай» Федор Лукьянов. «Отношения США и Ирана, несмотря на агрессивные проявления по типу убийства генерала Касема Сулеймани, продемонстрировали, что ни одна из сторон в прямом конфликте не заинтересована. Общее обострение, конечно, будет нарастать, но дальше взаимных угроз и демонстрации силы с элементами блефа дело не зайдет», — сказал он. Эксперт добавил, что противостояние Вашингтона и Тегерана никуда не делось даже в условиях пандемии. «США рассчитывают, что нынешние бедствия, которые постигли Иран помимо санкций — эпидемия коронавируса и чудовищное падение цен на нефть — ослабят Иран, и он сдаст свои позиции, что откроет новые возможности для США. Логика в этом есть», — пояснил Лукьянов.    22 апреля президент США Дональд Трамп сообщил, что дал указание ВМС уничтожать любые иранские катера, создающие препятствия американским судам на море. В свою очередь командующий Корпусом стражей исламской революции (КСИР, элитные части ВС Ирана) Хосейн Салами на следующий день заявил, что вооруженные силы Ирана будут атаковать корабли США, угрожающие безопасности страны.
Как полагают американские эксперты, Иран и Соединенные Штаты, возможно, движутся к очередному раунду конфронтации, даже несмотря на значительные вспышки COVID-19 у себя дома. После недавнего инцидента, когда 11 иранских кораблей преследовали американские суда, проходящие через Персидский залив, президент США Дональд Трамп 22 апреля написал в твиттере, что он «проинструктировал» ВМС США уничтожить любые иранские суда, преследующие американские корабли. Остается неясным, в какой степени Соединенные Штаты будут корректировать свои правила ведения боевых действий в ответ на последние морские провокации Ирана. Но этот обмен гневными реляциями подчеркивает, что продолжающееся соперничество между Ираном и Соединенными Штатами продолжает накаляться. После недавнего обострения ситуации в Персидском заливе Тегеран и Вашингтон могут вступить в очередной цикл эскалации, кульминацией которого станет кратковременное обострение напряженности. Иран вряд ли будет трансформировать свою агрессивную стратегию в Персидском и Ормузском проливах и Оманском заливе. Для Ирана такой подход фактически незаменим в настоящее время, как в стратегических, так и в оборонных целях. Под тяжестью американских санкций Тегеран стремился напомнить Соединенным Штатам и их региональным партнерам об экономических издержках и рисках безопасности, связанных с нынешней компанией максимального давления на Тегеран со стороны Вашингтона. Любые инциденты в Персидском заливе помогают продемонстрировать такой курс, иллюстрируя риск дальнейшего сохранения Соединенными Штатами физического присутствия в регионе. Атака на коммерческие перевозки в Персидском заливе также помогает подчеркнуть стоимость антииранской стратегии Белого дома для мировой экономики и региональных партнеров США. Отметим при этом, что пока все эти моменты носят в большей степени чисто демонстративный, но не реальный характер. На самом деле действия Ирана в течение последнего месяца показывают, что Тегеран пришел к выводу эффективности такой стратегии «борьбы нервов». COVID-19 только усугубил экономический кризис в Иране, и теперь Вашингтон пытается заблокировать просьбу Тегерана к Международному валютному фонду о помощи в борьбе с пандемией. В то время как Вашингтон заявляет, что его санкции не охватывают гуманитарный аспект, такой как поставки медикаментов и фармацевтических препаратов, Тегеран утверждает, что сам факт этих санкций фактически блокируют эти потоки в связи с опасениями международных поставщиков и банков по поводу возможного санкционного давления. В результате многие банки и финансовые институты пришли к выводу о том, что возможные выгоды от ведения бизнеса с Ираном не стоят таких рисков. Таким образом, рискнем связать нынешний всплеск иранской активности по демонстрации рисков для США и их союзников в регионе прежде всего с аспектом провала попыток Тегерана ослабить санкционное давление на себя под предлогом борьбы с пандемией.
До преследования американских судов в последние недели в Персидском и Оманском заливах произошло несколько инцидентов, которые, вероятно, связаны с Ираном. 27 марта Управление морских торговых операций Великобритании сообщило о подозрительном приближении к одному из своих судов в Персидском заливе «неизвестных морских катеров». 14 апреля — за день до того, как Пентагон сообщил о преследовании американских кораблей, — в Оманском заливе был взят на абордаж танкер, который перед освобождением изменил курс на Иран. Нынешний всплеск инцидентов в Персидском заливе напоминает действия Ирана летом 2019 года, которые в конечном итоге завершились нападением на нефтеперерабатывающие заводы Саудовской Аравии в Абкаике и Хураисе. Прошлогодние действия свидетельствуют о том, что готовность иранцев идти на очевидные риски в рамках ответного удара высоки. При этом с учетом экономических последствий от COVID-19, вместо провокаций в отношении кораблей ВМС США иранцы, скорее всего, сосредоточатся именно на тактике ударов по коммерческим интересам Соединенных Штатов в регионе, которая выходит за рамки просто морского преследования. Так, как это было прошлым летом, когда иранцы нанесли ракетный удары по нефтяной инфраструктуре Саудовской Аравии. В перспективе этот сценарий вполне реален, но на нынешнем этапе коммерческие интересы США связаны как раз с ограничением добычи нефти в мире. При цене на нефть марки Brent около $ 20 за баррель и переизбытке предложения на мировом нефтяном рынке примерно на 20-30 млн баррелей в день попытка Ирана перекрыть Ормузский пролив или нанести удары по нефтяной инфраструктуре Саудовской Аравии или ОАЭ в течение ближайших нескольких месяцев просто не будет иметь таких же глобальных негативных последствий, что и при нормальных глобальных экономических условиях, которые могли бы спровоцировать США на серьезные ответные меры.
Гораздо более оптимальным со всех точек зрения является продолжение тактики выдавливания американских сил из Ирака путем постоянных «булавочных уколов» через проиранскую сеть иракских ополченцев. И такая тактика будет сопровождаться массированной информационной кампанией. Ирак и Соединенные Штаты в июне нынешнего года обсудят конкретный график полного вывода американских войск с иракской территории. Об этом, как передал 26 апреля иракский новостной портал «Багдад аль-Яум», сообщил официальный представитель главнокомандующего армии Ирака генерал Абдель Карим Халаф.  «Багдад и Вашингтон на переговорах в июне рассмотрят график полного выхода сил США из Ирака», — указал иракский генерал. По его словам, решение о проведении американо-иракских встреч по данному поводу принято «исходя из постановления парламента страны о необходимости полной эвакуации иностранных войск из Ирака».  Халаф уточнил, что даже после вывода американских войск «сотрудничество между Ираком и США в области обеспечения безопасности продолжится». «Американские специалисты и после вывода своего контингента с иракской территории будут задействованы в подготовке иракских военных кадров», — пояснил официальный представитель главкома ВС Ирака. От себя добавим, что очень сомневаемся в реальности таких переговоров именно на эту тему (американцы сократили свою присутствие в Ираке, но совсем не готовы сейчас уходить полностью), но в данном случае важен сам факт информационного взброса.
Как полагают аналитики Пентагона, в какой-то момент в среднесрочной перспективе КСИР, скорее всего, проведет разведку боем в ответ на угрозу Д.Трампа, чтобы оценить, в какой степени Соединенные Штаты изменили свои правила ведения боевых действий. Это важно для формирования дальнейшей тактики Тегерана, особенно если Трамп будет переизбран в ноябре. На практике КСИР имеет большой радиус деятельности, который можно было бы определить как просто преследование американских кораблей, и, вероятно, он начнет прощупывать такую реакцию американских военных с низкого уровня провокаций. Тем не менее, даже если Иран не хочет инициировать серьезные ответные меры, эта стратегия изобилует риском просчетов. Нынешняя склонность к публичным угрозам со стороны Тегерана и Вашингтона может привести к очередному витку просчетов или эскалации конфликта между двумя соперниками в Персидском заливе. Агрессивная кампания Ирана против коммерческих интересов основных союзников США в регионе (Бахрейн, Саудовская Аравия и Объединенные Арабские Эмираты) является также более приоритетным приложением иранских усилий, нежели чем прямая атака американских военных. Иран уже продемонстрировал, что он готов атаковать экономические объекты в этих соседних странах, а также суда, перевозящие их энергетические продукты. Даже если Иран просто обозначит такую готовность, то более агрессивная стратегия США в отношении Ирана в условиях нынешней глобальной экономической конъюнктуры и нестабильной ситуации на Ближнем Востоке могут стать еще одним поводом для разногласий со своими региональными союзниками по вопросу ее целесообразности. Нападения Ирана в прошлом году в конечном счете привели, по крайней мере на короткий период времени, к тому, что практически все члены ССАПГЗ попытались быстро разрядить напряженность в отношениях с Ираном за счет серьезных уступок прежде всего по экономическим вопросам поддержания санкционного режима.
Но, несмотря на всю риторику, не «морской сегмент» противостояния представляет возможную точку реальной эскалации. Более вероятными точками такого противостояния остается иранская ядерная и ракетные программы и действия поддерживаемых Ираном ополченцев в Ираке. Иранская ядерная программа продолжает накапливать все больше низкообогащенного урана, и в следующем докладе Международного агентства ООН по атомной энергии, который, вероятно, выйдет в июне, ожидается констатация значительного увеличения этих запасов. В конце этого месяца Соединенные Штаты должны были принять важнейшее решение о том, будут ли они продлевать действие санкций в отношении Ирака, чтобы он продолжал импортировать иранский природный газ для своих внутренних энергетических нужд. Если нынешние отказы не будут продлены, Ирак может столкнуться с серьезной нехваткой электроэнергии по мере того, как будет наступать жаркий летний сезон, что даст еще больше оснований для поддерживаемых Ираном ополченцев нацелиться на американские войска и спровоцировать более широкий опосредованный конфликт в стране.  Иракское правительство неоднократно заявляло, что у Багдада пока «нет альтернативы для замены импорта газа из Ирана». Такое положение объясняется тем, что Ирак в значительной степени зависит от поставок иранского газа как топлива для своей энергосистемы. Ирак вырабатывает 14 тыс. мегаватт посредством национальной электроэнергетической системы, а дополнительные 4 тыс. мегаватт вырабатываются благодаря импорту газа и электроэнергии. Но в данном случае американцы дрогнули, что само по себе означает только одно: ни о каком полном выводе американских войск из Ирака речи пока не идет. Соединенные Штаты на 30 дней (до 26 мая) продлили для Ирака исключение из-под действия санкций для покупки у Ирана энергоносителей. Об этом сообщает 27 апреля агентство Рейтер со ссылкой на представителя Госдепартамента.   «Госсекретарь [США Майкл Помпео] продлил на короткий срок исключения, чтобы дать время на формирование заслуживающего доверие правительства [Ирака]», — отметил сотрудник ведомства. По его словам, после формирования правительства госсекретарь будет оценивать возможность продления исключений, а также возобновления сотрудничества с Ираком по снижению зависимости от «ненадежных поставок энергоносителей из Ирана». В декабре 2018 года и в марте 2019 года США уже принимали решение на 90 дней вывести Ирак из-под санкций, ограничивающих покупку энергоносителей у Ирана. Летом прошлого года этот срок был продлен еще на 120 дней. Таким образом, пока Вашингтон принял промежуточное решение по исключениям, но есть все основания полагать, что это только чисто дипломатические игры, и они будут продлены и в конце мая.
Какие основные выводы из всего этого делают аналитики Пентагона? Несмотря на любые публичные угрозы президента США Дональда Трампа, Иран, скорее всего, продолжит свою агрессивную «морскую стратегию» в ответ на американские санкции и военное присутствие Вашингтона в Персидском заливе. Чтобы избежать прямых ответных военных действий США, Тегеран может изначально сосредоточить эти усилия на усилении давления на коммерческие объекты союзников США в регионе. В конечном итоге иранцы вернутся к тактике преследования американских военно-морских кораблей, чтобы оценить, насколько Белый дом изменил позицию своего реагирования на эти инциденты. Ядерная деятельность Ирана и поддержка боевиков в Ираке пока остаются основным точками приложения усилий Тегерана в рамках его давления на Вашингтон, что само по себе может спровоцировать следующий всплеск вооруженной напряженности между США и Ираном. Или вернее, с его прокси-группами в Ираке.

51.54MB | MySQL:109 | 0,413sec