Что стоит за критикой великих аятолл деятельности президента Ирана Э.Раиси

Как утверждают некоторые американские эксперты,  хотя непосредственная угроза иранскому истеблишменту от массовых протестов, охвативших страну,  миновала, новый мощный источник критики может представлять растущую опасность для президента-консерватора Эбрахима Раиси. Имеется в виду, что в связи с падением курса иранской валюты некоторые высокопоставленные священнослужители выступают против правительства в связи с ухудшением экономической ситуации в стране. Позиция великих аятолл отличается от их прежней безусловной поддержки президента, что вызывает вопросы о том, может ли быть поставлено на карту его будущее на этом посту. Раиси столкнулся с народным движением протеста, призывающим к свержению исламского режима. Антиправительственные протесты вспыхнули после смерти задержанной полицией 22-летней Махсы Амини 16 сентября после того, как ее арестовали за то, что она якобы «неправильно» носила головной платок. За протестами последовали широкомасштабные репрессии, в результате которых погибли сотни людей, тысячи были арестованы и казнены несколько протестующих в декабре и январе после того, что Amnesty International назвала «фиктивными судебными процессами». Еще десяткам арестованных грозит смертная казнь. Между тем, иранская экономика сильно пострадала в последние месяцы, поскольку Вашингтон ужесточил санкции против Тегерана в ответ на репрессии и  провала ирано-американских переговоров о возобновлении ядерной сделки 2015 года. За последние шесть месяцев иранский риал потерял 58% своей стоимости. В то время как в сентябре риал торговался на уровне около 29 000 туманов  по отношению к доллару США, сейчас он превысил 46 000 туманов (один туман эквивалентен 10 риалам). Это утроило цены на продукты питания и вызвало массовый народный гнев. Великие аятоллы, также известные как «марджи», контактируют с общественностью в рамках своей повседневной работы и, таким образом, отражают настроения иранской улицы. Титул «марджа» используется для священнослужителей, которые с юридической точки зрения способны формулировать религиозные указы. В настоящее время в Иране официально менее восьми аятолл имеют титул «марджа», но неофициально их число больше. Каждый мусульманин-шиит должен выбирать великого аятоллу и следовать ему в религиозных вопросах. Более того, «марджи» могут принимать решения за своих последователей по религиозным, социальным и даже политическим вопросам. Великие аятоллы в основном базируются в священном городе Кум, где расположены семинарии,  в основном близки к истеблишменту Исламской Республики. Великий аятолла Хосейн Нури Хамедани, сторонник жесткой линии, на этой неделе выразил свое неодобрение по поводу падения стоимости иранской валюты и роста цен.   Другой священнослужитель, великий аятолла Хосейн Вахид Хорасани, возложил на правительство ответственность за неспособность сократить бедность. «Мы получаем жалобы на средства к существованию [людей]», — заявил он в январе. Аналогичным образом, великий аятолла Абдулла Джавади Амоли предупредил, что власти могут столкнуться с божественным наказанием: «Если мы не будем вести себя должным образом, Бог заберет нас и сохранит свою религию через другую группу».  Между тем, аятолла Мохаммад Мусави Хойниха заявил ранее в этом месяце, что «мы потеряли доверие людей», и это связано с «нашей некомпетентностью». Несколько дней спустя Мохаммад Таги Фазель Мейбоди, член Ассамблеи преподавателей и исследователей семинарии Кум, раскритиковал президента Раиси за валютный кризис: «Господин президент, обменные курсы и темпы инфляции не улучшаются по вашему приказу. Почему вы не мыслите фундаментально? Повышение цен сделало людей несчастными в преддверии [персидского] нового года». Великий аятолла Насер Макарим Ширази был в авангарде откровенной критики правительства. В декабре 95-летний Макарим Ширази  осудил тот факт, что инфляция резко возросла по сравнению с предыдущим годом. Он объяснил экономический кризис зависимостью страны от доллара США, обвинив государство в том, что оно мало что делает для изменения ситуации. В более недавнем заявлении от 4 февраля Ширази обвинил правительственных чиновников в том, что они живут в роскоши, в то время как большинство населения страдает: «Справедливо ли это, что некоторые чиновники живут на пособие, в то время как много бедных людей?». Однако тот же священнослужитель критиковал антиправительственные протесты, вспыхнувшие после смерти Махсы Амини: «Мы не должны преувеличивать мелкие проблемы; мятежники слишком малы и незначительны, чтобы хотеть изменить систему и страну».  Когда силы безопасности Исламской Республики начали убивать протестующих и казнить их, семинария и великие аятоллы в основном хранили молчание, в то время как президент Раиси атаковал тех, кого он назвал «доверенными лицами», которые не поддержали Исламскую Республику во время протестов, и заявил, что «вы потерпели неудачу», поскольку «вы не выполнили свою религиозную миссию и моральные обязанности». Между тем, великие аятоллы, в том числе Макарим Ширази и Нури Хамедани, призвали правительство «прислушаться к жалобам народа». Многие другие священнослужители не поддержали смертные приговоры, вынесенные демонстрантам. Например, Мостафа Пурмохаммади, высокопоставленный священнослужитель, который раньше был высокопоставленным чиновником в Министерстве разведки, не поддержал недавние казни. Вместо этого 15 февраля он косвенно заявил, что для обвинения людей в «шпионаже» нужны «доказательства», и что такие обвинения делают «общество небезопасным». Аналитики считают, что критика великих аятолл будет иметь тяжелые последствия для Раиси, поскольку она отнимет у него поддержку  религиозных сторонников. Высокопоставленный священнослужитель в Куме, ранее близкий к сторонникам жесткой линии, считает, что недавняя критика со стороны великих аятолл значительна, главным образом, из-за народной поддержки, которой они пользуются, а также их влияния на религиозный истеблишмент страны: «И религиозный класс, и большинство великих аятолл каким-то образом поддержали Раиси в первую очередь. Прямо сейчас неоднократная резкая критика правительства Раиси со стороны «марджа» является отступлением от их прежней поддержки.  Когда «марджа» критикуют правительство, они хорошо понимают, что их критика послужит сигналом для истеблишмента. Если экономическая ситуация ухудшится в ближайшие три или четыре месяца, «марджа» сделают свой тон более жестким и, возможно, не пустят президента Раиси и любого чиновника в свои кабинеты… Это нанесет огромный удар как по Раиси, который потеряет много своих религиозных сторонников, так и по руководству Исламской Республики, потому что многие считают Раиси представителем истеблишмента в президентском дворце». Местный политический обозреватель, говоривший на условиях анонимности, полагает, что, если великие аятоллы усилят свои нападки на Раиси, это может вынудить парламент сделать шаг и вынести вотум недоверия президенту. Однако он добавил, что, поскольку политическое руководство Исламской Республики полностью поддерживает Раиси, «остается неясным, осмелится ли парламент сместить его, если они не получат зеленый свет от рахбара (верховного лидера Али Хаменеи). Истеблишмент не способен игнорировать «марджа», и поэтому им придется что-то сделать или пожертвовать кем-то, чтобы уменьшить свой гнев. Что бы ни случилось, продолжающаяся критика «марджа» сильно ослабит легитимность Раиси и, вероятно, приведет к его поражению в следующей президентской гонке».

В этой связи отметим, что американцы наконец-то признали главное – действительно широкомасштабные и беспрецедентные  беспорядки, которые четыре месяца сотрясали страну, выдохлись. Властям удалось их купировать и переломить ситуацию. Кроме того, американцы, как всегда. выдают желаемое за действительное.  Критические выступления «марджа» следует рассматривать не как какую-то глобальную внутривидовую борьбу, а как намеренную и санкционированную рахбаром кампанию по перехвату повестки дня у оппозиции. Самым главным вызовом для правящего режима во время беспорядков были попытки зарубежной оппозиции при поддержке прежде всего Лондона перевести протесты в чисто политическую плоскость под лозунгом «долой режим мулл». Вот собственно сейчас муллы и пытаются своими высказываниями «солидаризоваться»  с основной массой протестующих. А  повестка дня последних в первую очередь – экономическая. Вот собственно  и вся суть вопроса. Говорить в этой связи о какой-то растущей оппозиции Раиси (и рахбару соответственно!!!) среди клерикалов в общем-то наивно. Основная борьба среди них начнется после кончины рахбара вокруг кандидатур претендентов, но совсем не по теме о смене курса или трансформации  режима. И в этой связи, нынешняя критическая  атака на Раиси в какой-то степени может быть связана с его претензиями именно на эту высшую должность,  но никак не более того.

52.13MB | MySQL:103 | 0,460sec