Ситуация в Турции: август 2020 г.

Август, как правило, период затишья на турецком внутриполитическом поле. Парламент на каникулах, высокопоставленные государственные чиновники в отпусках, в штаб-квартирах основных политических партий привычная для турок активность по этой же причине максимально снижена. Однако в этом году пандемия коронавируса и нарастающая волна прогнозов и просто «достоверных слухов» о возможности объявления в стране досрочных парламентских и президентских выборов делает этот август не по сезону активным и политически жарким.

Высокопоставленный функционер основной оппозиционной Народно-республиканской партии (НРП) Мухаррем Индже, кандидат в президенты от партии в 2018 году, объявил о создании нового политического Движения за родину с планами его преобразования в политическую партию.  «Мы предлагаем новый вариант для Турции. Движение, которое я начал, получит свою силу, направление и финансирование от нации. Движение официально начнёт работу 4 сентября, в годовщину Сивасского конгресса, вехи в становлении независимости Турецкой Республики», — заявил М.Индже.

Напомним, что он получил более 31% голосов на президентских выборах 2018 года, сумел оживить и мобилизовать сторонников так, как ни один оппозиционный кандидат не был способен сделать это с тех пор, как президент Р.Т.Эрдоган пришёл к власти, утверждают СМИ. Он проиграл Р.Т.Эрдогану, но добился первого за 41 год успеха для НРП, заручившись такой мощной поддержкой своих сторонников. «Меня поддержал 31% избирателей. И теперь я намерен увеличить эту поддержку до 51%», — сказал 56-летний политик. В настоящее время он не занимает официального поста в НРП и после президентских выборов в 2018 году по большей части оставался вне поля зрения общественности.

И в этом августе М.Индже вновь был в центре внимания благодаря нескольким сообщениям в турецких СМИ, которые утверждали, что он хочет сформировать отколовшуюся оппозиционную партию после того, как был оттеснён лидером НРП Кемалем Кылычдароглу на партийном съезде в прошлом месяце. «Ни нынешний режим одного человека, ни оппозиция под управлением одного человека не смогут решить проблемы Турции. Однако Турция не лишена вариантов, она не обречена на дворцовый режим», — заявил М.Индже.

Попытаемся вновь оценить перспективу такого демарша М.Индже. Он еще раз подтвердил хронический диагноз, характерный уже в течение многих десятилетий для турецкого политического спектра, расположенного левее центра. Мы о нем писали неоднократно в предыдущих статьях. Диагноз заключается в удивительном неумении лидеров этого спектра внутриполитического поля Турции для достижения общих целей поступиться личными и узкопартийными амбициями, что ведет вначале к разобщению и ослаблению всех его участников, а потом и вовсе к их практическому исчезновению из политической жизни страны.  Турецкая оппозиция, М.Индже в том числе, на нынешнем этапе декларирует свое стремление лишить власти правящую ПСР и ее лидера и вернуться к парламентской системе. Однако правящая партия и ее ведущие функционеры сегодня, как ни парадоксально, рады инициативе М.Индже, которая внесет определенную сумятицу в ряды основной оппозиционной Народно-республиканской партии (НРП), приведет к оттоку из партии на предстоящих выборах части голосов ее электората.  И это окажется практически единственным «результатом» этой инициативы. Вызывает улыбку заявление М.Индже о «финансировании нацией» его проекта. Как опытный турецкий политик он должен знать, что за созданием движений и партий стоит заинтересованный в этом крупный капитал, тем более в такой стране как Турция.

И вот другой пример партийной работы.  Правящая ПСР планирует внести изменения в избирательную систему в октябре, когда парламент вновь начнёт свою работу. Члены ПСР и её союзной Партии националистического движения (ПНД) продолжают работать над изменениями несмотря на то, что у парламента сейчас каникулы. Сформированы различные комиссии для выработки изменений в очень важных для предстоящих выборов законов «О политических партиях», «О выборах», а также в подзаконных актах парламента.

На рассмотрении находятся различные варианты реформ, включая снижение 10%-го избирательного порога и переход к одномандатной системе округов. Источники утверждают, что новая система будет «уникальной». В соответствии с Конституцией Турции любые изменения, внесённые в избирательную систему, вступают в силу через год после того, как они будут поддержаны парламентом, то есть как раз поспеют к предстоящим парламентским и президентским выборам в приемлемом для правящей партии виде.

Лидер Хорошей партии (союзник основной оппозиционной НРП) Мераль Акшенер заявила, что большая часть турецкого народа хочет вернуться к парламентской системе, добавив, что в рамках нынешней «странной» формы правления невозможно добиться процветания страны. По ее словам, различные опросы показали, что от 54% до 64% людей стремятся к усовершенствованной и усиленной парламентской системе, а не к «системе правления одного человека». «Экономика Турции ухудшилась, у молодёжи нет надежды найти работу, сельское хозяйство и промышленность в упадке. Люди страдают от того, что не могут найти средств к существованию и боятся остаться без работы», — цитируют её турецкие СМИ.

Напомним, что турецкие избиратели поддержали переход с парламентской формы правления на президентскую по итогам референдума по конституционным поправкам, прошедшего в Турции 16 апреля 2017 года. Официально страна перешла на президентскую систему 9 июля 2018 года, отказавшись от парламентской формы, действовавшей в стране порядка 95 лет. Надо сказать, что новая система предоставила широкие полномочия президенту Р.Т.Эрдогану и позволила ему быть одновременно и лидером правящей ПСР, и президентом. Напомним, ранее президент Турецкой Республики наоборот подчеркивал свою беспартийность, указывал на стремление выражать интересы всех политических партий и их избирателей.

И еще о некоторых событиях, которые происходили в этот период на оппозиционном фланге.  Партия будущего и Партия демократии и прорыва (DEVA), созданные соответственно Ахметом Давутоглу и Али Бабаджаном, которые вышли из правящей ПСР, все чаще и предметнее рассматриваются как будущие члены «Национального альянса», состоящего сегодня из основной оппозиционной Народно-республиканской партии (НРП), Хорошей партии и Партии счастья (ПС). Лидер Хорошей партии Мераль Акшенер провела почти двухчасовую встречу с А.Бабаджаном. Аналогичная встреча проведена и с А.Давутоглу. В рамках этих переговоров и консультаций обсуждалась тема предвыборной коалиции. Наряду с этим, лидер НРП К.Кылычдароглу рассматривает возможность поддержки А.Бабаджана в качестве совместного кандидата в президенты от «Национального альянса» на следующих выборах.

С другой стороны, по мнению некоторых турецких политологов, поддержка Р.Т.Эрдоганом своего политического союзника лидера Партии националистического движения (ПНД) Девлета Бахчели и призыв к М.Акшенер и другим вышедшим из ПНД политикам «вернуться домой» и присоединиться к правящему «Народному альянсу» говорит о том, что лидер ПСР и глава государства предпочитает искать пути к укреплению своих позиций на внутриполитическом поле, видит необходимость в пополнении альянса новыми членами.

Примечательно, что М.Акшенер на призыв «вернуться домой» ответила Р.Т.Эрдогану: «Если они хотят поддержать переход к усиленной парламентской системе, мы это рассмотрим». Р.Т.Эрдоган, как и ранее, осознаёт тот факт, что без реальной поддержки ПНД правящей ПСР не хватит голосов для парламентского большинства, и обеспокоен эпохой в ПНД после Д.Бахчели, ведь в политических кругах, по сообщениям СМИ, ходят слухи о  плохом самочувствии лидера ПНД.

Примечательно, что ранее Р.Т.Эрдоган называл М.Акшенер «предательницей» и обвинял её в получении инструкций от запрещённой Рабочей партии Курдистана (РПК). Тот факт, что он сейчас делает ей такое предложение, показывает его озабоченность и тревогу по поводу ПНД и Д.Бахчели. В такой ситуации политическая позиция М.Индже и его заявления о создании новой партии приобретают определенную позитивную значимость для правящего «Народного альянса», так как ведут к расколу в рядах основной оппозиционной НРП.

Эти изменения на внутриполитическом поле Турции сопровождаются не менее значимыми переменами и в общественной жизни страны. Приведем некоторые примеры реакции в стране на преобразование собора Святой Софии в мечеть. Так, лидер ПСР и президент Турции Р.Т.Эрдоган назвал первого главу Народно-республиканской партии (НРП) и первого президента Кемаля Ататюрка «проклятым за то, что он нарушил свое долговое обязательство». После это же заявление повторил глава управления по делам религии Али Эрбаш во время проповеди с мечом в руке в день открытия Айя-Софии в качестве мечети. По «совпадению» в день, когда Святая София вновь стала мечетью, Аныткабир (мавзолей Ататюрка в Анкаре) был закрыт для посещения по причине «дезинфекции».

Нобелевский лауреат Орхан Памук заявил, что решение сменить статус Айя-Софии является концом светской Турции. Примечательно, что в ПСР оценивают решение так же. Для них модернизация и светскость — образ жизни, который был принудительно навязан. ПСР «спасла» людей от насильно навязанного выбора. Например, Ибрагим Карагюль, главный редактор газеты Yeni Şafak, закрывая глаза на экономические и социальные проблемы, говорит: «Сегодня пришел конец периода упадка и надзора — это начало нового подъема». Мустафа Армаган, турецкий историк и поклонник Р.Т.Эрдогана, объясняет проповедь главы управления по делам религии с мечом в руке: «Это возвращение Османской Империи». По мнению некоторых турецких аналитиков, в ПСР считают, что юридические и политические нормы, разрушенные реформами М.К.Ататюрка, должны найти повторное применение.

Сын президента Биляль Эрдоган раскритиковал буквенную реформу в телевизионном эфире после смены статуса Святой Софии. Его заявление, что «теперь собор Святой Софии и Турция свободны» и «давайте же соберемся за Халифат!», появилось на обложке близкого к правительству изданию Yeni Şafak. Несколько месяцев назад на AKİT TV также транслировался призыв к «халифату». Местные оппозиционные политологи задаются вопросом: кто может стоять перед лицом радикальных изменений в Турции?  И отвечают: кемалисты, НРП и прочие оппозиционные группы разобщены. Сейчас правящая партия за 18 лет нахождения у власти сумела занять прочные позиции в судебной системе, парламенте, бюрократии, армии, спецслужбах. Представители ПСР уверенно главенствуют в этих структурах. В итоге звучит ответ: реально никто.

Поляризация сил на внутриполитическом поле обостряет экономические проблемы. На фоне жесткого политического противостояния министерство финансов и казначейства Турции объявило дефицит бюджета в июле в объеме 30,8 млрд лир (4,2 млрд долларов).  В январе-июле этот показатель превысил 140 млрд лир и был на 10 млрд лир выше дефицита 2019 года. Эти цифры показывают, насколько истощен бюджет 2020 года. Это, в свою очередь, способствует дальнейшему обострению политической борьбы.

Тем не менее правящая партия во главе с президентом страны не теряют оптимизма. 21августа Р.Т.Эрдоган сообщил «радостную весть», которая, по его мнению, даст старт новой эре в Турции. «Турция обнаружила 320 млрд кубометров залежей природного газа в Черном море. Наша цель к 2023 году начать использовать собственный природный газ. Sakarya — так теперь будет называться месторождение», — сказал Р.Т. Эрдоган.

Проправительственные СМИ восторженно восприняли эту новость. Вот только некоторые заголовки первых полос: Началась эра турецкой энергетики. 130 летняя мечта стала явью. И это только начало. Благословение благодаря Айя-Софии. Но была и другая реакция, авторы которой напоминали, что подобные сообщения уже были, однако все закончилось популизмом, практический «выхлоп» которого равнялся в конечном итоге нулю.  Вот некоторые выводы и заголовки в газетах сторонников такой позиции. Соотечественников этим газом не обманешь. «Радостная весть» Эрдогана не смогла оправдать ожидания. По словам оппозиции, нельзя обмануть народ «самодельными историями успеха». Благовестный газ рынки не оценили. После радостной вести доллар стал дорожать. Радостная весть, мы нашли газ, но рынкам эта весть не смогла придать ускорение.

На этом фоне возникает вопрос о влиянии открытия газового месторождения в Черном море (его объемы, по словам турок, оцениваются в 350 млрд куб. м) на сотрудничество России и Турции в сфере энергетики. Большинство экспертов полагают, что угрозы для Москвы на рынке газа в этом регионе на нынешнем этапе нет, так как нет полноценной и достоверной информации об этом месторождении. Мы вернемся к этому вопросу чуть подробнее в разделе о российско-турецких отношениях. Многие государства, в том числе и Турция, возлагали на добычу газа в Черном море большие надежды, но пока они не оправдывались. Например, Румыния, где 8 лет назад были открыты крупные запасы газа на шельфе Черного моря, так и не смогла ввести их в эксплуатацию, несмотря на участие в проекте таких компаний мирового класса, как Exxon и OMV.

Наряду с этим, аналитик Wood Mackenzie по сектору добычи Томас Пурди объяснил, что разработка запасов в Черном море сложна логистически и требует миллиарды долларов. Именно по этой причине остановили румынский проект Neptun Deep, который располагается всего в 100 км от скважины Tuna-1. Кроме этого необходимо учитывать и тот факт, что сроки от открытия месторождения до начала промышленной добычи составляют 18-24 года. При этом обращает на себя внимание тот факт, что министр энергетики и природных ресурсов Турции Фатих Денмез заявил: «Наша цель — отправить первый газ на берег к 2023 году. С этой целью будет разработан план добычи». Напомним, что 2023 год – это 100-летие со дня провозглашения Турецкой Республики. То есть, пока мы слышим только политические заявления. Надо действительно дождаться подтверждения товарных запасов, данных по себестоимости извлечения. Например, в Китае огромные запасы газа, но они находятся на такой глубине, что добыть их невозможно. Понятно, что Турция получила повод для заявлений, но вот повода для реальной положительной оценки месторождения пока нет.

Тем не менее, наличие такого актива может существенно укрепить позиции Турции на переговорах с любым из поставщиков газа, в том числе с Россией, однако полностью отказаться от импорта страна не сможет даже с учетом открытия такого перспективного месторождения. Понятно, что появление дополнительного источника поставок усилит конкуренцию между другими поставщиками, в чем Турция очень заинтересована, и будет использовать заявленное открытие месторождения Сакарья в переговорах с экспортерами газа в Турцию.

Продолжим тему энергетики. Управление по регулированию энергетического рынка (EPDK) Турции сообщило, что поставки газа из Ирана в Турцию в январе-июне 2020 года сократились на 46% по сравнению с аналогичным периодом 2019 года, а из России на 41,5%. По данным EPDK, общий объем импорта природного газа в Турцию в январе-июне снизился на 3,5% по сравнению с аналогичным периодом 2019 года — до 22 млрд 483 млн 46 тыс. куб. м. При этом 12 млрд 152 млн 85 тыс. куб. м пришлись на трубопроводный газ, а 10 млрд 330 млн 61 тыс. куб. м на сжиженный (СПГ). Объем импортированного в Турцию газа по трубопроводам снизился на 24,8%, а закупки СПГ увеличились на 44,8%.

Впервые Азербайджан стал крупнейшим поставщиком газа в Турцию по итогам первого полугодия 2020 года. Объем закупок газа из этой страны вырос на 23,4% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года — до 5 млрд 444 млн 99 тыс. куб. м, что связано с увеличением поставок голубого топлива по Трансанатолийскому газопроводу (ТАНАП). Доля России в турецком импорте голубого топлива снизилась на 41,5% — до 4 млрд 678 млн 66 тыс. куб. м. За аналогичный период 2019 года из России было импортировано 7 млрд 993 млн 86 тыс. куб. м газа. В прошлом году Россия занимала лидирующую позицию в рейтинге поставщиков природного газа в Турцию.

Доля Ирана на рынке Турции снизилась на 46% – до 2 млрд 29 млн куб. м. При этом в апреле, мае и июне нынешнего года природный газ из Ирана не импортировался. Турция стала закупать СПГ из новых стран. В январе-июне 2020 года крупнейшим поставщиком СПГ в Турцию стал Алжир — 2 млрд 991 млн 68 тысяч куб. м. Большая доля турецких закупок СПГ пришлась также на Катар. За отчетный период из Катара было импортировано 2 млрд 853 млн куб. м СПГ, что на 124% больше аналогичного периода прошлого года.

Интерес представляет, на наш взгляд, прогноз экономиста, бывшего советника казначейства Махфи Эгильмеза. Он заявил, что турецкая экономика больше не является предсказуемой. «В непредсказуемой экономике увеличение рисков означает увеличение расходов. После резкого падения курса турецкой лиры на прошлой неделе турецкая экономика находится в таком состоянии, когда её состояние невозможно предсказать. Лира достигла рекордных минимумов по отношению к доллару, упав до 7,32 за 1 долл. США, потеряв таким образом 19%», — сказал он.  «Нелегко предсказать в условиях такой большой сложности и такого воздействия поведение национальной валюты Турции. Но можно сказать, что сегодняшняя перспектива продолжится, с некоторыми взлётами и падениями, по крайней мере, до президентских выборов в США и даже до февраля 2021 года, если Трамп проиграет выборы», — считает экономист.

Также турецкая лира негативно реагирует на сообщения о росте числа заболевших COVID-19 в стране. Такая тенденция повышает риски ввода новых ограничений со стороны других стран, которые могут ограничить поток туристов в Турцию, что может негативно повлиять на объем валютной выручки. Экономика Турции в значительной степени зависима от туристической отрасли. С курортов Турции новости о разорении отелей из-за коронавируса приходят каждую неделю. Разоренные отели выставляются на продажу. Доля ВВП Турции от туризма составляет более 10%. В этом секторе занято примерно 8% всего трудоспособного населения страны. С мая этого года уровень безработицы в Турции поднялся до 12,9%, сообщил Турецкий статистический институт (TurkStat). В абсолютных цифрах – это 25,9 млн человек.

Вторая важная составляющая экономики Турции — поставки плодоовощной продукции. Эти две отрасли в первую очередь пострадали от пандемии, карантинов, сжатия мирового спроса, нарушения товарно-логистических поставок. По мнению эксперта, такое положение ослабило платежный баланс страны за счет уменьшения притока иностранных валют и снижения спроса на лиру.

Все это привело к тому, что международное кредитно-рейтинговое агентство Fitch 21 августа изменило прогноз Турции со «стабильного» на «негативный», указав на истощение валютных резервов, слабое доверие к денежно-кредитной политике и значительный дефицит счёта текущих операций как на факторы, усугубившие риски внешнего финансирования. Агентство подтвердило суверенный рейтинг страны на уровне «BB-». «Политическое давление, ограниченная независимость Центрального банка Турецкой Республики и медленное реагирования на события увеличивают риски недостаточного ужесточения политики», — говорится в заявлении Fitch.

Тем не менее, несмотря на вышеперечисленные проблемы и трудности, экспорт промышленной продукции Турции вырос в июле до рекордного уровня за текущий год, до 11 млрд 495 млн 732 тыс. долларов. Турецкий экспорт промышленной продукции упал в марте и апреле на фоне пандемии коронавирусной инфекции, с мая же продемонстрировал рост, достигнув самого высокого уровня за 2020 год. Совет экспортеров Турции (TİM) сообщил, что экспорт промышленной продукции в январе составлял 11 млрд 111 млн 944 тыс. долларов, в феврале этот показатель вырос до 11 млрд 130 млн 203 тыс. долларов. На фоне пандемии коронавируса турецкий экспорт в марте снизился до 10 млрд 16 млн 23 тыс. долларов, в апреле – до 6 млрд 232 млн 313 тыс. долларов.

С мая с.г. экспорт промышленной продукции на ежемесячной основе начал расти. В мае турецкий экспорт вырос до 7 млрд 109 млн 533 тыс. долларов, в июне – до 10 млрд 224 млн 619 тыс. долларов. В июле текущего года экспорт промышленной продукции вырос на 84% в сравнении с апрелем, до 11 млрд 495 млн 132 тыс. долларов. В импорте турецкой промышленной продукции лидируют Германия и США, за которыми следуют Великобритания, Израиль, Франция, Норвегия, Ирак и Италия.

К успехам в сфере экономики следует отнести и тот факт, что Турция стала единственной страной в Европе, увеличившей число продаж на рынке автомобилей, несмотря на пандемию коронавируса. По объемам продаж на авторынке Турция в первой половине 2020 года заняла шестое место среди стран Европы. Сфера автомобильной промышленности является одной из наиболее пострадавших на фоне пандемии областей экономики в мире. Однако негативное влияние COVID-19 на автомобильный рынок ощущалось в Турции намного меньше, чем в странах Европы.

Согласно докладу Ассоциации автомобильных дистрибьюторов (ODD) «Оценка автомобильного рынка Европы», подготовленном на основе данных Ассоциации европейских производителей автомобилей (ACEA), в первой половине 2020 года продажи автомобилей в Европе сократились на 38,9% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Всего продажи автомобильного рынка европейских стран составили 6,011 млн единиц. В первой половине 2019 года этот показатель составлял 9,834 млн. Ни одна страна Евросоюза и Европейской ассоциации свободной торговли (EFTA), за исключением Турции, не смогла увеличить число продаж на автомобильном рынке с начала года. В первом квартале 2020 года Турция занимала седьмое место в Европе по продажам автомобилей. По итогам первого полугодия Турция поднялась до шестого места по объемам продаж.

Экономические обозреватели позиционируют как успешное еще одно направление – экспорт турецкого чая, который за первые семь месяцев 2020 года вырос на 43% до 9,131 млн долларов. По данным Союза экспортеров Восточно-Черноморского региона (DKİB) в январе-июле 2020 года Турция экспортировала 2 325 тонн чая в 102 страны мира. Доходы от экспорта турецкого чая в отчетный период составили 9 131 405 долларов США. В аналогичный период прошлого года Турция экспортировала 1909 тонн чая на 6 398 000 долларов. Таким образом, экспорт турецкого чая с начала года вырос на 22% в весовом, и на 43% в ценовом выражении.

Главным импортером турецкого чая в отчетный период стала Бельгия – 720 тонн на 3,028 млн долларов. В аналогичный период 2019 года в Бельгию было экспортировано 423 тонны чая на 1,543 млн долларов. Таким образом, экспорт чая в Бельгию вырос на 70% в весовом, и на 96% в ценовом выражении. Вторым крупным импортером турецкого чая стала Германия – 1,193 млн долларов, третьим т.н. Турецкая Республика Северного Кипра – 682 470 долларов. Заместитель главы Совета директоров DKİB Шабан Тургут сообщил, что экспорт чая в 2020 году будет продолжать бить рекорды. По его словам, спрос на турецкий чай продолжает расти на мировом рынке из-за его высокого качества и натуральности.

Не довольны в этом году руководители высшего образования страны. Ни один из университетов Турции в 2020 году не попал в первую сотню «Шанхайского рейтинга». Надо сказать, что в ходе исследования, в котором была дана оценка практически 2 тыс. вузов по всему миру, отмечены одиннадцать высших учебных заведений страны. Стамбульский университет оказался первым среди турецких высших учебных заведений в «Шанхайском рейтинге» университетов мира, заняв 400-е место из 2 тысяч лучших школ. Далее в списке на 600-м месте значится столичный университет Хаджеттепе вместе со Стамбульским техническим университетом, за которым следуют измирские университеты Девятого сентября и Эге. Университет Анкары, университет Билькент в Анкаре, Ближневосточный технический университет (ODTÜ) и университет Гази также попали в список. За ними последовали университет Эрджиес в центральной анатолийской провинции Кайсери и стамбульский университет Мармара. Следует отметить, что в тройку лучших вузов в рейтинге вошли Гарвардский, Стэндфордский университеты США и Кембриджский университет Соединённого Королевства.

В сфере внешней политики, на наш взгляд, представляет интерес комментарий обозревателя старейшей, основанной первым президентом М.К.Ататюрком, оппозиционной газеты Турции «Джумхуриет». Мехмет Али Гюллер выступил с критикой внешней политики официальной Анкары. Он пишет: «Мы живем уже несколько лет в «сюрреалистическом» политическом климате: с трибуны парламента, площадок митингов, экранов телевизоров, в газетных колонках то и дело раздаются призывы свергнуть Асада в Сирии, снести Хафтара в Ливии, развалить альянс Израиль — Египет — Южный Кипр — Греция — Ливан в Восточном Средиземноморье, поставить на колени Грецию в Эгейском море, осадить Армению на Кавказе, защитить Катар в Персидском заливе, обеспечить базирование и военное развертывание в Африке и т.д. В зависимости от ситуации мы то браним Россию из-за Ливии, то восклицаем с угрозой: «Эй, Америка, эй, Европа».

Все это время не согласные с такой политикой в Турции говорили следующее: Цель свергнуть Асада ошибочна, Анкара должна прийти к согласию с Дамаском. Чтобы соглашение с Ливией дало результат, нужно работать над заключением аналогичных соглашений о морских границах и с другими странами в Восточном Средиземноморье, например, с Израилем, с Египтом… Нужно сосредоточиться на дипломатических ходах, которые позволят разобщить альянс стран в Восточном Средиземноморье… Следует отказаться от ошибочного подхода «договориться с Россией и использовать это в торге с США», — отмечает политолог.

«Одним словом, мы говорили, что, вместо того чтобы отправлять военных в Триполи, Анкара должна отправить дипломатов в Дамаск и Каир…А команда ПСР, которая ощущала себя янычарами на открытии Айя-Софии в качестве мечети, с экранов телевизоров и колонок в СМИ делала нам «предупреждение»: мы, кто говорил «дипломатия прежде всего», оказывается, не увидели великой мощи Турции, не поняли тактику Эрдогана использовать США и Россию друг против друга, которая восходит корнями к Абдул-Хамиду II, не смогли постичь политику Эрдогана, которая ставит на место страны Европы и восходит корнями к Сулейману I!», — пишет М.Гюлер.

По мнению турецкого политолога, на нынешнем этапе политика «грубой силы» внезапно сменилась стремлением вернуться к дипломатии! Официальный представитель и главный советник президента Турции по безопасности и внешней политике Ибрагим Калын (İbrahim Kalın) дал сигнал «дипломатия прежде всего», заявив, что во время председательства Германии в ЕС приоритет будет отдаваться дипломатии и переговорам, а также сообщил о следующем решении Р.Т.Эрдогана: «Поскольку переговоры будут продолжаться, посмотрим, что нас ждет впереди, и подождем некоторое время».

Однако, полагает М.Гюлер, возвращение к принципу «дипломатия прежде всего» с заявлением Ибрагима Калына, вне всякого сомнения, не решает проблем. Потому что главная ошибка Турции при формировании стратегии безопасности сохраняется. Дело в том, что Анкара совершает ошибку еще на самом первом этапе: не может правильно определить, откуда исходит главная угроза безопасности Турции. Два дня назад министр национальной обороны Турции Хулуси Акар (Hulusi Akar) дал три сигнала с точки зрения «политики в сфере безопасности» Турции, словно обратившись к нескольким разным столицам. Вот эти приоритеты.

  1. «Мы верим, что Турция и США встанут на более позитивный путь, как это было много раз в прошлом».
  2. «НАТО находится в центре обеспечения безопасности Турции».
  3. «Членство в ЕС продолжает оставаться нашей стратегической целью».

Турецкий политолог уверен, что, если Анкара все еще гонится за «совместной работой» с США, то тогда сформировать реальную стратегию безопасности, которая защищала бы Турцию, невозможно. Ведь именно от США исходит угроза безопасности Турции. Вашингтон угрожает Турции с юга, а точнее через север Ирака и Сирии, Вашингтон создает антитурецкий фронт в Восточном Средиземноморье, Вашингтон грозит Турции «экономической дубинкой», Вашингтон говорит Турции: «Это оружие не дам, а то, которое даю, ты не сможешь использовать». «Именно Вашингтон пытается столкнуть Турцию и Россию лбами в регионе с целью войти в Черное море, Вашингтон постоянно держит Турцию под давлением с помощью кнута под названием «геноцид армян», Вашингтон и Анкара находятся на прямо противоположных баррикадах по Кипру», — констатирует автор статьи. «Если источник угрозы установлен ошибочно, то независимо от того, применяете ли вы грубую силу или садитесь за стол переговоров, результат не изменится… Это важнейшая проблема Турции», — подчеркивает М. Гюлер.

А теперь давайте посмотрим, как в реальности строилась «совместная работа» США, ЕС и Турции в августе в связи с заявленными министром обороны приоритетами. Сразу отметим, что позитивных изменений по сравнению прошлыми периодами нет. Так, США всё еще думают о том, как пожестче ответить на покупку Турцией российских зенитных ракетных комплексов С-400. Так заявил американский госсекретарь Майк Помпео, выступая в комитете по иностранным делам сената. «В ответ на приобретение правительством Турции C-400 мы приняли чувствительные меры, которые оказали реальное воздействие на Турцию. Мы продолжаем изучать, как еще использовать дополнительные санкции для достижения нашей конечной цели», — констатирует М. Помпео.

При этом он цинично подчеркнул, что конечной целью американской администрации «не является наказание», а речь идёт лишь о необходимости действовать в рамках национальной безопасности США и партнёров по НАТО. Возникает вопрос: А Турция разве не партнер по НАТО? В декабре 2019 года международный комитет Сената США одобрил законопроект, предусматривающий введение санкций против Турции, партнера по альянсу, за покупку российских систем С-400. А 17 июля уже в Конгресс США внесли законопроект о санкциях против Турции.  Турецкий МИД осудил этот шаг. Президент Р.Т.Эрдоган отметил, что страна может закрыть для военнослужащих США базы Инджирлик и Кюреджик в случае введения Вашингтоном санкций.

Советник и пресс-секретарь президента Турции Ибрагим Калын жестко осудил кандидата в президенты США Джо Байдена, заявившего о готовности оказать давление на Анкару в случае победы на выборах в США. И.Калын назвал высказывания Байдена показателем невежества, высокомерия и двуличия. «Аналитические умозаключения Байдена по Турции основываются на невежестве, высокомерии и двуличии. Времена, когда Анкара действовала по указке извне, остались позади. Однако, если вы все еще попытаетесь действовать в русле приказов, то пробуйте. Ущерб от этих действий будут нести сами США», — написал Калын в Twitter на английском языке.

Пресс-секретарь правящей ПСР Турции Омер Челик, в свою очередь, комментируя высказывания кандидата в президенты от Демократической партии США Джо Байдена, заявил, что никто не может захватить или разрушить демократию в Турции. «Никто не может захватить, разрушить нашу демократию, вмешаться в политическую систему Турции. Высказывания Байдена вызвали осуждение всего политического сообщества Турции», — отметил О.Челик.

Для лучшей наглядности приведем эти комментарии Байдена. «Мы можем поддержать некоторые элементы в турецком руководстве, которые всё ещё существуют, и получить от них больше, а также придать им смелости, чтобы они смогли набраться сил и победить Эрдогана. Не путём переворота, не путём мятежа, а посредством избирательного процесса», — заявил Байден. Он также обвинил нынешнего президента США Дональда Трампа и его администрацию в том, что они «пошли на уступки» Р.Т.Эрдогану, позволив ему начать военное вторжение в Сирию в октябре 2019 года, в ходе которого Турция отбила территорию у сирийских курдских сил, объединившихся ранее с США для борьбы с «Исламским государством» (ИГ, запрещено в РФ). Необходимо поправить Байдена и напомнить ему, что именно США втянули Анкару в сирийскую авантюру, более того, выставили турок на ее острие. Это политический ликбез, с которым знакомы все, кроме кандидата в президенты США от Демократической партии. Мы об этом неоднократно писали в предыдущих статьях.

Ну а как обстоят дела со второй обозначенной министром национальной обороны Турции стратегической целью – вступлением страны в Евросоюз в качестве полноправного члена? На этом направлении также вместо взаимного учета национальных интересов и конструктивных переговоров продолжается разговор о санкциях. Так, Евросоюз ускорит их разработку против Турции за нелегальную буровую деятельность в Восточном Средиземноморье, а также подготовит дополнительные меры в отношении Анкары к 24 сентября на случай, если не будет прогресса с турецкой стороны. Об этом заявил 29 августа глава дипломатии ЕС Жозеп Боррель на пресс-конференции по итогам неформальной встречи министров иностранных дел стран сообщества в Берлине.

«Ясно, что в ЕС есть нарастающее разочарование поведением Турции, поэтому Совет просит рабочие группы ускорить работу по введению санкций против лиц, предложенных Кипром, из-за незаконных буровых работ. Мы также договорились, что в случае отсутствия прогресса мы можем развить новые санкции, которые могут быть обсуждены на саммите ЕС 24 сентября», — сказал он. По его словам, среди новых потенциальных мер в отношении Анкары Брюссель рассматривает, в частности, возможность запрета заходов в свои порты для турецких судов, занятых в нелегальной буровой активности. «Совет ЕС предложил мне разработать пакет предложений, если дипломатический путь урегулирования кризиса не увенчается результатом. Во-первых, мы можем включить в черный список конкретных лиц, активы, включая суда, запретить им использование европейских портов и береговых услуг, финансирование. Кроме того, могут быть применены меры секторального экономического характера», — пояснил он.

Анкара жестко отреагировала на это заявление ЕС. Любое нападение на турецкое судно, занимающееся разведкой энергоресурсов на континентальном шельфе Турции в Восточном Средиземноморье, будет дорого стоить. Об этом заявил президент Р.Т.Эрдоган, выступая на мероприятии, посвященном 19-летию создания правящей ПСР. Ранее президент Турции провел телефонные разговоры с канцлером ФРГ Ангелой Меркель и председателем Европейского совета Шарлем Мишелем, в ходе которых обсуждалась ситуация в регионе Восточного Средиземноморья. Во время переговоров с главой Евросовета турецкий лидер довел до сведения собеседника, что Анкара выступает за выработку формулы, выгодной для всех стран в Восточном Средиземноморье и защищающей интересы каждой из них. Глава государства подчеркнул, что Турция продолжит отстаивать свои интересы в данном регионе перед лицом попыток игнорировать их.

Европа должна придерживаться справедливого подхода к Турции и ее правам в Средиземном и Эгейском морях. Об этом заявил вице-президент Турции Фуат Октай, комментируя итоги неформального саммита глав МИД стран ЕС. По словам Ф.Октая, на его памяти еще не было случая, чтобы Евросоюз выступал на стороне Турции. В Европе не озвучивалось ни одного протурецкого заявления, отметил он.

«В Европе до сегодняшнего дня игнорировали геологоразведочные работы, проводимые в Средиземноморье, однако, как только речь зашла о Турции и разведке месторождений на турецком шельфе, ситуация изменилась. В ЕС начали выражать бурное недовольство, что естественно наводит на ряд вопросов», — сказал вице-президент. Он подчеркнул, что Турция не поступится своими интересами в регионе. Политик отметил, что Анкара не собирается идти на уступки в Средиземном и в Эгейском морях. «Анкара предпримет все необходимое для защиты каждого квадратного сантиметра своих вод в Средиземноморье. Попытки Греции расширить территориальные воды с шести до 12 морских миль не будут признаны Анкарой. Этот шаг может стать причиной военного конфликта», — предупредил Ф.Октай.

Напомним, что Анкара не признаёт исключительные экономические зоны Кипра, где работают энергетические компании США, Великобритании, Франции и Италии. Турецкие власти заявили, что не позволят этим странам проводить исследовательские и производственные операции в регионе. Турецкие буровые и разведочные суда под защитой турецких фрегатов на днях возобновили разведочные работы в водах Кипра. Возобновление Турцией разведки месторождений делает невозможным начало реализации поддерживаемого США проекта EastMed, в котором участвуют европейские страны и ОАЭ. 20 марта 2019 года на церемонии подписания соглашения между Грецией, Кипром и Израилем о строительстве газопровода присутствовал госсекретарь США М.Помпео.

Экономисты полагают, что без участия Турции и Азербайджана этот энергетический проект либо неосуществим, либо сопряжён с неоправданными рисками и издержками. В пользу этого говорит и недавнее назначение новым главой британской разведки МИ-6 Ричарда Мура, с которым у президента Турции хорошие отношения. Великобритания не верит в возможность реализации проекта EastMed и не хочет ставить на «хромую лошадь». Предполагается, что имеющий большое влияние на турецкие и азербайджанские элиты британский spymaster будет лоббировать альтернативный проекту EastMed проект TANAP – Трансанатолийский газопровод из Азербайджана через Грузию и Турцию к греческой границе; продолжением TANAP должен стать TAP – строящийся Трансадриатический газопровод из Греции в Италию через Албанию. Ричард Мур является сторонником идеи Великого Турана, он неоднократно подчёркивал, что «видит огромный потенциал Турции и тюркского мира как регионального оператора». Кроме этого, он, полагают они, как и британская элита в целом, ориентированы на поддержку геополитических планов Турции на Кавказе и Ближнем Востоке.

Мы коснулись уже российско-турецких отношений в начале статьи, рассматривая события августа на турецком энергетическом векторе, в частности, связанные с крупнейшим месторождением газа в истории Турции, обнаруженным буровым судном «Фатих» в территориальных водах страны в Черном море. Теперь же еще раз взглянем на это событие чуть пристальнее с российского угла. Безусловно, это месторождение укрепит позиции Анкары на международном энергетическом рынке. Президент Турции заявил ранее, что обнаруженные запасы первоначально оцениваются в 320 млрд куб. м, но месторождение может оказаться более перспективным. Если Турция сможет начать добычу газа в Черном море, это сократит ее зависимость от экспорта газа из России, Ирана и Азербайджана, укрепит ее позиции за столом будущих переговоров с Газпромом и другими поставщиками.

В связи с этим, специалисты привлекли внимание к завершению уже в 2021 году срока ряда контрактов на поставку в Турцию в целом 16 млрд куб. м газа. Речь, в частности, идет о контракте между BOTAŞ и «Газпромом» на поставку 8 млрд куб. м газа. Кроме того, в будущем году истечет действие соглашения с Азербайджаном – на 6,6 млрд куб. м природного газа и с Нигерией – на 1,3 млрд куб. м СПГ. Мы особо обращаем внимание, что в этом объеме наибольшая часть принадлежит России.

Специалисты также сходятся во мнении о том, что собственные запасы газа позволят Анкаре более активно обсуждать тарифы на импорт «голубого топлива» и однозначно перенаправят условия новых контрактов в выгодное для Турции русло. По состоянию на конец 2019 года, производство газа в самой Турции составило 473,8 млн куб. м, тогда как импорт достиг 45,2 млрд куб. м.

При этом контракт с Алжиром на поставки 4,4 млрд куб. м СПГ завершится в 2024 году. Наконец, в 2025 году закончится контракт с Россией на поставки 16 млрд куб. м газа по «Голубому потоку», а в 2026 году – с Ираном на 9,6 млрд куб. м газа. Наиболее долгосрочные контакты рассчитаны на поставку 6 млрд куб. м газа по трубопроводу ТАНАП из Азербайджана (2033 год) и с частными российскими компаниями – на 6 млрд куб. м (2043 год). То есть, в ближайшие 5-6 лет, Турция начнет обсуждать условия новых долгосрочных газовых контактов с целым рядом поставщиков, в т.ч. с Россией, Азербайджаном, Ираном, Алжиром и Нигерией. В целом речь идет о 45 млрд куб. м газа. Кроме этого, как показывает анализ, в импорте газа с приближением даты завершения долгосрочных газовых контрактов Турция все больше делает упор на сжиженный газ. По мнению эксперта компании APLUS Enerji Волкана Йигита, благодаря поставкам СПГ, Турция смогла снизить зависимость от трубопроводных поставок газа.

Самым крупным поставщиком газа в Турцию остается Россия (если считать совокупный экспорт государственных и частных компаний) — 33,6 % от общего объема импорта. Далее следуют Азербайджан (21,2%) и Иран (17,1%). Оставшаяся часть (28,1%) приходится на поставки сжиженного газа (СПГ) из Алжира, Нигерии, Катара, США, Тринидад и Тобаго, а также Норвегии.

Наряду с этим, следует отметить, что в августе продолжился стабильный политический диалог Москвы и Анкары на высшем уровне. Лидеры двух стран провели телефонный разговор, в ходе которого основное внимание было уделено проблематике ливийского кризиса. Вновь подчёркнута необходимость реальных шагов противоборствующих сторон по устойчивому прекращению огня и запуску прямых переговоров в соответствии с решениями Берлинской конференции и резолюцией 2510 Совета Безопасности ООН. Также президенты обсудили ситуацию в Сирии с акцентом на активизацию совместных усилий в борьбе с терроризмом.

В развитие переговоров лидеров двух стран по инициативе турецкой стороны состоялся телефонный разговор глав дипломатических ведомств. Сергей Лавров и Мевлют Чавушоглу обсудили ситуацию в Сирии и Ливии. «Стороны обсудили перспективы активизации процесса мирного урегулирования сирийского конфликта, подтвердив в этом контексте готовность России и Турции оказывать всяческую поддержку работе Конституционного комитета в Женеве», — говорится в сообщении российского МИД.

Стабильно развивается сотрудничество в сфере оборонной промышленности. Продолжаются активные контакты двух сторон по С-400. Контракт на поставку второго комплекта С-400 в Турцию уже подписан, идет обсуждение финансовых условий исполнения контракта, заявил журналистам 23 августа глава «Рособоронэкспорта» Александр Михеев на форуме «Армия – 2020» в Москве. «Контракт подписан, идет обсуждение финансовой модели его исполнения. Сроки реализации контракта станут известны по готовности наших партнеров окончательно решить процедурные вопросы с финансированием этого проекта», — сказал А.Михеев.

Продолжается реализация проекта строительства АЭС «Аккую». В августе стало известно о том, что Центральный проектно-технологический институт России заключил контракт на изготовление и поставку перегрузочных машин для энергоблоков атомной станции. Как сообщает Государственная корпорация по атомной энергии, ЦПТИ разработает техническую документацию, выполнит поставку перегрузочной машины на каждый из энергоблоков АЭС «Аккую» с последующими монтажом и наладкой. Производство оборудования планируется осуществить в России. Срок окончания работ по поставке оборудования на все четыре энергоблока АЭС 2025 год.

Напомним, что межправительственное соглашение между Россией и Турцией по сотрудничеству в сфере строительства и эксплуатации атомной электростанции на площадке «Аккую» в турецкой провинции Мерсин было подписано в 2010 году. Проект первой турецкой АЭС включает в себя четыре энергоблока с реакторами ВВЭР-1200 суммарной мощностью 4800 мегаватт. АЭС планируется построить и сдать в эксплуатацию до 2023 года. Общая стоимость строительства оценивается более чем в 20 мдод долларов.

52.54MB | MySQL:103 | 1,332sec