О турецкой реакции на новость о визите президента России В.В.Путина. Часть 1

Как 27 января сообщили сначала отечественные, а потом и турецкие СМИ, со ссылкой на пресс-секретаря Д.Пескова, визит президента России Владимира Путина в Турцию состоится, «когда позволит эпидемическая обстановка и графики президентов двух стран».

По сообщению ИТАР-ТАСС, Дмитрий Песков отметил, что эта тема неоднократно поднималась в ходе нескольких последних по времени контактов двух лидеров. Представитель Кремля добавил, что у России и Турции возникла «некая пауза в проведении заседаний межправкомиссии и высшего органа двухсторонних отношений, который возглавляется двумя президентами».

Издание цитирует пресс-секретаря: «Господин Эрдоган говорил, что он будет рад принять все эти мероприятия в Турции. Президент Путин с благодарностью принял это приглашение. Они условились, что, как только будут позволять эпидемиологическая обстановка и графики, он обязательно воспользуется этим приглашением».

При этом, заметим, что российский пресс-секретарь заметил, что приглашение со стороны президента Турции Р.Т. Эрдогана касалось именно двусторонних контактов. Цитируем: «То, о чем говорил я, и то, что неоднократно обсуждалось президентами, касалось двусторонней встречи».

Иными словами, переводя это уточняющее замечание, сделанное Дмитрием Песковым, с дипломатического на обычный язык, это – просьба не искать «многосторонней подоплеки» в будущей встрече между двумя лидерами. Под «многосторонней подоплекой» следует понимать и кризис на Украине и нынешнее противостояние между НАТО и США с ЕС (в меньшей степени) и Россией.

То есть, как следует понять российскую сторону, в принципиальной готовности назначать даты встречи двух лидеров и проведения межправительственной комиссии, не следует искать реакцию на инициативу Турции посредничать в отношениях между Россией и Украиной.

Кроме того, как можно заметить, в словах пресс-секретаря российского президент, главное – это констатация пауза в проведении очных российско-турецких, двусторонних (!), мероприятий. Как мероприятий высшего уровня, так и межправительственных комиссий, которые проводятся ежегодно.

Что же до встреч на высшем уровне, то привычным (в докоронавирусную эпоху) является их проведение на регулярной основе. Причем, не просто на регулярной, а скорее на постоянной основе – президенты В.В.Путин и Р.Т.Эрдоган являются одними из наиболее часто встречающихся, если рассматривать их в сравнении с «другими парами» зарубежных лидеров.

То есть, в словах пресс-секретаря российского президента нет того, что даты переговоров на высшем уровне назначены. Есть принципиальное согласие без выражения конкретных сроков.

Теперь обратимся к тому, как трактованы эти заявления с турецкой стороны. Как мы уже писали в нашей предыдущей публикации, турецкие СМИ интерпретировали эти новости, как то, что президент В.Путин приезжает в Турцию в краткосрочной перспективе и дело – только за датой, которую российский лидер назовет после Олимпиады в Пекине.

Разумеется, в такой новости турецкие обозреватели усмотрели и то, что российская сторона откликается на готовность Турции к посредничеству. Тем самым, получается, что просматривается и российская заинтересованность в Турции, как в третьей стороне диалога. Чем и обусловлен анонс (!) визита президента В.Путина в Турцию.

Опять же, заметим, что, если обратиться к высказыванию Д.Пескова, то это – не анонс визита, это лишь реплика, касающаяся планов на текущий год с констатацией факта, что пора паузу в личных контактах прекращать, разумеется, с учетом того, что на практике будет позволять пандемия коронавируса.

Обратимся теперь к высказываниям турецких обозревателей на тему визита В.Путина и на тему российско-турецких отношений в эти дни.

29 января с.г. в издании Daily Sabah вышла публикация авторства генерального координатора Фонда политических, экономических и социальных исследований Турции (SETAV) Бурханеттина Дурана, который является одним из самых известных и осведомленных турецких политологов.

Статья вышла под заголовком: «Визит Путина в Турцию на фоне украинского кризиса». Под заголовком – вынесенная ремарка из статьи: «В ближайшем будущем дипломатический вклад президента Турции Эрдогана в урегулирование украинского спора будет понят гораздо яснее».

Цитируем автора:

«США и НАТО не пошли на уступки в украинском кризисе. Вашингтон поддержал политику открытых дверей НАТО, отклонив требование России исключить своего соседа из организации (имеется в виду, исключить Украину из перечня потенциальных кандидатов в Организацию – И.С.).

Остается неясным, какое «дипломатическое решение» американцы предложили Москве в своем нераскрытом ответе и как на это отреагирует Россия. Пресс-секретарь Кремля Дмитрий Песков заявил, что ответ США не принял во внимание фундаментальные опасения России в области безопасности, отметив при этом, что диалог будет продолжен. У Кремля также нет проблем с проведением параллелей между нынешней ситуацией и напряженностью времен Холодной войны между Россией и Западом.

И снова мяч на стороне президента России Владимира Путина.

Снизит ли его правительство эскалацию, как это было весной 2021 года, или выведет напряженность на новый уровень с помощью донбасских сепаратистов? Или Россия подкрепит свою более раннюю угрозу направить войска на Кубу и Венесуэлу конкретными действиями, выбрав значительную и долгосрочную напряженность, подобную периоду Холодной войны?

На фоне контактов между США, НАТО и Россией Песков объявил, что Путин принял приглашение президента Реджепа Тайипа Эрдогана и собирается посетить Турцию, в зависимости от пандемии коронавируса и когда позволит его график. Несомненно, предстоящий визит российского лидера будет включать в себя обсуждение множества различных двусторонних и региональных вопросов, от энергетики и обороны до ситуации в Сирии.

Принимая во внимание, что Эрдоган посетит Украину на следующей неделе, и его более ранний план по содействию встрече между президентами России и Украины, нельзя не задаться вопросом, намерена ли Турция вмешаться.

В ГЛАЗАХ ПУТИНА

Не секрет, что Путин рассматривает украинский кризис как часть большой сделки с США и НАТО.

Если он считает более выгодным поддерживать нынешнюю напряженность, российский президент, вероятно, предпочтет обсудить Украину с Эрдоганом за закрытыми дверями. Путин может согласиться встретиться с Владимиром Зеленским, своим украинским коллегой, в Турции, в зависимости от прогресса, достигнутого и в дипломатических переговорах с США.

С точки зрения антикризисного управления, поначалу казалось, что у российского лидера есть преимущество. Однако удовлетворить максималистские требования Москвы для США и Европы было просто невозможно.

Действительно, Администрация президента США Джо Байдена знает, что нынешний кризис подвергает испытанию претензии Америки на мировое лидерство. Хотя Германия заняла более умеренную позицию из-за своей зависимости от российского природного газа, западный альянс не поддерживает умиротворения.

Таким образом, они угрожают Москве жесткими экономическими санкциями и одновременно поставляют Украине оружие. Со временем, НАТО становится все более консолидированной и внутри. Украина тоже настаивает на сопротивлении оккупации. В то же время, государства Балтии и страны Восточной Европы стали более настороженно относиться к «российской угрозе».

ПОЗИЦИЯ ЭРДОГАНА

Уже поддерживая донбасских сепаратистов, Россия должна умело рассчитать, чего она может добиться, осуществляя «незначительные вторжения» и какой ценой. Именно это Эрдоган говорил и своему российскому коллеге: «Я надеюсь, что Россия не пойдет на вооруженное нападение на Украину и оккупацию. Ведь такой шаг был бы неразумным ни для России, ни для региона. Представляется, что необходим конструктивный диалог, направленный на то, чтобы выслушать Россию и решить ее законные проблемы безопасности, если таковые имеются. Мы также должны объяснить России, почему некоторые ее требования неприемлемы. Я считаю, что такой диалог позволил бы России лучше понять НАТО».

Дипломатия Эрдогана между лидерами направлена ​​на решение проблем безопасности России и демонстрацию неприемлемости ее требований. Надеясь, что инициатива НАТО окупится, президент Турции разъяснил позицию своей страны в отношении украинского кризиса в телеинтервью: «Турция будет продолжать выполнять свои обязательства в качестве члена НАТО в будущем, как и в прошлом».

Некоторые люди, кажется, думают, что Турция, союзник НАТО, поддерживающая теплые отношения как с Россией, так и с Украиной, может создать «серьезный риск» в условиях кризиса. Позволю себе не согласиться. На мой взгляд, будущее течение украинского кризиса может очень скоро повысить важность дипломатических усилий Турции. Предстоящую поездку Эрдогана на Украину вкупе с визитом Путина в Турцию следует рассматривать именно в этих рамках».

Итак, что здесь просматривается в интервью Бурханеттина Дурана?

Прежде всего, заметим, что он, в отличие от ряда других турецких политических обозревателей, достаточно четко расставил акценты относительно предстоящего визита президента Путина в Турцию. В том смысле, что не стал его однозначно увязывать с «заинтересованностью» России в том, чтобы Турция посредничала в контактах по оси Украина – Россия.

Второе, что автор четко отражает в своем материале – это то, что кризис – далеко не про Украину, а про фундаментальные проблемы между Россией и Западом. А Украина – лишь часть большой сделки между сторонами противостояния.

Достаточно интересно, что автор считает, что нынешний кризис, вопреки, допустим, тому, что можно слышать от отечественных аналитиков, не только не расшатывает НАТО изнутри, а, напротив, способствует консолидации Североатлантического альянса. И то, что западный альянс не поддерживает «умиротворение ситуации». В этом смысле, нет указания, со стороны турецкого автора, на «особую позицию» Европы в кризисе, которая, все ж таки, присутствует. За рамками, разумеется, особой (антироссийской) позиции со стороны стран Балтии и Восточной Европы, которая – много радикальней, чем позиция в отношении России со стороны «старой Европы».

Какова же позиция Турции, со слов маститого турецкого политолога?

Она, как мы видим, заключается в том, чтобы «выслушать Россию» и «решить её законные проблемы безопасности, если таковые имеются». Тут, конечно же, ключевыми словами являются выделенными нами. В том смысле, что могут быть, по всей видимости, «незаконные проблемы безопасности», которые могут и «не иметься», то есть, не приниматься в расчет. Требования, России, разумеется, всем хорошо известны. Автор не характеризует их как «незаконные» прямо, однако, называет их «максималистскими».

В этом смысле, достаточно сложно увязать в единое целое упомянутую Бурханеттином Дураном позицию Турции, которая должна сочетать одновременно и «решение проблем безопасности» и «демонстрацию неприемлемости требований» России, что наводит на мысль о том, что решение проблем безопасности России может быть или должно быть найдено (при помощи Турции) за рамками её требований.

При этом, разумеется, турецкий лидер подтверждает, что Турция была и остается членом НАТО, который продолжит исполнять свои обязательства в рамках Альянса. Вообще, из заявлений со стороны Турции последнего времени, четко прослеживается, что страна выбрала свою «сторону истории» и сторона эта — прозападная. Что, впрочем, достаточно предсказуемо и не исключает и того, что Турция будет стремиться к тому, чтобы «сохранить для себя Россию», преподнося ей себя в качестве стороны, готовой «выслушать её озабоченности» вопросами своей безопасности. Этого, на взгляд турецкого автора, — уже достаточно для того, чтобы «дипломатические усилия Турции» в условиях продолжающегося кризиса приобрели бы повышенную важность.

Обратимся в сторону известного оппозиционного издания Cumhuriyet, которое 29 января опубликовало материал под заголовком «Украинская проблема и визит Путина в Турцию». Статью написал колумнист издания Барыш Достер.

Цитируем:

«Вскоре после того, как Кремлем было объявлено о том, что российский лидер Владимир Путин принял приглашение президента Реджепа Тайипа Эрдогана и прибудет в Турцию в удобное для него время, постоянный представитель России при ООН Дмитрий Полянский сделал следующее заявление: «Мы требуем, чтобы все иностранные державы, незаконным образом находящиеся на территории Сирии, покинули страну немедленно». Понятно, какие страны имеет в виду Россия, и, кроме того, она делает это постоянно.

 Прежде всего, давайте зададимся следующими вопросами: почему Россия, которая особо не демонстрирует предпочтения тому, чтобы, в переживаемых во внешней политике проблемах, на первый план выступали бы третьи страны, чтобы осуществить посредничество, не ответила сразу отрицательно на просьбу Турции принять у себя и посредничать в решении украинской проблемы?

Интересно, Путин, когда приедет в Турции, какие послания озвучит нашей стране и миру, при том, что он рассматривает происходящее на Украине как внутреннее дело этой страны и считает США, а не украинскую администрацию, собеседником для решения проблемы?

Даже если Москва не принимает Турцию в качестве посредника, чего Москва добивается визитом Путина?

Мы также знаем следующее: на встрече Путина – Эрдогана, помимо проблемы Украины, также будет обсуждать вопрос серьезная энергетическая проблема последних дней, которая возникла из-за перебоев поставках природного газа из Ирана. На повестке дня возникнет также вопрос С-400, и сирийская история. Другие проблемы и сферы сотрудничества также будут обязательно обсуждаться.

В ЧЕМ ЗАКЛЮЧАЕТСЯ ОСТРАЯ ДИЛЕММА ТУРЦИИ?

Но пока понятно, что США и НАТО не принимают требования России, а Россия не принимает требования США и НАТО. В этом смысле, важно, какие послания прозвучат от Путина в Турции.

Потому что США осознают, что они не смогли заставить Россию сделать шаг назад, и что они не смогли добиться уступок от России экономическими санкциями. Лидер ЕС не смог даже убедить Германию в шагах в отношении России.

США, прекрасно знающие, что Россия не будет вторгаться в Украину, намерены таким образом тиражировать противоположную риторику, напугать Европу и мир, направить в Восточную Европу новые воинские части и укрепить разваливающийся альянс НАТО.

Но точно так же, как для США объективно невозможно найти то, на что они надеются (то есть, на шаги России назада – прим.), Турция не имеет большого влияния на Россию, как говорят некоторые комментаторы.

Наоборот, влияние России на Турцию сильно. В её наборе — много разных инструментов, особенно, энергетическая карта (в смысле, «игральная карта» — И.С.). В рамках этой объективности и реализма, следует интерпретировать поездку президента Эрдогана на Украину в феврале.

В процессе, когда Турция, помимо её изоляции во внешней политике, предприняла шаги по нормализации отношений со странами Персидского залива, чтобы найти иностранные ресурсы (имеется в виду, финансовые ресурсы в виде инвестиций и кредитных линий – прим.), попыталась улучшить свои отношения с Египтом, Израилем и Арменией, и указала на дверь представителям «Братьев-мусульман» и, после них, «Хамаса», на визит Путина надо смотреть внимательно.

Потому что, сближающаяся с Россией за счет напряженности в отношениях с США и НАТО Турция, с её связями с США и с Россией, с Атлантикой и Евразией, Западом и Востоком, с её связями, сфокусированными на внешней политике, безопасности и экономике, зажата между энергетической зависимостью, своей географией и курсом, которому следует мир».

52.43MB | MySQL:103 | 0,565sec