О сопротивлении ливанских политиков проведению реформы банковского сектора и последствиях для переговоров с МВФ

Через пять месяцев после того, как проект соглашения Ливана с МВФ вызвал надежды, что Бейрут, наконец, сможет разработать план экономических реформ для решения  финансового кризиса, политические и финансовые элиты страны активно препятствуют перспективам получения любого пакета помощи. Усилия по проведению восьми реформ, которых добивается МВФ, ни к чему не приводят или терпят неудачу, наталкиваясь на сопротивление местных политиков.  Это означает, что Ливану, вероятно, не удастся представить на ежегодном заседании правления МВФ в октябре какой-либо внятной программы по проведению реформ в рамках разблокировать помощь в размере 3 млрд  долларов, и усиливает сомнения в том, что правительство когда-либо разработает эффективный план по преодолению кризиса. На прошлой неделе МВФ сообщил правительству Ливана, что его единственная попытка провести законодательную реформу для преодоления трехлетнего экономического кризиса — поправки к закону о банковской тайне – по–прежнему содержит «ключевые недостатки», после того, как депутаты смягчили первоначальный текст, согласно юридической справке МВФ. План по затыканию дыры в национальных финансах за счет банков – а это около 72 млрд долларов с перспективой постоянного роста – сталкивается с возражениями, в том числе со стороны банков, которые говорят, что этот план ложится на них слишком тяжелым бременем. На прошлой неделе группа ливанских бизнес-лидеров и бывших чиновников представили свою собственную версию плана восстановления, отражающую некоторые опасения банков касательно раскрытия банковской тайны. Спор о том, как распределить потери финансового сектора, остается сложной задачей. Правительственный план, разработанный заместителем премьер-министра Сааде Шами, направлен на то, чтобы сделать это таким образом, чтобы защитить вкладчиков и государство, списав часть долга Центрального банка коммерческим банкам, которые понесут большие убытки, в соответствии с принципами МВФ По оценке экспертов, сам процесс принятия «смягченных поправок» к закону о банковской тайне показывают размер сопротивления банковской реформе. Предыдущий  проект допускал снятие банковской тайны для расследования «всех финансовых преступлений», но версия, одобренная парламентом в июле, ослабила ее, позволив только некоторым правительственным органам отменять банковскую тайну в случаях конкретных преступлений. При этом МВФ настаивает чтобы парламент Ливана восстановил отмененные пункты. Во многом и по этой причине  президент Ливана Мишель Аун на прошлой неделе вернул в парламент измененный закон о банковской тайне, который законодатели приняли около месяца назад, заявив, что он нуждается в дальнейших доработках для его усиления.  Принятие парламентом закона 26 июля было расценено как скромный первый шаг к реформам, необходимым Ливану для получения доступа к 3 млрд долларов от МВФ и облегчения финансового кризиса в стране. Но принятый закон был смягченной версией первоначального предложения, что вызвало опасения, что МВФ не сочтет его достаточно надежным (собственно так и произошло), чтобы квалифицировать его как реальную меру реформы. Он не отменяет банковскую тайну в целом и позволяет только некоторым правительственным органам отменять ее конкретно в случаях уголовных расследований. В письменном заявлении в среду президент Мишель Аун заявил, что закон о банковской тайне «является одним из наиболее важных текстов, которые должны быть одобрены в этом контексте, поскольку он касается системы банковской тайны». По его словам, закон требует «дальнейших разъяснений для обеспечения его надлежащего и автоматического применения»», в том числе определения сроков его применения и внесения поправок в то, какие учреждения могут снять секретность. Государства-доноры хотят, чтобы Ливан провел реформы для устранения коренных причин кризиса, включая десятилетия государственных трат и коррупции, до выделения помощи. Соглашение на уровне персонала МВФ предусматривало принятие нового закона о банковской тайне «в соответствии с международными стандартами для борьбы с коррупцией и устранения препятствий для эффективной реструктуризации и надзора банковского сектора, налогового администрирования, а также выявления и расследования финансовых преступлений и возвращения активов».  «Ясно, что нет политической воли к реформам. Вы не можете отделить политику от экономики – особенно не в Ливане», — полагает местный  законодатель Ибрагим Мнейме. Всемирный банк в августе обвинил ливанские власти в управлении фактически гигантской финансовой пирамидой, которая «причинила беспрецедентную социальную и экономическую боль» за последние три десятилетия. В своем отчете Всемирный банк заявил, что «чем раньше будут начаты необходимые реформы, тем менее болезненными будут расходы на финансирование финансовой пирамиды для ливанского народа». Ливан третий год переживает финансовый кризис, в результате которого восемь из десяти человек оказались за чертой бедности, и который, по мнению Всемирного банка, является преднамеренным и может стать одним из трех худших экономических кризисов современности. Ливанские банки предоставляли крупные кредиты государству, которое накопило огромные долги в основном из-за коррупции и плохого управления. В отчете Всемирного банка говорится, что «значительная часть» сбережений людей была «использована не по назначению и растрачена не по назначению за последние 30 лет. Чрезмерное накопление долга использовалось для создания иллюзии стабильности и укрепления доверия к макрофинансовой системе, чтобы деньги на депозиты продолжали поступать. Депрессия Ливана, преднамеренно создававшаяся в течение последних 30 лет, привела к ухудшению положения с предоставлением основных услуг его гражданам». Новый отчет отмечает второй раз в этом году, когда Всемирный банк напрямую обвиняя правящих политиков Ливана в «организации» катастрофического экономического кризиса в стране из-за их эксплуататорского захвата ресурсов. Всемирный банк также обвинил ливанских политиков в «жестокости», заявивших, что депозиты в рухнувшем банковском секторе страны являются священными, заявив, что такие лозунги «вопиюще противоречат реальности»: «Политические лозунги о неприкосновенности депозитов являются пустыми и оппортунистическими; на самом деле, постоянное злоупотребление этим термином политиками жестоко. Это не только вопиюще противоречит реальности, но и препятствует принятию решений по защите большинства, если не всех мелких и средних вкладчиков, в долларах и наличными». Ливанские политики утверждают, что права вкладчиков должны быть сохранены в любом плане по устранению потерь финансовой системы в размере около 70 млрд долларов, даже несмотря на то, что их сбережения потеряли около 80% своей стоимости из-за краха банковской системы. «Убытки должны были быть приняты и понесены акционерами банка и крупными кредиторами, которые за последние 30 лет получили значительную прибыль от очень неравной экономической модели», — говорится в сообщении Всемирного банка. Бывшее правительство Ливана разработало план по возмещению убытков в 2020 году, но он был торпедирован сектантскими группировками, которые имеют последнее слово в Бейруте, и возражениями со стороны банковского сектора и Центрального банка. Международный валютный фонд хочет, чтобы Ливан к тому же одобрил план банковской реструктуризации в качестве одного из предварительных условий для продвижения проекта соглашения о финансировании.

Несмотря на отсутствие внятного прогресса в переговорах, совершенно очевидно, что МВФ не уйдет из Ливана. Хотя проект соглашения призывает к своевременному осуществлению реформ, он не устанавливает крайних сроков. Правительство Ливана заявляет, что оно по-прежнему привержено курсу МВФ, рассматриваемому как единственный выход из кризиса, коренящегося в многолетней коррупции, расточительстве и неустойчивой финансовой политике. Некоторые политики при этом возлагают свои надежды на что-то другое, ожидая, что недоказанные морские газовые месторождения могут однажды стать спасением, хотя на их разработку могут уйти годы. Поддерживаемая Ираном «Хизбалла» заявила, что это единственное решение. Ливанские банки также поддержали предложение использовать часть будущих запасов нефти и газа для покрытия финансового разрыва, что, по мнению экспертов МВФ, было бы неприемлемо для фонда. «Существует вера в волшебное решение – нефть и газ, но это  не заменит фундаментальной реформы», — полагает Камилла Абуслейман, юрист по финансовым вопросам и бывший министр. Она назвал корыстные интересы и отсутствие «этического лидерства» в качестве причин бездействия политиков, которым удалось удержаться у власти после выборов, несмотря на кризис. При этом эти надежды собственно разбиваются пока помимо чисто технических причин и на споры о границе на  морском шельфе между Израилем и Ливаном, которые пытаются решить американские посредники. Пока безуспешно: главный посредник А.Хоштейн на прошлой неделе привез в Бейрут новые израильские предложения в отношения раздела морских месторождений, которые там восторга не вызвали.   Спор о морской границе между Ливаном и Израилем обострился в начале июня, после того как Израиль перевел производственное судно на морское месторождение «Кариш», на которое частично претендует Ливан. Этот шаг побудил Бейрут призвать к возобновлению переговоров при посредничестве США по спору о демаркации. Ливан и Израиль не имеют дипломатических отношений и разделены не патрулируемой границей. Они возобновили переговоры о морской границе в 2020 году, но процесс застопорился из-за заявления Бейрута о том, что карта, используемая Организацией Объединенных Наций на переговорах, нуждается в изменении. Ливан первоначально потребовал 860 кв. км территории в спорном морском районе, но затем попросил дополнительно 1430 кв. км, включая часть месторождения «Кариш». Израиль утверждает, что месторождение находится в его водах и не является частью спорного района, подлежащего переговорам. Так что надежды на какие-то нефтегазовые доходы – дело очень далекой перспективы.   Тем временем долларовые резервы, представляющие собой то, что осталось от средств вкладчиков, истощаются. В июне Центральный банк заявил, что они сократились на 2,2 млрд долларов в 2022 году примерно до 11 миллиардов долларов. Политический календарь также не сулит ничего хорошего. Президент Мишель Аун покидает свой пост 31 октября, и до сих пор нет никаких признаков соглашения о том, кто должен его заменить, в то время как правительство работает в качестве временного с майских выборов из-за разногласий по поводу нового кабинета.

52.52MB | MySQL:102 | 0,635sec