О целях визита советника президента США в Саудовскую Аравию и Катар

Старший советник Белого дома Джаред Кушнер и его команда на этой неделе направляются в Саудовскую Аравию и Катар для переговоров в регионе, кипящем от напряженности после убийства ведущего иранского ученого-ядерщика Мохсена Фахризаде, сообщает Reuters. Высокопоставленный чиновник администрации заявил 29 ноября, что Кушнер должен встретиться с наследным принцем Саудовской Аравии Мухаммедом бен Сальманом в саудовском городе Неом и эмиром Катара в этой стране в ближайшие дни. К Кушнеру присоединятся послы по Ближнему Востоку Ави Берковиц и Брайан Хук, а также Адам Боулер, исполнительный директор американской Международной финансовой корпорации развития, сообщает Reuters. Неделю назад Мухаммед бен Сальман встретился с уходящим госсекретарем США Майком Помпео и премьер-министром Израиля Биньямином Нетаньяху, также в Неоме. В данном случае отметим основное: такая поспешность Кушнера за полтора месяца до ухода в отставку его основного покровителя в лице президента США Дональда Трампа свидетельствует только о том, что он старается напоследок «добить» свои основные обязательства перед израильтянами в рамках получения «вишенки на торте» в формате процесса нормализации отношений Израиля с основными арабскими странами и заодно еще «срубить денег» с катарцев. Мы сейчас не будем даже предполагать, какие бизнес-дивиденды обещаны Кушнеру израильским и катарским лобби (в лучшем случае для него это останется тайной за семью печатями, в худшем – с этим разберется новая администрация и американская Фемида), но он за время правления своего тестя сделал для Израиля практически максимум возможного и рискнем предположить, что основными мотивами такой активности Кушнера были отнюдь не альтруистические мотивы любви к исторической родине или стремлению реанимировать процесс БВУ. Ровно тоже справедливо и по отношению к Катару, который в качестве своего условия присоединения к процессу арабо-израильской нормализации выдвинул условие снятие блокады со стороны «арабской четверки». Саудовская Аравия, Египет, Бахрейн и Объединенные Арабские Эмираты, входящие в ССАГПЗ, разорвали дипломатические отношения с Катаром в 2017 году и ввели бойкот в связи с обвинениями в поддержке Дохой терроризма, которые она отрицает. Высокопоставленный чиновник американской администрации, выступая перед Reuters на условиях анонимности, отказался сообщить более подробную информацию о поездке Кушнера по соображениям безопасности, но заявил, что Кушнер встречался в Белом доме на прошлой неделе с министром иностранных дел Кувейта шейхом Ахмадом Насером аль-Мухаммедом ас-Сабахом. Кувейт рассматривается как критический фактор в любых усилиях по урегулированию трехлетнего разрыва между Катаром и другими членами ССАГПЗ. Саудовская Аравия в этом контексте остается последним бастионом, взятие которого, как полагают в Израиле, сделает процесс арабского признания Израиля необратимым, и сможет нормализовать отношения с Дохой. Неожиданный визит Кушнера и его команды в КСА знаменует собой лихорадочную попытку вскочит на подножку уходящего поезда, поскольку надежды на недавний визит Помпео как посредника в организации встречи с Б.Нетаньяху с Мухаммедом бен Сальманом провалились. Не удалось договориться по двум пунктам.

  1. Саудовский наследный принц отказался официально присоединяться к процессу нормализации отношений с Израилем, несмотря на все уговоры. Причем он уже ранее совершенно откровенно объяснил американцам причину: он просто еще хочет немного пожить. Даже не поправить, а просто пожить. Трамп, его зять Джаред Кушнер и Помпео оказывали немыслимое давление на наследного принца, фактического правителя королевства, чтобы нормализовать отношения с Израилем, и эти усилия, по-видимому, продолжались уже после проигранных выборов в США. Но все безуспешно. Поначалу Помпео пытался заставить Мухаммеда бен Сальмана пойти на публичную встречу с Нетаньяху. В конце концов был достигнут компромисс о проведении секретной встречи в Неоме, но заранее было оговорено, что Израиль даст потом неофициальную утечку, что собственно и произошло. При этом израильская цензура, которая запрещает публикацию сообщений о контактах со странами, с которыми Израиль не имеет дипломатических отношений, хранила молчание. Эр-Рияд официально опроверг информацию о том, что встреча состоялась в минувшее воскресенье, после того как подробности впервые сообщила израильская газета «Гаарец». «Такой встречи не было2, — написал в своем твиттере министр иностранных дел Саудовской Аравии принц Фейсал бен Фархан Аль Сауд, что выглядело несколько глупо, но при этом несло в себе скрытый смысл. В заявлении Госдепартамента США о встрече Помпео с наследным принцем в Неоме Нетаньяху не упоминается. «Они обсудили необходимость единства стран Персидского залива для противодействия агрессивному поведению Ирана в регионе и необходимость достижения политического урегулирования конфликта в Йемене», — говорится в сообщении. Офис Нетаньяху также никак не прокомментировал эту встречу, но министр обороны Израиля Бени Ганц заявил, что «утечка информации о секретном полете премьер-министра в Саудовскую Аравию является безответственным шагом». При этом, по данным саудовских источников, которые присутствовали на этой встрече, Помпео был резок с Мухаммедом бен Сальманом. Уходящий госсекретарь заявил саудовскому наследному принцу, что в условиях открытой враждебности администрации Дж.Байдена к нему у него осталось только два защитника в США. Первым было названо произраильское лобби, а вторым — республиканская фракция в Сенате. Помпео сказал наследному принцу, что он должен угодить Трампу, если хочет продолжать пользоваться их защитой после прихода новой администрации. Довод прямо скажем спорный с учетом той обструкции, которую сейчас Трамп получает как от демократов, так и от республиканцев. При этом те же источники отметим особо, что неуступчивость наследного принца не проистекает из симпатии к палестинскому делу. «Ему наплевать на палестинцев. Он их ненавидит. Ни одна клетка в его теле не имеет никакого отношения к этой проблеме», — сказал один из источников. Однако Мухаммед бен Сальман знает, что такой шаг по нормализации требует одобрения сейчас его отца, короля Сальмана. «Такой шаг должен иметь печать одобрения его отца. И на какой бы стадии сознания и ментальной бдительности ни находился король, он непримиримо противится этому. Но без этого условия нормализация с Израилем не будет принята саудовским народом», — сказал тот же источник, ссылаясь на сообщение о слабоумии короля. Не знаем о слабоумии, но политика короля Сальмана сейчас отличается здравомыслием. Наследный ринц сейчас очень нуждается в поддержке своего отца. Мухаммед бен Сальман действительно озабочен негативными перспективами после прихода Байдена, который  неоднократно обещал привлечь Саудовскую Аравию к ответственности за нарушения прав человека и обещал ограничить продажу оружия и относиться к королевству как к «парии». Он сказал, что считает, что Мухаммед бен Сальман заказал убийство саудовского журналиста Дж.Хашогги в 2018 году. Байден также пообещал, что это будет означать поворот от нынешней политики в отношении Ирана на 180 градусов, отказ от политики максимального давления через санкции и возвращение за стол переговоров. Помимо этого приход Байдена дает импульс для многих внутренних врагов кронпринца, которые будут видеть в администрации Байдена своего союзника. Это, прежде всего его старший двоюродный брат и бывший наследный принц Мухаммед бен Наеф, и его дядя принц Ахмед бен Абдель Азиз, которые публично выступали против Мухаммеда бен Сальмана. Осознание кронпринцем собственной уязвимости привело к тому, что он стал зависеть от своего отца как от номинального руководителя еще больше, чем в прошлом. Во время виртуальной встречи G20 в Эр-Рияде король Сальман был выдвинут вперед, причем сам Мухаммед бен Сальман отсутствовал на официальной фотографии в отличие от предыдущих встреч G20, где он представлял королевство. Король Сальман также сыграл главную роль для возобновления контактов с президентом Турции Реджепом Тайипом Эрдоганом. Он сделал это в телефонном разговоре с Эрдоганом, предложив министрам иностранных дел обеих стран встретиться для решения вопроса о неофициальном бойкоте королевством турецких товаров. Неофициальный бойкот — один из наиболее заметных способов проявления КСА антитурецкой враждебности в регионе. В прошлом году Эр-Рияд заблокировал въезд в страну десятков турецких грузовиков, перевозящих текстиль и химикаты, а государственные СМИ и ведущие бизнесмены выступили за бойкот туризма и импорта. В октябре глава неправительственной торговой палаты Саудовской Аравии Аджлан аль-Аджлан призвал правительство объявить официальный бойкот в ответ на «продолжающуюся враждебность турецкого правительства к руководству [Саудовской Аравии], стране и подданным». Помимо убийства Хашогги, Эр-Рияд и Анкара оказались в конкурентной борьбе за различные региональные интересы, включая Ливию, где две противоборствующие стороны противостоят друг другу в конфликте. Турция также поддержала саудовского соперника Катара, разместив свои войска в небольшом эмирате Персидского залива после того, как Эр-Рияд и его союзники ввели эмбарго против Дохи в 2017 году. Еще один камень преткновения в отношениях – дело Хашогги: Эрдоган отказался прекратить свои призывы к международному расследованию убийства Хашогги в саудовском консульстве в Стамбуле. Отметим, что телефонный разговор – это еще не нормализация, а лишь договор о намерениях. Турецкие официальные лица считают, что только встреча М.Чавушоглу и Фейсала бен Фархана Аль Сауда может показать устойчивую динамику этого процесса Смысл этого сближения сейчас состоит в том, что, если Байден возобновит СВПД, Саудовская Аравия и Турция будут больше нуждаться друг в друге.
    Война в Йемене — еще одна из главных забот наследного принца. «Экономика королевства кровоточит в гораздо больших масштабах, чем официально объявлено, чтобы оплатить расходы саудовской военной операции в Йемене. Его главный союзник МБЗ [Мухаммед бен Заид, наследный принц Абу-Даби] получил то, что хотел [контроль над югом], и королевство в результате осталось один на один с хоуситами», — заявил еще один анонимный саудовский источник. Мухаммед бен Сальман, который также занимает пост министра обороны, испытывает нехватку войск на местах и обратился за помощью к президенту Египта Абдель Фаттаху ас-Сиси, который отказался предоставлять своих военных для войны в Йемене. При этом Египет считает, что он расплачивается за прорыв ОАЭ в дипломатическом признании Израиля. По мнению Каира, это признание установило новую модель торговых сделок, в которых Израиль стал средиземноморскими воротами в Персидский залив, минуя Египет и понижая важность Суэцкого канала. Эти сделки включают в себя строительство нефтепровода, высокоскоростной железной дороги, а Google планирует проложить волоконно-оптический кабель, соединяющий Саудовскую Аравию и Израиль в рамках строительства более глобальной коммуникации Европы с Индией. «Он очень обеспокоен будущим. Встреча произошла потому, что он готов заплатить цену, чтобы угодить Израилю и удержать Трампа и республиканцев на своей стороне. Хотя он надеялся стать королем, теперь он понимает, что нуждается в своем отце больше, чем когда-либо прежде», — сказал тот же источник.
    2. На этой встрече Мухаммед бен Сальман очень недоверчиво встретил инициативу Нетаньяху о поддержке нападения на Иран, заявил саудовский источник, осведомленный об этой встрече. Он также сообщил, что «на встрече Нетаньяху выступал за удар по Ирану. Помпео при этом держал полный нейтралитет и не взял на себя обязательств по нападению на иранские установки по переработке урана». Такое поведение Мухаммеда бен Сальмана было вызвано двумя причинами. Во-первых, он истолковал два недавних нападения на нефтяные объекты Саудовской Аравии как предупреждающие сообщения из Ирана. Два последних по времени нападения на саудовские нефтяные объекты — это удары ракетами, запущенных поддерживаемыми Ираном хоуситами по нефтяному резервуару на заводе Aramco в Северной Джидде, и подрыв миной принадлежащего Греции танкера в порту Красного моря Шукаик. Ракетный удар в Северной Джидде стал самым масштабным нападением на установку Aramco с тех пор, как ракеты и беспилотники нанесли удары по Абкаику и Хурайсу, сократив вдвое добычу нефти в королевстве на несколько месяцев в 2019 году. Иранские «послания» Эр-Рияду, переданные в результате нападений на нефтяные объекты, являются неотъемлемой частью более широкого коммуникационного наступления Ирана. Во-вторых, наследный принц сомневается в реакции США при новом президенте Джо Байдене в случае продолжительной серии взаимных ударов, полагая, что первой реакцией Байдена на кризис в Персидском заливе будет деэскалация до начала переговоров по ядерной сделке с Тегераном. Эти соображения плюс позиция короля Сальмана делают надежды Кушнера на прорыв в рамках своего блиц-визита малосостоятельными.
51.56MB | MySQL:101 | 0,436sec