О массовых антифранцузских выступлениях в странах Сахел

Франция продолжает утрачивать влияние в своих бывших африканских колониях. Наглядным тому примером служат начавшиеся 14 мая текущего года антифранцузские выступления против присутствия Парижа в Чаде, а именно в Нджамене. Там проходят массовые демонстрации протеста под лозунгами «Франция, убирайся!», «Нет колонизации» и т. п.

Заметим, что изначально данная акция протеста была согласована с властями ее инициаторами из оппозиционной платформы Wakit Tamma как «мирная манифестация», но она очень быстро вышла из-под контроля устроителей. Протестующие, обвиняющие французскую армию в поддержке управляющей этой страной военной хунты, сжигали флаги своей бывшей колониальной державы и в прямом смысле слова разрушили несколько автозаправочных станций Total, уничтожив заправочное оборудование и складировав его остатки в людных местах, демонстрируя тем самым свое отношение к Парижу.

Показательно, что правоохранительные силы этой страны явно не спешили наводить порядок жесткой рукой. Напомним, что после гибели 20 апреля 2021 года на фронте от рук повстанцев президента Чада Идриса Деби Итно, находившегося у власти 30 лет, власть в этой стране взяли его сын Махамат Деби Итно с находящимися за его спиной 15 генералами.

Он обещал провести «свободные и демократические выборы» к концу текущего года, демонстрируя на практике готовность к национальному диалогу со всей оппозицией и даже повстанческими группами, в основном базирующимися на юге соседней Ливии. Эта инициатива получила благословение ООН, Франции, ЕС и Африканского союза, председателем руководящей Комиссии которого является чадец Мусса Факи.

Это во многом позволило избежать жестких санкций, введенных против Мали, Буркина-Фасо и Гвинея после произошедших там переворотов со стороны CEDEAO, Экономического сообщества западноафриканских стран и других авторитетных международных организаций.

Однако оппозиция, кажется, толкает Чад идти по такому же пути.

Между тем, особую роль в массовых выступлениях в Нджамене сыграли учащиеся средних школ, яростно выступающие за «изгнание Франции» и особенно ее солдат, утверждая, что протестуют «против навязывания им чадской профранцузской монархии Деби, нацеленной на постоянные страдания с момента обретения Чадом независимости».

Так, координатор движения Wakit Tamma Макс Лоалнгар усиливает эти настроения и подчеркивает, что «Франция устанавливает нам диктаторов помимо нашей воли. Мы просто просим уважать наш народ».

Заметим, что лояльная реакция со стороны Запада к режиму Деби вызвана важной ролью, играемой Нджаменой в борьбе против террористических группировок по всему Сахелю.

Среди них – филиалы запрещенных в России «Исламского государства» (ИГ) «Боко харам» и ISWAP и АКИМ («Аль-Каида в странах исламского Магриба»), играющие ключевую роль в дестабилизации этого региона.

Заметим, что реакция Парижа на произошедшее была отчасти сдержанная и фактически свелась к призыву вести «диалог» и предложению «помощи», но ситуация не стала более спокойной, поскольку представители Wakit Tamma отказались от диалога с «незаконным режимом».

И представляется сомнительным, что власти Нджамены в условиях наблюдаемого обострения внутри страны, подпитываемого «снаружи» из Сахеля, смогут провести запланированные выборы по всей стране, как это планировалось.

Между тем, сами региональные источники отмечают, что «протест против французского военного присутствия как масляное пятно, распространяется по всему Сахелю вслед за Мали, Буркина-Фасо и Нигером», что отражается на попытках Парижа сохранить здесь свое влияние и победить джихадистов. Именно такую стратегию заявил в начале своего первого президентского срока в 2017 году президент Франции Эммануэль Макрон, при этом пытаясь делать в адрес африканцев «реверансы», заявляя, что он «принадлежит к поколению, которое не приходит и не говорит им, что делать».

Между тем, это во многом вызвало у них ощущение в «ослаблении» прежней колониальной державы, что подкрепляется военными неудачами Парижа по борьбе против джихадистов, наглядным свидетельством чему служит вывод его сил из Мали после девяти лет бесплодной войны с их заменой силами пророссийской группы Вагнера. Это и вызвало возмущение официальных французских представителей, и они все чаще усматривают в своих неудачах «руку Москвы».

На этом фоне французская военная операция, расширившаяся за это время на большую часть Сахеля, демонстрирует неспособность не только победить их, но и даже удержать контролируемые Парижем территории, и почему уже в последние годы она все больше перестраивается как действия под общеевропейским или даже «западным» флагом.

При этом в текущих международных условиях возможности Макрона повлиять на ситуацию только уменьшаются, поскольку военная операия России на Украине начинает занимать центральное место в повестке его внешней политики. Соответственно, он вынужден отвлекать все больше ресурсов, особенно военных и материальных, на борьбу против российской спецоперации там. Достаточно указать на отправляемые в последние дни и недели самоходные гаубицы с большим количеством боеприпасов к ним, профильных специалистов-силовиков, растущую активность французских спецслужб, в том числе и одной из мощнейшей в мире группировки космических спутников-шпионов и т.п.

Соответственно, претензий к России со стороны Парижа относительно участия в дестабилизации его «франкофонной зоны» будет в будущем больше.

Казалось бы, Эммануэль Макрон пытался исправить ситуацию. Впервые из французских лидеров он признал наиболее болезненные аспекты исторического наследия Франции в Африке, признав роль своей страны в геноциде в Руанде и преступлениях, совершенных французскими солдатами и полицейскими во время войны за независимость Алжира, хотя и не принес за это официальные извинения.

Однако следует оговориться, что он тут же привел в ярость руководство Алжира своими прошлогодними заявлениями относительно постколониальной власти этой страны и визового режима с ним.

Эммануэль Макрон также стал первым французским президентом, вернувший разграбленные сокровища колониальных времен – дюжину произведений искусства Бенину и меч Сенегалу. Что, с одной стороны, было благосклонно воспринято обществом этих стран, но с другой – вызвало дополнительные суждения, что «Франция уже не та», и, будучи ослабленной, она «заискивает перед Африкой».

К этим размышлениям дополнительно подтолкнуло то, что при этом Макрон провалил гораздо более важные вопросы – обеспечение политической безопасности постколониальных стран, взятую Парижем после предоставления им независимости. По мнению французских же аналитиков, самая большая проблема и неудача за время предыдущего президентства Макрона были в Сахеле. Его ставленники, президенты Мали и Буркина-Фасо, были свергнуты и заменены военными. Исламистский мятеж, который он открыто рассчитывал победить, распространился почти на весь регион. Причем в некоторых бывших франкофонных странах отчетливо проявляются антифранцузские настроения.

Показательно, что в конце прошлого – начале текущего года оппозиция в Буркина-Фасо и Нигере даже заблокировала французские войска на своей территории, выдвигавшиеся для охраны урановых приисков в последнем, разрабатываемых французской же компанией Areva в знак протеста против неспособности Парижа обеспечить безопасность населению этих стран в условиях разгула джихадистов.

Не случайно, что ему не удалось провести саммита Франция-Африка, как это планировалось, в октябре прошлого года, собравшего лишь представителей гражданского общества, а не лидеров континента.

Более того – снижение французского влияния отразилось и в сфере экономической – в частности, относительно неудачных усилий Макрона по реформированию африканского франка (CFA), валюты, используемой в Западной и Центральной Африке.

Между тем, по мнению Сесилии Видотто Лабасти из Исследовательского института Монтень в Париже, именно французские промахи «создают пространство для действий других партнеров — конкурентов или врагов,  России и других иностранных держав», а не наоборот.

Более того, по ее мнению, это даже больше проигрыш Европейского союза, который в последние годы довольно активно помогал Франции не только в Мали, но и Сахеле, куда его страны также ввели войска бороться против джихадистов, но вслед за Францией были вынуждены вывести их, как, например, Дания.

При этом по мнению Сесилии Видотто Лабасти, «Чем больше трудностей в сахельской стратегии и действиях Франции и ЕС, тем больше пространства для маневра их врагов в Африке», считает она. «Они будут готовы использовать любые возможности для этого».

Причем как показывает пример Мозамбика 2021 года, где радикалы-боевики сорвали газодобычу в этой стране, гораздо большие неприятности Европе представляют действия отнюдь не «плохих русских», а турецких и катарских «парней».

Именно их спецслужбы которых бьют по самому больному для Запада – энергетике, тогда как ставшая «эталоном западного ужаса» российская ЧВК «Вагнер» предпочитает довольствоваться установлением контроля над некритичными для него отраслями вроде добычи золота и алмазов.

52.21MB | MySQL:106 | 0,714sec