К итогам сочинской встречи между президентами В.В.Путиным и Р.Т.Эрдоганом. Часть 2

29 сентября 2021 года в Сочи состоялась встреча между президентами В.В. Путиным и Р.Т. Эрдоганом. Продолжаем анализировать то, что касается этой встречи, о критическом значении которой много говорили, как в России, так и в Турции.

Часть 1 данного материала доступна на сайте ИБВ по ссылке: http://www.iimes.ru/?p=80089.

Отметим, что речь идет о достаточно необычном формате переговоров между президентами В.В.Путиным и Р.Т.Эрдоганом без участия делегаций. Мы условно назвали это разговором «начистоту» между двумя лидерами. Хотя тут не стоит и забывать о том, что такой формат родился не только из-за чувствительности обсуждаемых вопросов и, возможно, не столько из-за них, сколько ещё и из-за медицинских ограничений со стороны российского президента.

Напомним, что мы остановились на том тезисе турецкой стороны, который прозвучал накануне встречи в Сочи о том, что президента РФ В. Путина ждет «непростой разговор» с турецкими лидером и многие вопросы (в частности, касающиеся Идлиба – И.С.) будут поставлены президентом Р.Т.Эрдоганом «ребром». И России «придется принимать решения», чтобы «не потерять Турцию».

В предыдущей части нашей публикации мы немало поговорили на тему того, что Россия готова «потерять» Турцию, если будет надо, что в прошлом уже и демонстрировала.

Допустим, в том же 2015 году, когда президент Р.Т.Эрдоган ставил перед президентом В.Путиным вопрос «ребром» относительно того, что наша страна должна совершить свой выбор между Дамаском и Анкарой. Тогда такая постановка вопроса не только не вызвала понимания со стороны России. Пойдем дальше и скажем, что такая постановка была встречена Москвой с раздражением.

Вообще, как показывает чуть более детальный анализ, невзирая на обилие стратегических направлений сотрудничества, между двумя странами, крайне мало в них того наполнения, которое имеет для России критическое значение. Не говоря уже об областях must have, в том смысле, тех областях, от которых отказаться невозможно.

Хотя сразу стоит оговориться здесь, делая перефраз известного высказывания бывшего российского президента Д.А.Медведева, что «сотрудничать – лучше, чем не сотрудничать». В том смысле, что уход на чистое соперничество – контрпродуктивен. Однако, это – другое. Здесь мы имеем в виду, что существует не так много областей российско-турецкого сотрудничества, где Россия является от Турции стороной, если так можно выразиться, «зависимой».

Полезно держать их в уме, в том смысле, чтобы, зная свои зависимости, с ними работать – уменьшая их и вовсе ликвидируя. Допустим, в сфере промышленного и инфраструктурного строительства, с которым у России – не все «слава Богу». И доходит до того, что президент В.В.Путин лично благодарит президента Р.Т.Эрдогана за то участие, которое приняли турецкие строительные подрядчики в строительстве олимпийских объектов для Сочинской олимпиады.

При нормальном развитии отечественного строительно-подрядного сектора, такого не должно быть от слова «совсем». И сегодня, как можно судить, ситуация ничуть не улучшается. По-прежнему, турецкие строители – желанные гости на российском рынке и, можно сказать, что на этом историческом отрезке, — они являются его неотъемлемой частью. Их попросту некем заменить крупнейшей по площади стране мира, над чем, безусловно, стоит работать. Ну не может крупнейшая по территории страна в мире быть зависимой от зарубежных строителей.

Конечно же, есть ещё тот факт, что Турция является «исполнителем» положений Конвенции Монтрё. Однако, заметим, что Конвенция эта должна работать в автоматическом режиме, оставляя минимум возможностей для «экспромтов» со стороны Турции. Любое отклонение от её условий является поводом для международного разбирательства. Россия, в этом смысле, не является стороной, которой о чем-то следует договариваться с Турцией.

Вот после этих рассуждений на тему значимости сторон друг для друга, уместно обратиться в тем заявлениям, которые сделал президент Р.Т.Эрдоган президентскому пулу журналистов на своем пути из Сочи в Турцию, после встречи с президентом В.В.Путиным. И которые появились в турецких СМИ лишь сутки спустя.

Достаточно привычным и предсказуемым образом, президент Р.Т.Эрдоган говорил президентскому пулу не только об итогах встречи в Сочи, но и о вопросах внутренней политики.

Что является, на сегодняшний момент, принципиальным для турецкого руководства?

Разумеется, главным для турецкого руководства, в вопросе внутренней политики, на сегодняшний день являются всеобщие президентские и парламентские выборы 2023 года, а также проведение полноценной конституционной реформы, которая должна привести к замене действующей «Конституции переворотчиков 1980 года» на полноценную «гражданскую» Конституцию. Читай, должна привести к тому, что Турция окончательно перейдет от парламентской к президентской форме правления.

Понятно, что те поправки, которые были ранее приняты и в рамках которой существует нынешняя Турция, в качестве президентской республики, не являются необратимыми. Они, чисто теоретически, могут быть преодолены даже через Конституционный суд, который может признать их незаконность и отменить. Или может быть проведен новый всенародный референдум по признанию действительными / недействительными этих поправок. Напомним, что по предыдущему народному волеизъявлению было множество нареканий, а итоговая разница не позволяет говорить о том, что президент Р.Т. Эрдоган добился сколь-нибудь единодушного отношения в народе по вопросу того, что стране лучше жить при президентской форме правления.

А вот в том случае, если в Турции будет принята новая Конституция, так легко её отыграть назад будет уже невозможно. Это прекрасно понимает действующее руководство страны, которое продолжает свои дебаты с оппозицией на тему предпочтительности для Турции президентской формы правления.

Вот что на эту тему заявил президент Р.Т.Эрдоган на своем пути из Сочи после встречи с президентом В.В.Путиными:

«Возвращения к парламентской демократии никогда не будет. Должно ли правительство, установившее президентскую систему, держаться за хвост оппозиции? Такого не может быть никогда. Мы принесли президентскую систему, и мы довольны этой новой системой. Надеюсь, мы продолжим наш путь к президентской системе. Дистанция, которую мы достигли с президентской системой, также очевидна. Нет смысла снова пробовать старую систему опеки, которая заставляла нас годами отставать».

И далее выводы турецкого президента:

«Старая система означает лоскутное одеяло. Старая система означает, что есть постоянные коалиционные правительства. Старая система означает, что нет абсолютно здоровой формы управления. Вот так все просто».

На самом деле, президент Р.Т.Эрдоган абсолютно прав в том, что касается коалиционных правительств, которые составляли в прошлом в Турции большую проблему своей неустойчивостью и неспособностью к последовательным и скоординированным действиям. И, напротив, однопартийное правление в Турции позволило стране четко следовать в рамках курса, предложенного руководством страны.

Мы не раз рассуждали на тему секретов турецких успехов на международной арене, когда страна, средняя по своим финансовым возможностям и научно-техническому потенциалу, умудряется конкурировать с ведущими мировыми державами и даже ставить перед ними вопросы, на которые те затрудняются дать свой ответ. Более того, она оказывается шустрее глобальных держав – и это тоже к вопросу о созданной президентом Р.Т.Эрдоганом вертикали власти.

Как представляется, один из секретов турецких успехов – это способность Турции мобилизовать свои ограниченные ресурсы на ключевых для себя направлениях и способность обеспечить плотную межведомственную координацию.

К примеру, результаты переговоров в одном турецком ведомстве немедленно становятся известны в другом турецком ведомстве. Обмен информацией налажен, налажена и скоординированная общая позиция турецких ведомств на важнейших для страны направлениях. Нет ситуации или минимизированы ситуации, когда «правая рука не знает, что делает левая» (что, впрочем, разумеется, не исключает наличия межведомственных интриг – И.С.).

И, как представляется, именно за счет этого Турция достаточно успешно конкурирует с Россией, для которой это – как раз типичный случай. В нашей стране есть не только большие сложности с межведомственной координацией, но и случаи таких форм конкуренции, которые не помогают, а, напротив, мешают решению общих государственных задач.

Не говоря уже о том, что это только в российских СМИ «всё ясно и понятно» в отношениях с Турцией из серии «Бомбить нельзя дружить». И в отечественных ток-шоу все прекрасно знают, где в таких случаях надо ставить запятую. В российских СМИ практически нет голосов, которые бы говорили о российско-турецких отношениях во всем их многообразии: где есть области противостояния, но есть и области тесного сотрудничества. Позиция «враждебности Турции по отношению к России» является полностью устоявшейся и неизменно находит себе все новые подтверждения.

В случае российских государственных структур, которые, просто по определению, обязаны быть и более информированными о всех аспектах российско-турецких отношений, и должны вырабатывать консолидированную позицию, нет единого целостного непротиворечивого взгляда на южного соседа, его цели и задачи, а также на его действия.

Не говоря уже о том, чтобы Россия как-то системно реагировала на «те самые» заявления Турции насчет Крыма. Вплоть до настоящего времени, Россия не придумала реакции на последовательную риторику Турции в отношении чувствительных для России регионов. Благодаря чему Турция пауз не берет и продолжает спокойно излагать свое видение и на Крым, и на кавказские народы, и на многое другое, что прямо затрагивает интересы России. Что, впрочем, не исключает того, что отдельные реплики в адрес Турции, со стороны России, раздаются.

В этом смысле, уместным представляется отметить разговор нижеподписавшегося про Сочинский саммит между президентами Путиным и Эрдоганом с турками — политическими обозревателями. В ходе этой беседы, была затронут фон, предшествующей Саммиту, и официальные заявления турок по Крыму.

Турки не были бы турками, если бы не предложили бы России, в лице нижеподписавшегося, «не принимать эти заявления близко к сердцу и серьезно».

Заявлено это было в том духе, что с трибуны ООН президент Реджеп Тайип Эрдоган говорил о региональных нестабильностях в целом и, как заметили турецкие политобозреватели, если бы он не сказал про Крым, его выступление потеряло бы изрядную долю смысла.

В общем, с их слов, президент Реджеп Тайип Эрдоган «был зажат в тиски категорической необходимости сказать обо всем». Так что, обо всем он и сказал: об уйгурах в Китае, о крымских татарах в Крыму, о рохинджа в Мьянме и Бангладеш, об индо-пакистанском конфликте и т.д.

Так что, как посчитали турки, России, выражаясь бытовым языком, «не надо обижаться», а иметь в виду, что «она – не одна такая», кого коснулся в своем выступлении турецкий лидер.

На что туркам было отвечено, что они не понимают одной принципиальной вещи: за каждым таким заявлением турецкой стороны ещё одна дверь в России для турок безвозвратно закрывается.

Сколько уже дверей закрылось за последнее время? — Только нижеподписавшийся может привести несколько ярких примеров из личной практики, когда перспективное начинание на ниве российско-турецких отношений было свернуто моментально после того, как турки, в очередной раз, «удачно» выступили по той или иной чувствительной для России теме.

Не смущает это нынешнее турецкое руководство? — Ну, так это — решение нынешнего турецкого руководства.

Ну и, кроме того, как мы отметили выше, на турецкие заявления начинают звучать реплики и с российской стороны. 3 октября выступила на ток-шоу у Владимира Соловьева Маргарита Симоньян. Ярко выступила про возвращение российских земель (ссылка на выступление: https://twitter.com/ceyhunasirov/status/1445766265067360271?s=21).

Сейчас это выступление дошло до Турции и «гремит» на её просторах.

И когда нижеподписавшегося спросили об этом выступлении, было замечено, что это — личная позиция Маргариты Симоньян и это — ток-шоу, где «жанр – такой». В общем, от лица России, нижеподписавшийся предложил «не обижаться и не принимать близко к сердцу». Вот так, похоже, в обозримой перспективе Россия и Турция будут «не обижаться» друг на друга.

Найдя, безусловно, «достойный ответ» на заявления Турции по Крыму, не стоит обольщаться: у турок есть и заявления, и стратегия, и цели, и задачи, и скоординированная реализация в отношении России. Что из этого списка есть у России, кроме заявлений? Представляется предельно честно ответить самим себе на этот вопрос.

Это – к вопросу о той консолидации и координации между турецкими ведомствами, которых турецкому руководству добиться удалось. И, по всему выходит, не удалось добиться российскому руководству. Невзирая на то, что системы российской и турецкой власти часто сравнивают между собой. На том же Западе, когда говорят про «дружбу русского царя и турецкого султана», как раз имеют в виду схожесть двух систем. Но, как мы отметили выше, системы отчасти схожи, но приводят они к несколько различным результатам на практике. И именно благодаря тому, что, по-разному, используется вертикаль власти в Турции и в России.

Тем не менее, возвращаемся к выступлению Реджепа Тайипа Эрдогана перед турецкой прессой на пути из Сочи в Турцию.

Переходя непосредственно к, пожалуй, главному вопросу встречи между двумя лидерами – Сирии, турецкий президент отметил следующее:

«Как Турция, мы остаемся приверженными каждому вопросу, который мы согласовали с Россией в Сирии. Отсюда нет пути назад. Как Турция, мы продолжали соблюдать все договоренности и устранять радикальные элементы в коридоре безопасности. В этом тоже нет компромиссов. Но, конечно, мы ожидаем такого же подхода от наших собеседников».

Заметим, что это – чуть ли не первое заявление турецкого руководства за последнее время, где Турция вспоминала бы и про свои обязательства. Все последнее время Турция говорила исключительно о том, что это Россия – сторона, которая нарушает свои обязательства. И о том, что атаки на Идлиб являются для Турции неприемлемыми, в свете российско-турецких договоренностей 2020 года.

Так что, налицо мы видим заметный разворот в риторике турецкого руководства, когда оно «вспомнило» и о том, что за Турцией – обязательства по размежеванию умеренной оппозиции и радикальных / террористических группировок. Вместо чего Турция занимается тем, что пытается помочь радикалам «перекраситься» и влиться в ряды оппозиции, признаваемой в качестве таковой международным сообществом.

Цитируем президента Эрдогана:

«В Идлибе, время от времени, возникают проблемы в защищаемых нами регионах. Но для того, чтобы преодолеть эти проблемы, наши профильные подразделения пытаются решить эту проблему, встречаясь со своими собеседниками. Мы подчеркиваем важность совместных действий в этом отношении. В последующем процессе, мы отметили, что должны попытаться решить их с помощью телефонной дипломатии, особенно на уровне лидеров, а также совместной работы наших министров иностранных дел и министров обороны и наших разведывательных организаций, и мы выразили свое согласие по этому вопросу».

52.82MB | MySQL:104 | 0,322sec