О странностях расследования в Турции убийства российского посла А.Г.Карлова

Турецкие власти раскрыли телефонные записи убитого российского посла А.Г.Карлова, тем самым раскрыв его контакты в Турции и за рубежом, что, как полагают некоторые местные эксперты,  может вызвать дипломатический демарш Москвы. Записи телефонных разговоров и СМС-сообщений Карлова на общим числом 3317 единиц с 1 января 2015 года до дня, когда он был убит, 19 декабря 2016 года, сотрудником турецкой полиции, были полностью включены в дело об убийстве в результате преднамеренного действия прокурором Адема Акынджи, который мог бы вместо их обнародования  засекретить их после рассмотрения. Телефонные записи показывают распорядок дня российского посла, с кем он разговаривал, представляя интересы своей страны в Турции, и по каким номерам он часто звонил. Никто из этих контактов не имел никакого отношения к убийству, и они  не содержали  никаких намеков, которые могли бы пролить свет на преступлении, совершенное 22-летним сотрудником полиции Мевлютом Мертом Алтынташем.  Возникает закономерный вопрос, почему прокурор решил раскрыть сейчас все контакты российского посла, когда он мог бы посчитать доказательства конфиденциальными и засекретить их.  Акынджи был специально выбран правительством Р.Т.Эрдогана для руководства расследованием убийства А.Карлова. Он фактически саботировал расследование, скрыв доказательства, указывающие на связь убийцы с радикальными проправительственными группировками. Ни один из имамов, некоторые из которых состояли на государственной службе, сыгравших определенную роль в радикализации убийцы, не был допрошены Акынджи как сообщники или свидетели. Прокурор отклонил несколько запросов, поданных российскими следователями и должностными лицами посольства в ходе расследования, несмотря на то, что соответствующий отдел Министерства иностранных дел Россией  настаивал на обратном. В одном случае российское правительство запросило проверку на детекторе лжи для ключевого подозреваемого, которого Турция обвинила в причастности к убийству посла. Несмотря на то, что подозреваемый согласился на эту процедуру и отказался от своих прав на частную жизнь, Акынджи отказался отвечать на запрос России. В другой раз Турция отклонила настоятельную просьбу российского правительства не проводить вскрытие тела убитого посла. В ноте, отправленной посольством России в Анкаре, говорилось, что скорбящая вдова посла Марина Михайловна Карлова не хотела, чтобы турецкий судмедэксперт проводил вскрытие тела ее мужа, сигнализируя о том, что российское правительство хотело сохранить тело нетронутым и первым провести вскрытие только  в рамках своего собственного расследования. Национальная  разведывательная организация MIT также помогла прокурору установить ложного подозреваемого, чтобы обмануть российскую делегацию, которая должна была посетить Турцию в рамках  миссии по установлению фактов убийства. Откровения о заговоре были впервые  сделаны на судебном заседании 4 сентября 2020 года жертвой, которая была похищена и подвергнута пыткам сотрудниками MIT.  Претензии прокурора рухнули, когда начался судебный процесс, и ключевые обвиняемые отказались от своих предыдущих заявлений, полученных под давлением, и представили медицинские заключения, доказывающие, что они подвергались пыткам и жестокому обращению, пока не согласились подписать ложные заявления. Многие государственные свидетели не явились на перекрестный допрос, несмотря на неоднократные ходатайства адвокатов защиты и подсудимых. Те, кто явился в суд, предоставили противоречивые заявления, в то время как некоторые отказались от предыдущих заявлений, которые они дали полиции. К тому же сверхсекретный доклад турецкой разведки фактически снял с бывшего сотрудника серьезные обвинения, выдвинутые прокурором в связи с его предполагаемой причастностью к убийству посла России Андрея Карлова в декабре 2016 года. В секретном отчете о внутренней проверке не было сказано ни слова о предполагаемом соучастии бывшего сотрудника Вехби Кюршада Акалина в подстрекательстве к убийству российского посла сотрудником турецкой полиции-джихадистом. 22-страничный отчет с грифом «Совершенно секретно» содержал подробную справочную информацию об Акалине, сотруднике Национальной разведывательной организации низкого уровня, который был уволен из-за его предполагаемых связей с движением Ф.Гюлена, группой, крайне критикующей правительство. Его послужной список в спецслужбе показывает, что Акалин на самом деле не был высокопоставленным офицером разведки. Он был новичком на работе начального уровня и служил помощником специалиста в российском отделе. До прихода в MIT в возрасте 26 лет 21 апреля 2014 года он некоторое время работал в Министерстве образования, а затем в течение восьми или девяти месяцев работал на начальном уровне в Министерстве иностранных дел. После обучения в феврале 2015 года он был назначен в отдел    по России MIT. Интересно, что Акалин был частью команды, которая расследовала убийство и изучила профиль убийцы. Он указал, как полицейский был быстро радикализирован несколькими имамами и направлял средства радикальным организациям, в том числе связанным с «Аль-Каидой» (запрещена в России). Имамы и радикальные организации были близки к правительству, и некоторые из них фактически получали государственную зарплату, работая в официальном качестве в Управлении по делам религий (Диянет). 1 мая 2017 года Акалин был внезапно отстранен от работы без объяснения причин, уволен 13 июня 2017 года и заключен в тюрьму 26 сентября 2017 года. На сегодня он освобожден, но на службе не восстановлен.

Турецкий прокурор также проигнорировал все зацепки в деле, связанные с проправительственными группировками; не предъявил обвинения каким-либо радикальным деятелям, которые контактировали с убийцей в месяцы, предшествовавшие преступлению; и намеренно отвел внимание расследования от людей, близких к правительству Эрдогана. Вместо этого критикуемое правительством движение Гюлена стало  козлом отпущения без каких-либо реальных доказательств, представленных прокурором в поддержку этих  утверждений. В материалах дела есть ряд доказательств, которые показывают, что убийца на самом деле был радикализирован джихадистской литературой, посещал молитвенные кружки, организованные проправительственным священнослужителем-джихадистом Нуреттином Йылдызом  и дружил с установленными боевиками «Аль-Каиды». Однако прокурор никак не расследовал  контакты убийцы в сетях джихадистов и не расследовало деятельность эмиссаров «Аль-Каиды», которые работали вместе с убийцей. Также стало известно, что руководство полиции  выдало убийце 34 премии за два года. Судебный процесс завершился в марте 2021 года осуждением «стрелочников».  Настоящие виновники, которые помогли убийце радикализироваться, остаются на свободе с помощью турецкого правительства. Российские власти провели собственное расследование этого преступления и попросили направить копию материалов дела в российскую прокуратуру. Российские представители следили за ходом судебного разбирательства, и российские делегации несколько раз ездили в Турцию, чтобы встретиться с турецкими властями, которые расследовали это дело. Акынджи был малоизвестным прокурором в городе Кушадасы, пока правительство Эрдогана не решило срочно перевести  его в Анкару в июне 2016 года и не передало ему материалы дел, связанных с критиками и противниками режима Эрдогана. Его руководство расследованием  убийства А.Карлова было неожиданным, учитывая отсутствие у него опыта и полномочий в расследовании сложных дел, имеющих международные последствия. В 2019 году он был повышен по службе.   Тем временем, собственное расследование убийства в России все еще продолжается.

55.52MB | MySQL:105 | 0,491sec