Оценки Вашингтонского института ближневосточной политики предстоящих выборов в Турции. Часть 2

Турецкие президентские и парламентские выборы, которые состоятся 14 мая, регулярно называются зарубежными наблюдателями в качестве «самых важных выборов» 2023 года. Это касается и американских наблюдателей, которые указывают на то влияние, которые окажут результаты предстоящих выборов не только на двусторонние турецко-американские отношения, но и на обстановку в регионе, в целом.

В частности, речь идет как о турецкой позиции по российско-украинскому конфликту, так и о позиции Турции в Ближнем Востоке, включая, в первую очередь, «сирийское досье».

Вашингтонский институт ближневосточной политики опубликовал апрельский №132, который, целиком и полностью, посвящен предстоящим выборам в Турции. Заголовок издания – «Ключевые выборы в Турции – 2023: Проблемы, потенциальные результаты и то, что последует». В этом сборнике статей содержатся материалы по следующим темам: стратегия президента Р.Т.Эрдогана на предстоящих выборах, стратегия оппозиции, выборы и курдский вопрос, внешнеполитическое измерение, как Турция может выглядеть после выборов, заключения: защита демократии и турецкое голосование.

Напомним, что в предыдущей части нашей публикации мы рассмотрели взгляд американского мозгового центра на ту внешнюю политику, которую проводит и будет, в случае победы на выборах, проводить действующая власть и, в свою очередь, оппозиция.

Заметим немаловажное: американское издание не ведет речь о резких разворотах в турецкой внешней политики в случае победы на предстоящих выборах оппозиции.

Да, оппозицией, со всей неизбежностью, будет искаться «развязка» по С-400, но как отмечает эксперт американского издания – бывший высокопоставленный турецкий дипломат, а ныне эксперт Фонда Карнеги — искаться она будет таким образом, чтобы не ухудшить (драматично) российско-турецкие отношения.

Что же до присоединения Турции к официальным санкциям против России, то издание речи об этом не ведет. Очевидно, что американцы, в достаточной мере, наладили низовую работу в Турции, направленную на сдерживание «прохода» России через Турции, чтобы не слишком беспокоиться о чисто символическом, в таких условиях, введении санкций.

От себя заметим, что подобного рода «символизм» может крайне дорого обойтись для Турции, к примеру, на фоне наступающего в стране туристического сезона. И так цена на отдых в Турции выросла в этом году настолько, что спрос оказался заметным образом просевшим. А тут ещё могут возникнуть и официальные ограничения. Вряд ли, это допустимо для турецкой оппозиции, которой надо немедленно поправлять свое экономическое положение, а не начинать с обрушения целой индустрии гостеприимства, которая, в значительной мере, держится на россиянах и рассчитывает на то, что в Турцию начнут приезжать зажиточные туристы из России.

Вторая тема из Вашингтонского бюллетеня, которая нас интересует – это итоги курдского голосования в стране. Важность его обусловлена, во-первых, устойчивым ярко выраженным единым голосованием крупнейшего националистического меньшинства в стране. Во-вторых, с достаточно серьезным объемом голосов – около 10-12%. В условиях, когда борьба между действующей в Турции властью и оппозицией идет за каждый процент голосов, 10-12% — это не просто существенно, это – залог будущей победы.

Автором материала стал Гюней Йылдыз — исследователь и журналист из Лондона, специализирующаяся на Турции, Сирии и курдской общине Ближнего Востока. Ранее он работал приглашенным научным сотрудником в Европейском совете по международным отношениям.

Обратимся к его рассуждениям:

«Курдская община Турции, на которую приходится 15–20% населения страны, разделена на три отдельных политических блока.

Самая крупная, представляющая немногим более половины (курдского – прим.) населения, в основном склоняется влево, поддерживая Партию демократии народов (ПДН).

Вторая по величине, насчитывающая 20–30%, тяготеет к социальному консерватизму, поддерживая Партию справедливости и развития (ПСР) президента Реджепа Тайипа Эрдогана.

И самая маленькая, около одной шестой курдских избирателей, выбирает левацкую светскую Народно-республиканскую партию (НРП) или другие фракции. Основываясь на опросах, проведенных Rawest Research, социологической фирмой, специализирующейся на турецких курдах, главная оппозиционная партия — НРП — переживает значительный рост поддержки курдов и может получить около 20% своих голосов на выборах 2023 года.

Доля ПСР среди курдских избирателей может оставаться немного выше, но действующий президент имеет тенденцию к снижению, а претендент растет.

На последних парламентских выборах в Турции, состоявшихся в 2018 г., ПДН получила 11,7% голосов в парламенте и 7% за своего (находящегося в заключении) кандидата в президенты Селахаттина Демирташа, который был председателем партии с 2014 г.

В начале своего председательского срока (на посту главы ПДН – И.С.) Демирташ добился значительного увеличения поддержки ПДН, которая удвоила свою долю голосов в 2015 году до 13,1% с 6,6% в 2011 году.

ПДН заняла либеральную платформу, составив гендерно сбалансированный список для парламентских выборов в 2015 году и от религиозных меньшинств страны, таких как армяне.

Эта стратегия расширила привлекательность партии, создав либерально-курдский союз и сделав ПДН третьим по величине блоком в законодательном органе после ПСР и НРП.

Однако в ноябре 2016 года Демирташ был заключен в тюрьму по обвинению в подстрекательстве к насильственным нападениям, подстрекательстве граждан к протестам, присоединении к вооруженной террористической организации и распространении террористической пропаганды.

С тех пор, правительство заключило в тюрьму многих других должностных лиц ПДН, в том числе, избранных депутатов и мэров.

Партия сохранила свою избирательную базу, несмотря на нападки со стороны правительства, благодаря своим преданным сторонникам, политической харизме Демирташа и жесткому повороту Эрдогана к турецкому национализму с 2015 года, что оттолкнуло некоторых консервативных курдских избирателей ПСР и склонило многих к ПДН.

ПДН, недавно объявив, что не будет выдвигать в президенты собственного кандидата, практически попросила своих избирателей поддержать лидера НРП Кемаля Кылычдароглу.

Поскольку ни лидер оппозиции, ни Эрдоган вряд ли превысят 50% 14 мая при отсутствии сильной курдской поддержки, ПДН сыграет важную роль в определении исхода.

Примером влиятельной роли партии стали местные выборы 2019 года, на которых голосование курдов имело решающее значение для обеспечения победы оппозиции в крупных турецких городах, включая Стамбул.

На предыдущих выборах ПДН заключала неформальные союзы с оппозиционными партиями, никогда не поддерживая президента Эрдогана.

Фактически, во время избирательной кампании 2015 года партийное руководство сосредоточилось почти исключительно на том, чтобы не допустить, чтобы Эрдоган стал президентом, и приберегало большую часть своей враждебности к его партии, что является результатом идеологической несовместимости, а также отсутствия доверия.

В 2011 и 2013 годах правительство Эрдогана инициировало мирные процессы с Рабочей партией Курдистана (РПК) — боевым крылом курдского движения в Турции, которое Анкара и союзники Турции по НАТО считают террористическим образованием, — но после того, как последний раунд переговоров провалился в 2015 году, Эрдоган исключил из ПСР некоторых видных курдских членов, сыгравших важную роль в переговорах. Сегодняшняя ПСР криминализирует любые попытки вступить в контакт с РПК или даже с представителями ПДН.

Курдское голосование может пойти по нескольким возможным путям на предстоящих выборах:

Неформальная поддержка оппозиционного блока. Учитывая решение ПДН не выдвигать кандидата в президенты и вместо этого направить сторонников голосовать против Эрдогана, это — наиболее вероятный сценарий. Кылычдароглу известен своими социал-демократическими взглядами и родом из преимущественно курдского города. База ПДН считает его идеальным кандидатом, а лидеры партии высоко оценили его визит в парламент 20 марта 2023 года, после которого партия официально объявила, что не будет выдвигать кандидата на выборах. Если ни один кандидат в президенты не наберет более 50% в первом туре, 28 мая состоится второй тур голосования. ПДН выразила желание, чтобы Эрдоган потерпел поражение в первом туре.

Неформальная поддержка блока Эрдогана. Этот сценарий кажется почти невозможным. Руководство ПДН рассмотрит возможность переговоров с Эрдоганом только в том случае, если правительство решит ряд вопросов, которые руководство считает важными, таких как позиция Турции в отношении возглавляемой курдами автономной администрации на севере Сирии, замена должностных лиц ПДН назначенными государством чиновниками в муниципалитетах, где победили кандидаты ПДН, освобождение заключенных в тюрьму должностных лиц ПДН и всеобъемлющее соглашение с РПК, которое включает разрешение Абдулле Оджалану, ее основателю и находящемуся в заключении лидеру, отбывать наказание дома.

Внутри курдского движения — доминирующего направления для курдов в Турции, хотя и не представляющего всю этническую группу — подход РПК к Эрдогану был более прагматичным, чем у ПДН. Это так, хотя РПК исторически преследовала свои цели с помощью насилия, включая нападения на мирных жителей, и считала себя с 1984 года находящейся в состоянии войны с турецкой армией.

Лидер РПК Оджалан ранее участвовал в переговорах с представителями турецкой службы безопасности и правящей партией, в то время как руководство ПДН сохраняло враждебное отношение к ПСР.

Кроме того, РПК недавно объявила об одностороннем прекращении огня с Турцией в ответ на февральские землетрясения в результате — согласно курдским источникам — запросов, сделанных официальными лицами США через союзников группировки на севере Сирии. Несмотря на неподтвержденные слухи о том, что Хакан Фидан, глава турецкой разведки, будет назначен заместителем президента — возможный предвестник возобновления переговоров с курдскими боевиками, учитывая его прошлую работу по наблюдению за мирным процессом — президент Эрдоган вряд ли предложит группе новое открытие (имеется в виду новое «открытие» мирного процесса с РПК – И.С.). Партия националистического движения (ПНД), союзник Эрдогана, решительно настроена против курдов и будет выступать против любых подобных шагов.

Нет поддержки ни одной из сторон. Этот сценарий может разыграться только в том случае, если турецкие военные предпримут операцию против базирующихся в Сирии Отрядов народной обороны (YPG) — ответвления РПК — шаг, который оппозиция будет вынуждена поддержать, что приведет к расколу с ПДН.

Это также маловероятный сценарий, поскольку нет никаких признаков того, что Турция выполнит свои угрозы начать такую операцию до выборов. Более правдоподобный сценарий, учитывая недавние события, такие как сообщения о попытке Турции убить командира YPG Мазлума Кобане Абди в Ираке 7 апреля, — это успешная попытка турецкого покушения на (заметного – И.С.) лидера СНС или РПК в Ираке или Сирии, независимо от того, состоится ли она в ходе первого раунда или во время второго раунда. Такое развитие событий может расколоть оппозицию в президентской гонке, поскольку турецкие националистические члены Национального альянса, такие как Хорошая партия, вероятно, выстроятся в очередь за нападением (в смысле в поддержке ликвидации – И.С.), а прокурдская ПДН выступит против него.

Роспуск ПДН Конституционным судом Турции. Этот сценарий стал менее вероятным после решения ПДН выставить кандидатов под знаменами Партии зеленых левых (ПЗЛ), что было основано на возбуждении в марте 2021 года судебного дела против ПДН после настойчивых призывов к этому со стороны ПНД и ее лидера Девлета Бахчели.

Обвинение по делу, которое может привести к роспуску ПДН, утверждает, что партия является преемницей ранее распущенных незаконных партий, что она имеет связи с РПК, и что лидер партии Селахаттин Демирташ участвовал в мобилизации людей для совершения насилия.

Суд недавно отложил слушание дела о роспуске до 11 апреля. Смешанные сигналы суда усилили опасения, что ПДН может столкнуться с роспуском после крайнего срока подачи списков кандидатов 9 апреля, что побудило руководство партии добиваться участия в майских выборах в составе ПЗЛ. У суда недостаточно времени, чтобы запретить ПЗЛ до майских выборов.

Если он (суд) сделает это, электорат, поддерживающий ПДН, скорее всего, поддержит Кылычдароглу в президентской гонке, но ПЗЛ может потерять часть голосов в парламенте из-за замешательства избирателей.

Может ли ПДН поддерживать неформальный союз с оппозицией?

Национальный альянс, или «стол на шестерых», как известно оппозиции, представляет собой большую коалицию различных партий, в которую входят политические исламисты, турецкие националисты, социал-демократы, секуляристы и либералы, объединенные в своей оппозиции Эрдогану.

Коалиция оказалась более устойчивой, чем первоначально предполагал президент Турции, из-за сильных антиэрдогановских настроений во всем политическом спектре и мнения о том, что Турция может добиться прогресса только в том случае, если Эрдоган будет отстранен от власти демократическим путем.

Кроме того, Кылычдароглу служил объединяющей силой и помогал поддерживать сплоченность между различными партиями.

В сентябре 2021 года ПДН наметила свою политическую дорожную карту, которая включает призыв вернуться к парламентской системе и в значительной степени соответствует программе оппозиции.

Однако, в отношении курдского вопроса появляются заметные различия, такие как поддержка образования на родном языке, в том числе на курдском, и значительная автономия местных органов власти.

В марте 2023 года лидер ПДН Демирташ вступил в критические дебаты с турецкой националистической «Хорошей партией», вторым по величине членом «стола на шестерых», но он воздерживался от критики НРП или Кылычдароглу, а руководство ПДН избегало резкой критике в адрес оппозиции.

Напряженность между ПДН и Хорошей партией может сохраняться в течение всего периода выборов, потенциально предоставляя Кылычдароглу возможность ослабить влияние Хорошей партии на альянс, или Эрдогану, который может использовать напряженность, чтобы разрушить неформальный союз между «столом шести» и ПДН.

Правительство Эрдогана имеет в своем распоряжении различные тактики, чтобы помешать курдскому населению проголосовать за «стол шести».

К ним относятся попытки поляризовать общество по курдскому вопросу, чтобы расколоть альянс оппозиции и ПДН — возможный путь в случае успешного покушения Турции на лидера СНС или РПК, призывы подавить голосование курдов и ПДН; и прямое обращение к курдам через новое «открытие», которое потенциально включает Абдуллу Оджалана. Диаметрально противоположный характер убийства и путей «мира Оджалана» показывает крайнюю податливость Эрдогана в курдском вопросе.

В то же время Эрдоган может попытаться поляризовать электорат на основе религиозных, этнических или идеологических разногласий. К ним относятся исламские чувства, алевитские или курдские вопросы (главный соперник Эрдогана Кылычдароглу имеет алевитское и курдское происхождение); и светская история Турции и прошлые несправедливости по отношению к набожным гражданам.

ПСР, чтобы восстановить поддержку со стороны консервативных курдов, которые дезертировали после того, как партия присоединилась к Партии националистического действия (ПНД) и использовала антикурдскую риторику, теперь работает с Партией свободного дела (HUDA-PAR), суннитской ультраправой курдской группой, чья предшественница «Турецкая Хизбалла» терроризировала прокурдских гражданских лиц, а также консерваторов, не идущих в ногу с жесткой версией ислама этой группы».

52.61MB | MySQL:103 | 0,471sec