О влиянии продолжения репрессий против соперников наследного принца Мухаммеда бен Сальмана внутри королевской семьи на отношения КСА с США и Великобританией

Бывший наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед бен Найеф получил на прошлой неделе приказ выплатить 15 млрд долларов от антикоррупционного комитета, созданного его соперником-преемником и фактическим правителем Саудовской Аравии Мухаммедом бен Сальманом. Нынешний наследный принц, который занял пост, когда его отец король Сальман отстранил Мухаммеда бен Найефа в 2017 году,  пытается таким образом «без потери лица» завершить расследование обвинений в коррупции и нелояльности против своего основного конкурента. По сообщению газеты Washington Post, саудовские и американские источники сообщают, что антикоррупционный комитет  близок к завершению детального расследования утверждений о том, что Мухаммед бен Найеф вывел миллиарды саудовских риалов через сеть подставных компаний и частных счетов, пока он руководил саудовскими контртеррористическими программами в Министерстве внутренних дел. Будучи министром внутренних дел, Мухаммед бен Найеф руководил борьбой Эр-Рияда с «Аль-Каидой» (запрещена в России). Сначала он служил в МВД главным помощником своего отца, принца Найефа, а затем сменил его на посту министра в 2012 году. Сторонники Мухаммеда бен Найефа и он сам отвергли эти обвинения как ложные. В сообщении цитировался королевский указ покойного короля Абдаллы 2007 года, который санкционировал всю деятельность бывшего наследного принца и предусматривал подробный ежегодный отчет о его расходах. Они также опубликовали ряд внутренних саудовских документов, которые должны были доказать  невиновность Мухаммеда бен Найефа. Среди них надо отметить документы королевской канцелярии, утверждающие секретные расходы Мухаммеда бен Найефа на борьбу с терроризмом. Суд установил, что он представил подробный отчет о расходах, который был возвращен ему через три дня вместе с сопроводительным письмом от Халеда аль-Тувайджри, главы королевского двора. Рядом с просьбой об одобрении 5 млрд риалов лежала написанная от руки записка, очевидно, от короля Абдаллы, в которой на арабском языке было написано «никаких проблем». Этот же момент был подтвержден Джоном Бреннаном, бывшим директором ЦРУ, а до этого резидентом ЦРУ в КСА, который тесно сотрудничал с Мухаммедом бен Найефом более десяти лет. Бреннан резко опровергнул обвинения о том, что принц для личных нужд снял деньги со счетов разведки. «В ходе моего взаимодействия с MBN [Мухаммад бен Найеф] он не был кем-то, кого я считал вовлеченным в коррупционную деятельность или выкачивающим деньги», — говорится в сообщении Бреннана. При этом, хотя саудовские следователи потребовали от Мухаммеда бен Найефа вернуть 15 млрд долларов, которые, как они утверждают, он украл, остается абсолютно неясным, как они получили эту цифру.  Мухаммед бен Найеф был назван в числе 300 чиновников, задержанных по обвинению в коррупции. При этом после его отставки в МВД КСА происходила беспрецедентная реорганизация. Целый ряд  старших должностных лиц, которые играли ключевые роли в рамках координации антитеррористических усилий, были отстранены и заменены. До сих пор под стражей находится ряд высокопоставленных лиц, которые были лояльны бывшему министру и ранее принимали непосредственное участие в закупках для министерства. Сам Мухаммед бен Найеф находится под домашним арестом, несмотря на то, что официальные лица говорят об обратном. В качестве предъявленных ему обвинений использовались материалы, касающееся поставок оружия группировкам в Сирии и Ираке, его предполагаемых медицинских пристрастий, обвинений в коррупции, связанных с контрактами с рядом иностранных компаний, и даже обвинений в том, что он контролировал некоторых членов королевской семьи. Помимо чистки МВД от чиновников, лояльных свергнутому министру Мохаммеду бен Найефу, Мохаммед бен Сальман (МБС) приступил к серьезному пересмотру всех контрактов, подписанных или находящихся в стадии переговоров с министерством. Ни одна сделка подрядчика с МВД не освобождается от проверки, даже несмотря на то, что сделки были заключены почти независимо сотрудниками Мухаммеда бен Найефа. Перетряска в министерстве также заблокировала основные программы. К ним относятся киберпроекты с американскими компаниями и давно заключенный саудовский военный контракт, по которому французы все еще ожидают четвертого раунда поправок. Это также означает, что многочисленные консультанты, которые раньше были тесно вовлечены в деловые отношения МВД, на сегодня отодвинуты на второй план.
Собственно эти антикорупционные кампании стали универсальным средством для наследного принца Мухаммеда бен Сальмана по минимизации влияния своих оппонентов в королевской семье в рамках переориентации основных финансовых потоков на себя и пополнения казны за счет конфискаций авуаров обвиненных в коррупции. Например, в 2017 году состоялась самые широкомасштабная кампания, во время которой несколько сотен человек было помещено без суда и следствия под домашний арест в столичный отель Ritz Carlton, что было расценено практически всеми экспертами как отчаянная попытка зачистить инакомыслящих и собрать деньги для своих провальных проектов. Этого, кстати, Мухаммеду бен Сальману добиться, несмотря  на все его оптимистичные заявления, не удалось. Падение цен на нефть и экономический спад, вызванный пандемией коронавируса, поставили вопрос с наполнением саудовского бюджета особенно остро. Обнаружение и конфискация активов своих  прямых конкурентов являются на сегодня одним из способов решения этой проблем.
В руководящих органах частных структур корпоративной разведки в Лондоне и Нью-Йорке в последнее месяцы особенно горячо обсуждались новые потенциальные контракты с КСА в рамках  попыток найти активы, спрятанные членами клана предшественника короля Сальмана бен Абдель Азиза, покойного короля Абдаллы бен Абдель Азиза. До настоящего времени такие расследования были сосредоточены на теневых трастах, связанных с Университетом науки и техники имени короля Абдаллы (KAUST). Большинство контрактов KAUST были выиграны Saudi Oger и Saudi Bin Laden Group (BLG), прежде чем были переданы новой компании Modern Architecture Contracting Co. (МАСС) во времена правления короля Сальмана. Дети короля Абдаллы — Абдулазиз бен Абдалла и другие, живущие в изгнании, курсирующие между европейскими столицами, — подвергаются особому контролю в этом контексте. Частные разведывательные организации имеют контракт на поиск активов Абдаллы, но, как говорят осведомленные эксперты, это может быть частью другого, более масштабного, расследования. Клан Абдаллы — не единственная цель для наследного принца. Хотя потомки Султана бен Абдель Азиза, министра обороны Саудовской Аравии с 1962 по 2011 год, были оставлены в покое, когда наследный принц Мухаммед бен Сальман начал свои антикоррупционные репрессии в ноябре 2017 года, некоторым советникам принца Султана не так повезло. Бизнесмен и консультант Абдалла аль-Шехри, который был финансовым советником экс-министра обороны, был заключен в тюрьму несколько недель назад и до сих пор находится под стражей. А.аль-Шехри попросили предоставить информацию о подпольных трастах, которые принц Султан якобы использовал в течение десятилетий, чтобы спрятать состояния для своей семьи. Некогда могущественный клан, много лет возглавляемый сыном султана Халедом бен Султаном, также уже далеко не тот силе влияния на  ВТС Саудовской Аравии, чем прежде. Последняя по времени крупная оборонная компания, которой он владел, Al Raha Group for Technical Services (RGTS), была закрыта властями в конце 2018 года. Среди тех, кто был арестован, есть принцы, которые не принадлежат к кланам, преследуемым по политическим или экономическим причинам. К ним относится Сальман бен Абдель Азиз бен Сальман Аль Сауд, который, несмотря на свое имя, не является потомком покойного короля, и ему не удалось добиться той значительной роли, которую он искал в качестве посредника между Саудовской Аравией и деловыми кругами Парижа и Лондона. В мае его парижский партнер Хашим Могал заключил контракт с Sonoran Policy Group Роберта Стрика (SPG), чтобы попытаться убедить правительство США оказать давление на Саудовскую Аравию, чтобы освободить его. Эта инициатива была встречена в Эр-Рияде «в штыки».
Одновременно власти Саудовской Аравии сейчас сконцентрированы и на еще одной цели — это Саад аль-Джабри, бывший близкий советник отстраненного Мухаммеда бен Найефа, который бежал в США в 2017 году. Наиболее известный в США, как основном архитектор борьбы Саудовской Аравии с «Аль — Каидой» и очень лояльный к ЦРУ в этой связи (оно, кстати, пришло ему на помощь, о чем ниже), С.аль-Джабри помог Мухаммеду бен Найефу и членам его клана, включая его племянника Мухаммеда бен Сауда бен Найефа, инвестировать в сектор безопасности США и КСА, особенно в кибернетику. К тому же он, как один из самых верных помощников бывшего министра внутренних дел, был стержнем десятилетнего сотрудничества в борьбе с терроризмом между США и Саудовской Аравией, а также сотрудничества с другими разведывательными службами, такими как британская МI-6 и французская DGSE. В этой связи наследный принц КСА не нашел ничего лучше, чем арестовать детей С.аль-Джабри и содержать их в качестве заложников. Это уже вызвало соответствующей вал критики в США и на Западе, и похоже, наследный принц снова делает принципиальную ошибку. Четыре американских сенатора 10 июля подписали письмо с призывом к президенту Дональду Трампу помочь освободить задержанных детей бывшего высокопоставленного сотрудника саудовской разведки, который живет в изгнании в Канаде. По словам семьи Саада аль-Джабри, его дети Омар и Сара в возрасте 22 и 20 лет были задержаны в Саудовской Аравии в марте. В письме, адресованном президенту, сенаторы выразили озабоченность по поводу этого дела, назвав их отца Саада аль-Джабри высоко ценимым партнером американских спецслужб, чья контртеррористическая работа помогла спасти тысячи американских жизней. «Как высокопоставленный офицер разведки в Саудовской Аравии, доктор аль-Джабри был оценен  бывшими сотрудниками ЦРУ за спасение тысяч американских жизней путем обнаружения и предотвращения террористических заговоров», — говорится в письме. Письмо, подписанное демократом из Вермонта Патриком Лихи, республиканцем из Флориды Марко Рубио, демократом из Вирджинии Тимом Кейном и демократом из Мэриленда Крисом Ван Холленом. В этой связи в ЦРУ растет недовольство тем, как директор Джина Хаспел справляется с ситуацией с  Саадом аль-Джабри. Руководители ЦРУ по борьбе с терроризмом активно давят сейчас на Хаспел с требованием более активно определить и высказать свою негативную позицию против примирительного отношения администрации Трампа к Эр-Рияду по этому вопросу. Но шеф ЦРУ в данном случае должна учитывать мнение и тактику администрации по этому вопросу, но при этом очевидно, что она делает все возможное, дабы не допустить экстрадиции С.аль-Джабри на родину.
Наследный принц Саудовской Аравии Мухаммед бен Сальман  при этом продолжать настаивать на экстрадиции из Канады бывшего высокопоставленного сотрудника саудовской разведки Саада аль-Джабри, сообщает канадская газета The Globe and Mail. Саудовцы сначала попытались арестовать аль-Джабри, выпустив «красное уведомление» через Интерпол,  в конце 2017 года, но это было заблокировано западниками. В 2018 году делегация Саудовской Аравии также настаивала на его экстрадиции из Канады. Канадское правительство никак не прокомментировало этот вопрос, а представитель Министерства юстиции отметил в своем заявлении, что запросы об экстрадиции являются конфиденциальными. «Мы не можем комментировать существование запросов об экстрадиции конкретных лиц, пока этот запрос не будет обнародован судами», — сказал он. При этом большинство экспертов фактически солидарно утверждают, что экстрадиция С.аль-Джабри невозможна для Оттавы.
Другое дело британцы, которые пытаются в данном случае усидеть «на двух стульях». 6 июля в своем заявлении в Палате общин консервативный министр иностранных дел Доминик Рааб обнародовал важную тенденцию в британской внешней политике после Brexit. Впервые за последние десятилетия страна в одностороннем порядке применит санкции против отдельных лиц и организаций, которые, как считается, грубо нарушили права человека в результате таких актов, как убийства, внесудебные убийства, пытки и унижающее достоинство обращение, рабство и принудительный труд. Меры в отношении преступников будут приниматься главным образом в форме ареста активов и запрета на поездки. Поразительно, что из почти 50 имен, приведенных министром, 20 были из Саудовской Аравии, включая Сауда аль-Кахтани, бывшего близкого советника саудовского наследного принца Мухаммеда бен Салмана. Неслучайно аль-Кахтани вместе с Ахмедом аль-Асири, заместителем главы разведывательной службы королевства, и другими саудовцами, включенными в список, всего за несколько дней до этого были заочно обвинены в суде Стамбула в незаконном убийстве журналиста-диссидента Джамаля Хашогги в саудовском консульстве в этом городе в октябре 2018 года. Пять анонимных саудовских подданных были осуждены и приговорены к смертной казни за убийство на судебном процессе в Саудовской Аравии в декабре прошлого года, на который не были допущены наблюдатели. Но и турецкие, и британские власти считают, что этот вердикт был попыткой замять дело. Неудивительно, что обвинения в Турции и Великобритании теперь выдвигаются против 15 членов группы наемных убийц, якобы посланных в Турцию для проведения операции, а также людей, которые, как полагают, организовали ее. Эта новость вызвала шоковую волну в ближайшем окружении Мукхаммеда бен Сальмана в Эр-Рияде, поскольку они уже давно рассматривали Великобританию в качестве сильнейшего европейского союзника Саудовской Аравии. Сам МБС поддерживает очень теплые отношения с британской королевской семьей. Он решительно отрицает, что заказал убийство Хашогги, но в интервью Би – би-си в сентябре прошлого года он сказал, что взял на себя ответственность за убийство как саудовский лидер. Само главное в данном случае — это то, что менее чем через 24 часа после заявления Рааба в Палате общин британское правительство заявило, что намерено возобновить продажу оружия Саудовской Аравии, которая была приостановлена по гуманитарным соображениям после судебного разбирательства, возбужденного НПО «Кампания против торговли оружием» (CAAT), в рамках которого было доказано, что у британское оружие может быть незаконно использовано против гражданского населения в ходе боевых действий в Йемене, где в течение последних пяти лет саудовцы возглавляют коалицию сил интервенции в защиту свергнутого центрального правительства. По мнению правительства Соединенного Королевства, последующий обзор ситуации в Йемене выявил лишь «единичные случаи» возможных нарушений, но не выявил никаких признаков несоблюдения гуманитарных норм и явного риска будущих серьезных нарушений. Организация Объединенных Наций между тем подтвердила гибель около 7 700 гражданских лиц в Йемене с 2015 года, хотя антивоенные активисты утверждают, что реальная цифра значительно выше. Бесспорно то, что число раненых среди гражданского населения значительно возросло, и миллионы йеменцев, особенно дети, стали жертвами голода и различных болезней, включая холеру. По оценкам, за последние пять лет британское оружие было поставлено Саудовской Аравией на сумму 5 млрд фунтов стерлингов (6,3 млрд долларов), хотя далеко не все оно предназначались для использования в Йемене.
Такая позиция Лондона объясняется не только чисто экономическими резонами. Многие политические и военные конфликты на Ближнем Востоке рассматриваются в Лондоне, да и в Вашинготоне, через призму саудовско-иранского соперничества. В этой связи Лондон склонен выстраиваться рядом с Вашингтоном в поддержке Саудовской Аравии. Конечно, эта поддержка не является абсолютной. В отличие от администрации Трампа, консервативное правительство Великобритании действительно хотело бы, чтобы иранская ядерная сделка 2015 года снова заработала. Но если дело дойдет до выбора, Эр-Рияд будет рассматриваться как более надежный союзник, чем Тегеран. События последних нескольких дней, тем не менее, подчеркивают двусмысленность и непоследовательность, присущие политике британского правительства в отношении Саудовской Аравии, которую можно охарактеризовать как двуличную. Хотя Рааб и его предшественники – включая нынешнего премьер-министра Бориса Джонсона —  приветствуют то, что они считают позитивными реформами, которые были проведены внутри КСА, в основном по приказу Мухаммеда бен Сальмана, они не могут игнорировать тот факт, что некоторые из тех самых нарушений, которые Рааб подчеркнул в своем заявлении в Палате общин, широко распространены внутри Саудовской Аравии. Так, за последние 12 месяцев число казней фактически возросло, и то, что правозащитники сочли бы жестоким или унижающим достоинство наказанием, все еще имеет место. В любом случае, сложно ожидать в настоящее время смену курса Вашингтона в рамках нейтральной позиции по отношению к нарушению прав человека в КСА. Все может измениться только в ноябре в случае поражения Трампа на выборах на второй срок.

62.42MB | MySQL:101 | 0,518sec