Алжирский кризис открывает перспективы для экспорта российской пшеницы

Алжирское руководство своими действиями создает серьезные перспективы для увеличения закупок российской пшеницы. Так, оно намеревается заметно сократить закупки зарубежного зерна за счет роста внутреннего производства. Соответствующее обращение 31 мая на заседании национального правительства сделал президент АНДР Абдельмаджид Теббун.

Подобное стремление с одной стороны отвечает стремлению алжирского руководства минимизировать поставки иностранной продукции с целью уменьшить отток капиталов, а с другой имеет целью обеспечить продовольственную безопасность страны в условиях продолжающегося подорожания продуктов питания, особенно субсидируемых правительством АНДР, включая хлеб.

По мнению Теббуна, сократить затраты на закупку зерна следует стимулированием производства пшеницы твердых сортов как «наиболее высоко котирующейся на международном рынке, тем более, что «сама природа сельскохозяйственных угодий в Алжире более благоприятна именно для нее», и сократить импорт пшеницы мягких сортов.

Обеспечить товарный рост зерновых по его мнению обеспечит «использование имеющихся научных ресурсов», для чего, по его мнению, необходимо создать «комитеты из инженеров-агрономов для изучения природы сельскохозяйственных угодий и выработки стратегического плана организации производства».

В этой связи он рекомендовал «пересмотреть картографию зерновых культур в соответствии с техническими, географическими и экономическими спецификациями каждого региона и соответствующей реалистичной и целостной разработки, чтобы произвести настоящую революцию в производстве зерна и семян».

Особое внимание в этой связи Теббун уделил региональным чиновникам, призвав их «грамотно и эффективно использовать излишки местного производства твердой пшеницы».

Глава Алжира в связи с этим также призвал начать широкомасштабную информационно-пропагандистскую работу с целью изменения общих подходов деятельности в этом секторе, а также стимулировать увеличение среднего объема производства на гектар обрабатываемой земли.

Разумеется, понять стремление алжирского руководства в условиях стремительного сокращения государственных резервов можно, но насколько оно выполнимо?

Заметим, что ранее алжирскими властями предпринимались соответствующие попытки снизить зависимость от импортных сухого молока и лекарств, но добиться поставленных целей не удалось.

Что же касается желания алжирского президента ослабить зависимость от поставок иностранной пшеницы, то оно представляется еще менее реализуемым.

Так, Алжир покупает в среднем более 5 млн тонн пшеницы в год, в основном из Франции (контролирует от 50 до 85% соответствующих поставок, большую часть оставшейся доли приходится на производителей из США и Канады).

Другие страны, включая Россию, имеющую весьма невысокие по сравнению с указанными выше странами результаты, до сих пор безуспешно пытались «подвинуть» Париж с места главного поставщика АНДР.

Одна из причин – очень строгие требования, предъявляемые Алжирским государственным агентством по закупкам зерна (OAIC) к поставляемой пшенице.

В частности, соответствующая российская продукция согласно алжирским источникам уступает французской в том числе из-за высокого присутствия в ней насекомых-вредителей, особенно клопа-черепашки.

В 2020 г. АНДР заметно смягчила правила соблюдения качества пшеницы, увеличив допустимый уровень ее поражения в пять раз (до 0.5%). Однако и его могут обеспечить не все российские производители.

Однако алжирское руководство кажется, готово в условиях усиливающегося кризиса закрыть на это глаза, желая получить ее по менее высоким ценам.

Соответственно, его желания ослабить соответствующую зависимость в первую очередь относятся к французской продукции и у России есть шанс наконец-то подвинуть конкурентов на алжирском рынке и расширить свои ежегодные поставки в АНДР до двух млн тонн.

Так, в последние недели Алжир закупал в западных странах пшеницу по 380 — 385 долларов за тонну, тогда как цены на соответствующую российскую продукцию составляют 270 – 275 долларов.

И здесь в пользу последней выступает арифметика – так, ежегодная закупка пшеницы из западных стран обойдется АНДР в 2 млрд долларов, тогда как российской – на 0.65 млрд долларов дешевле. Для страны со стремительно тающими валютными сбережениями это серьезная экономия.

Тем более, что возможному развороту в сторону российской продукции способствует ситуация в самом Алжире, который закрывает свои потребности по пшенице лишь на 25 – 40% в зависимости от климатических особенностей того или иного года.

Заметим, что на практике поставленная алжирским чиновникам задача по обеспечению продовольственной безопасности почти невыполнима ввиду наличия большого количества «подводных камней».

Во-первых, исходя из характеристик почв, наличия водных источников и других важных для производства пшеницы моментов, реально в товарном объеме ее могут производить лишь несколько областей на востоке и юге страны.

Остальная ее часть физически неспособна обеспечить рост подобного производства ввиду особенностей климата, почв и обеспеченностью водой.

Соответственно, свободных территорий для заметного расширения производства практически нет – почти все пригодные для этого земли были введены в эксплуатацию еще при французском владычестве.

Во-вторых, многие из пригодных для выращивания пшеницы земель реально обладают низкой эффективностью ввиду их истощения и засоления. Соответственно, для их восстановления придется потратить немалые ресурсы, которых у Алжира остается крайне мало.

В-третьих, для общего расширения аграрного производства и его модернизации ему придется вложить колоссальные средства, исчисляемые многими миллиардами долларов. Причем рассчитывать на массовый приход инвесторов (одним из них теоретически может стать Катар) без серьезного изменения инвестиционного законодательства не следует.

В-четвертых, год от года потребление пшеницы в Алжире растет ввиду продолжающегося демографического роста (в среднем на 0.7 – 1.1 млн человек в год). И без решения данной проблемы, на которую местные власти не обращают внимания, продовольственная безопасность страны будет находиться под всё большей угрозой.

В-пятых, даже если эти проблемы будут решены, алжирская зерновая отрасль все равно будет сильно зависеть от изменчивых климатических особенностей страны, особенно от атмосферных осадков.

Заметим, что АНДР все чаще сталкивается с данным вызовом, причем собственных водных ресурсов у нее для его минимизации крайне недостаточно и год от года воды все больше не хватает даже для обеспечения элементарных потребностей населения, что практически не оставляет возможности для ее серьезного использования в сельском хозяйстве.

И когда осадков мало, выращиваемые культуры как минимум снижают свою урожайность, а то и вовсе гибнут. Параллельно этому водохранилища страны стремительно пустеют, а компенсировать отсутствие дождей за счет полива становится нечем.

В-шестых, против планов Теббуна выступает общее состояние алжирской аграрной отрасли. В целом местные производители сильно страдают от фактического отсутствия государственных льготных кредитов для получения удобрений, семян и сельхозтехники.

Более того – введенными ограничениями на импорт зарубежной продукции сам алжирский президент ограничивает доступ к ним сельхозпроизводителей, для которых она в результате становится все более недоступной. А в итоге все это отражается на стоимости произведенного в самом Алжире зерна.

В-седьмых, на развитии алжирского сельского хозяйства отрицательно сказывается хрестоматийное давление местной бюрократии, тормозящей и подавляющей любую деловую активность в стране.

Для желающих создать и расширить собственное производство они создали массу барьеров, минимизирующих выгоды предпринимателей.

Иными словами, при таком подходе в перспективе ситуация с обеспечением продовольственной безопасности Алжира будет только ухудшаться, что создает дополнительный вызов для его стабильности.

Однако это обстоятельство в условиях нарастания его финансовых проблем создает дополнительные возможности для проникновения на его рынок российской пшеницы.

55.83MB | MySQL:105 | 0,798sec