«Новая» стратегия Вашингтона в Судане

19 октября с.г. Государственный секретарь США Х.Клинтон, выступая в Вашингтоне вместе с постоянным представителем США при ООН С.Райс и специальным представителем президента США по Судану С.Грейшеном, озвучила «новые» установки американской политики в отношении Судана и его внутренних проблем. Как и прежде, в выступлениях амеркианских дипломатов речь шла прежде всего о ситуации вокруг урегулирования в Дарфуре и реализации Всеобъемлющего мирного соглашения между Югом и Севером страны.

В заявлении Х.Клинтон было отмечено, что «Судан находится на важном перекрестке, который может вывести либо к поступательному улучшению жизни суданских граждан, либо к еще более ожесточенному конфликту и распаду государства. Пришло время Организации объединенных наций действовать безотлагательно ради защиты мирных граждан, работать для движения к всеобъемлющему миру… Взрыв в Судане может привести к широкомасштабной региональной нестабильности или возникновению новых убежищ для международных террористов, что серьезно угрожает интересам США».

В этом пассаже, конечно, многое верно, но при этом нет ничего нового – вышесказанное было очевидно и полгода, и год назад. Критичность момента для внутрисуданской и региональной ситуации, на наш взгляд, за это время не сильно изменилась. Можно, конечно, считать, что появились «новые» факторы в виде надвигающихся Всеобщих выборов, перенесенных на весну 2010 г., и обострения межплеменного противостояния в Южном Судане. Однако выборы остаются на повестке дня суданской политической жизни уже давно, да и межэтнические столкновения в Южном Судане были всегда, хотя число погибших в этих межплеменных «разборках» обычно было меньшим, чем в сентябре-октябре с.г. В целом, на наш взгляд, общий политический фон в Судане за последний год изменился не настолько, чтобы говорить о решающем для страны моменте. Основания для таких заявлений явно просматриваются в американской внутриполитической ситуации: смене руководства страны и необходимости акцентировать внимание на миротворческой деятельности новой администрации. При этом стоящий несколько особняком, но привлекающий внимание пассаж про «убежища для международных террористов» звучит, не правда ли, очень по-американски и в русле действий еще прежней администрации Дж.Буша.

Интересен следующий момент в нынешнем американском заявлении: «Соединенные Штаты имеют четкое обязательство перед суданским народом как в качестве свидетелей Всеобъемлющего мирного соглашения, так и как первая страна, которая однозначно определила происходящее в Дарфуре как геноцид». Далее в тексте это «обязательство перед суданским народом» определяется как «помощь в руководстве международными усилиями». Таким образом, американцы вновь подчеркивают, что считают правомочным и необходимым играть роль верховного арбитра.

В контексте конфликта в Дарфуре американцы по-прежнему обвиняют «правящую партию Национальный конгресс и поддерживаемых правительством ополченцев, которых иногда называют «джанджавидами», в организации компании геноцида против этнических групп, связанных с зарождающимся дарфурским сопротивлением». В том, что касается итогов этой «кампании геноцида», приводятся несколько новые данные: непосредственными жертвами называются «несколько сотен тысяч человек», число беженцев обозначено как 250 тысяч, перемещенных лиц – 2,7 млн. человек.

В заявлении Х.Клинтон признается, что с 2005 года уровень насилия в регионе снизился, но при этом отмечается, что положение жителей региона остается неприемлемо тяжелым и опасным, а невыполнение мирных соглашений, инфильтрация боевиков и вовлеченность в конфликт государств региона приводят к затягиванию конфликта, осложняют международные усилия по поиску возможных развязок кризиса.

Подчеркивает Х.Клинтон и давно очевидное региональное измерение суданских конфликтов: «Нестабильный Судан не только ставит под угрозу будущее 40 миллионов его жителей. Он может также оказаться рассадником насилия и нестабильности в и без того неспокойном регионе…»

Госсекретарь в своем заявлении признала, что усилия Белого дома по урегулированию ситуации в Судане могут оказаться бесплодными, но подчеркнула, что возможная неудача — не повод для того, чтобы ничего не предпринимать: «Достижение мира и стабильности в Судане – нелегкое дело, и успех не гарантирован. Ясно одно: проблемы Судана нельзя игнорировать. Нельзя оставаться в стороне».

В целом американская стратегия в Судане подразделяется на три основных направления деятельности:

1. Прекращение конфликта в Дарфуре.

2. Обеспечение реализации Всеобъемлющего мирного соглашения.

3. Гарантия того, что Судан не превратится в убежище для международных террористов.

Следует сразу оговориться, что о последнем пункте американцы говорят несколько механически, упоминая, но не раскрывая его. Складывается ощущение, что этот вопрос, актуальный в 1990-е гг., сегодня остается на повестке дня больше ради того, чтобы оправдать сохранение (и ужесточение в 2007 г.) американских экономических санкций против Судана.

О санкциях Х.Клинтон тоже не преминула сказать, назвав их безусловной частью американской стратегии в Судане, инструментом диалога с суданским руководством, актуальным как в прошлом, так и в настоящем и будущем. При этом госсекретарь упомянула о приверженности санкциям президента Б.Обамы, вновь подчеркивая приверженность нового президента миротворческой деятельности.

Остается лишь разобраться в том, что же такого полезного приносят населению Судана американские санкции и насколько они могут повлиять на ситуацию в стране. Даже слегка углубившись в этот вопрос, мы увидим, что фактическим американские санкции оказывают на суданскую экономику не настолько большое влияние, как это, может быть, хотели бы видеть в Вашингтоне. Ведь интеграция Судана в глобальную финансовую систему остается минимальной. Кроме того, суданский экспорт и импорт ориентированы преимущественно на Китай и арабские страны, в стране сильны позиции исламских банков. Место западных компаний, ушедших из Судана в связи с американскими санкциями, с удовольствием заняли их китайские конкуренты. Так что приходится сделать вывод, что санкции остаются не самым эффективным средством воздействия Вашингтона на официальный Хартум.

Постоянный представитель США при ООН С.Райс в своем выступлении, последовавшим за речью Х.Клинтон, отметила, что президент Б.Обама неоднократно подчеркивал, что защита мирных жителей и достижение прочного мира в Судане является приоритетом для его администрации. Сказала она и о том, что Б.Обама «уже много лет посвятил тому, чтобы прекратить страдания и геноцид в Судане. Очевидно, что эта глубокая приверженность тому, чтобы улучшить жизнь людей в Судане должна быть подкреплена продуманной, ориентированной на результат стратегией. Лично я горжусь тем, что такая стратегия наконец появилась. Это результат широкого обсуждения, тщательного анализа многих вызовов, нашей общей долгой и тяжелой работы…».

Акцентируя внимания на двух основных направлениях американской политики в Судане – прекращении геноцида в Дарфуре и реализации Всеобъемлющего мирного соглашения – С.Райс предельно конкретна и решительна: «Мы будем использовать отобранные методы воздействия для давления на любую сторону, которая не станет работать для улучшения жизни суданского народа. Тех, кто будет уклоняться от этого или просто займет выжидательную позицию, ждут серьезные последствия. Все стороны будут призваны к ответу». Для слов высокопоставленного дипломата это заявление, конечно, жестко. Американцы вновь посылают четкий сигнал своим оппонентам и подчеркивают свое право судить и, более того, действовать в соответствии со своим собственным вердиктом. С.Райс в своем выступлении не преминула также подчеркнуть, что «суданская стратегия президента Б.Обамы сбалансированная, продуманная и жесткая».

Спецпредставитель президента США по Судану С.Грейшен, выступая после Х.Клинтон и С.Райс, повторил, что «вызовы в Судане сложны и серьезны. Для достижения успеха требуется единый подход, обновленное чувство срочности вопроса. Стратегия президента обеспечивает нам такой подход, такое решение… Она использует все составляющие влияния нашей нации – дипломатию, оборону, развитие… Мы остро ощущаем неотложность нашей задачи и нехватку времени. До национальных выборов в Судане осталось шесть месяцев, референдум по самоопределению – всего через 15 месяцев. Для успеха необходим откровенный диалог со всеми сторонами в Судане, с региональными государствами и международным сообществом».

Итак, что же принципиально нового мы увидели в обновленной американской стратегии – как подчеркивается, «стратегии президента Б.Обамы» — в Судане? В речи всех трех высокопоставленных американских чиновников акцентирована готовность работать в русле этой единой стратегии, которая представлена панацеей от всех проблем страны. Однако ничего принципиально нового в ней нет. Как нам представляется, этот шаг – очередная попытка замаскировать то, что американская политика в Судане идет не так успешно, как хотелось бы, объявить об очередном важном шаге к миру в стране и регионе и, при этом, сработать на пользу Б.Обамы, который недавно, как известно, стал «мировым миротворцем», во многом, по-видимому, авансом. Нобелевский комитет, принимая решение о присуждении Б.Обаме Премии мира, как бы поддержал начинания нового американского лидера и тем самым создал такую ситуацию, в которой главе Белого дома сложно будет обмануть ожидания международного сообщества. Теперь этот аванс надо отрабатывать. И «новая суданская стратегия» — тоже шаг в этом направлении.

И еще важный момент – американские дипломаты в своей стратегии не уделили внимание ордеру Международного уголовного суда на арест суданского президента О.аль-Башира, который весной был темой номер один в суданском досье. Конечно, это нельзя объяснить простой забывчивостью, равно как и списывать столь острую тему со счетов, расписываясь в своих ошибках, американцы вряд ли готовы. По-видимому, вопрос об ордере Международного уголовного суда отложен до весны будущего года, чтобы оказаться «дамокловым мечом» над головой Омара аль-Башира в преддверии выборов.

31.18MB | MySQL:67 | 0,763sec